Повесть о Сегри и Абенсеррахах - Перес де Ита Хинес - Страница 45

45

Третий отряд состоял из Альдорадинов – очень знатных рыцарей; вместе с ними выступали Гасулы и Асарки. Их стяг был желтого в львиного цветов; эмблема – зеленый дракон, своими свирепыми когтями раздирающий золотую корону, и девиз: «.Перед ним никто не устоит». Этот отряд также отличался прекрасным вооружением и хорошими конями; было их в целом сто сорок человек.

Четвертый отряд состоял из Альморади, Маринов и Альмохадов – рыцарей очень славных. Они везли королевское знамя Гранады. Оно было из светло-желтого и ярко-алого расшитого шелка, все отороченное золотом, а в середине, в виде эмблемы, – прекрасный золотой гранат, разрезанный с одной стороны, а в отверстии виднелись красные зерна, сделанные из драгоценных рубинов. От черенка плода шли две ветки с листьями, вышитыми зеленым шелком. Казалось, будто плод еще находится на дереве. Внизу стоял девиз: «Рожден в короне». В этом блестящем отряде ехал сам Молодой король Гранады в сопровождении множества рыцарей, вассалов и друзей.

Стоило посмотреть на всю эту великолепную конницу, неслыханные ее богатство и нарядность, на изобилие многоцветных перьев на шлемах, на сверкающую белизну адарг, на яркий блеск стали, на отличных коней, на множество стягов на копьях и на разнообразие их цветов.

Но если прекрасна и нарядна была конница, то не уступала ей в одежде и в вооружении и пехота, состоявшая из стрелков-пращников и лучников.

Так выехал торжественно Молодой король из Гранады и направился к Хаэну. С башен Альгамбры смотрели ему вслед все дамы Гранады, королева-мать и королева-супруга. Про поход короля сложили романс, прекрасный, хотя и старый, гласящий следующее:

– Редуан, быть может, помнишь,Как ты раз пообещался,Что Хаэн мне завоюешь,Ночь одну тебе лишь надо.Если ныне сдержишь слово.Жди большой себе награды;Если слово не исполнишь,Я пошлю тебя в изгнанье.Будешь жить ты на границе,Далеко от милой дамы.– Обещал ли, я не помню, –Редуан в ответ без страха, –Но Хаэн в ночь завоюю,Вот сейчас я обещаю!Просит тысячу он воинов:Целых пять король назначил.Из ворот Эльвиры крепкихВойско бодро выступает.Сколько мавров благородных,Что копье в руке сжимают,И коней как много быстрых,И альхуб багряно-красных,И адарг как много белых!Солнца луч скользит по шлемамИ по шелковым тюрбанам,Серебром сверкает стремя,Шпоры сделаны из злата,А сапожки из атласа.Мавры те готовы к бою,Все душой они отважны,В середине едет гордоМолодой король Гранады.И с Альгамбры башен крепкихДамы войско провожали,Королева-мать меж ними,Сыну вслед она шептала:– Пусть Аллах с тобой пребудет,Магомет – тебе охрана,Возвратися из ХаэнаПобедителем в Гранаду!

Этот поход короля Гранады не смог остаться настолько тайным, чтобы о нем не узнали в Хаэне от лазутчиков, которых хаэнцы имели в Гранаде. Другие говорят, что предупреждение было сделано пленниками, бежавшими из Гранады. Наконец третьи утверждают, будто его сделали Абенсеррахи или Алабесы; и последнее мне кажется наиболее верным, ибо названные мавританские рыцари находились в дружбе с христианами.

Как бы там ни было, но Хаэн вовремя оказался предупрежденным о вторжении мавров в его пределы и поспешил предупредить Баэсу, Убеду, Касорлу, Кесаду и остальные соседние города. Те сейчас же приготовились к сопротивлению врагу, идущему из Гранады.

Войско мавров, с блеском выступившее в поход, как вы о том уже слышали, скоро достигло ворот Аренас, где нашло множество христианских воителей, соединившихся для задержания мавров в их продвижении. Но сопротивление их мало помогло, и мавры, пройдя из конца в конец все поле Аренас, вступили в ворота города, невзирая на его защитников, а затем прошли по полям Гуардии и Пегалахары и достигли Ходара и Бель-мара.

