Повесть о Сегри и Абенсеррахах - Перес де Ита Хинес - Страница 59

59

Наперекор судьбе суровой,Что мне не даст змеи и яда.Найти другой исход мне надо,Самой порвать свои оковы