Хаэнское рыцарство, получившее известие, что бой уже происходит в Гуардии, поспешило навстречу врагу. Из Хаэна выступило всего четыреста очень хорошо вооруженных воинов; примерно столько же поставили Убеда и Баэса; и все они, объединившись, смело отправились на поиски врагов, вторгшихся в их земли. Ими предводительствовал епископ дон Гонсало – муж великой храбрости.

Оба войска встретились друг с другом в Долине на берегу Рио Фрио и вступили в жестокий и кровопролитный бой, упорный и долгий. Такова была доблесть христианских рыцарей, что мавры оказались вынужденными отступить к воротам Аренас. Здесь мавры понесли бы окончательное поражение, если бы не доблесть Абенсеррахов и Алабесов, сражавшихся с великим мужеством. Тем не менее маврам пришлось в конце концов уступить поле христианам. Но мавры увели с собой огромную добычу – коров и коз, так что ни с той, ни с другой стороны не было видно большого перевеса.

Гранадский король очень удивился столь своевременно оказанному сопротивлению христиан. Он спросил у христианских пленников о причине того, почему в Хаэне собралось столько воинства. Пленники ему отвечали, что Хаэн уже за много дней был предупрежден о походе мавров, и по этой причине вся страна поспешно взялась за оружие. Это послужило достаточным оправданием для Редуана, не смогшего исполнить данного королю слова: в одну ночь завоевать Хаэн. Король, удивленный и рассерженный предупреждением христиан, никак не мог понять, от кого оно исходило. Редуан очень хорошо понимал, что не так-то легко завоевать Хаэн, но как человек смелый и могучий решил во что бы то ни стало овладеть этим городом. И. без сомнения, достиг бы своего, если бы Хаэн не оказался предупрежденным.

Король вернулся в Гранаду, нагруженный обильной добычей. Он и его войско были встречены празднествами в честь их возвращения.

Христиане со своей стороны торжествовали оттого, что сумели отразить нашествие стольких мавров и перебить многих из них.

Молодой король Гранады, утомленный походом, отправился в загородный дворец по названию Алихарес, а с ним вместе немного рыцарей – все Сегри и Гомелы; с ним не было ни одного Абенсерраха, ни Гасула, ни Алабеса, потому что все они, под начальством доблестного полководца Мусы, выступили против христиан, вторгшихся в Долину.

Король, отдыхая в Алихаресе, однажды после трапезы повел речь про поход на Хаэн и про мужество рыцарей Абенсеррахов и Алабесов, благодаря которому маврам удалось захватить богатую добычу. Тогда один из рыцарей Сегри – тот самый, которому было поручено обвинить королеву и Абенсеррахов, – сказал:

– Поистине, государь, если хороши рыцари Абенсеррахи, то хаэнские рыцари еще лучше, ибо их мужеству было дано отбить у нас большую часть добычи и принудить нас силой своего оружия с большим уроном покинуть поле.

И так говоря, Сегри говорил правду, ибо действительно велико было мужество хаэнских воителей. Тот день принес им много чести и славы, и про ту битву пели следующий знаменитый старый романс:

Над Хаэном, по округе.Слышен звон набата медный,Ибо мавры из ГранадыВторглись дерзко в королевствоТриста мужей благородныхВ бой спешили из Хаэна,Столько ж рыцарей помчалосьИз Касорлы и Баэсы,И идут еще знаменаИз Кесады и Убеды.Дам любимых, благосклонныхЭти рыцари имели.Перед тем, как в поле выйти,Им они поклялись честьюИз похода не вернуться,Не схвативши много пленных.Христианам близ Гуардьи,Где Рио Фрио берег.Повстречалось войско мавров.Сразу битва закипела.Впереди Абенсеррахи,Рядом с ними – Алабесы.Им была во всех походахВерной спутницей победа.На христиан они напали.Их рубили в жаркой сечи.Мавров пыл неустрашимыйЗдесь отпор достойный встретил:Христиане отразилиНатиск вражий сразу смело.Отступают мусульманеПосле долгого сраженья,Но с собой угнав стада.Взяв добычи много ценной.Так себя покрыло славойВ битве рыцарство Хаэна:Отразило мавров тучу,А христиан ведь было меньше,Но с какой они отвагойПорубили тех неверных.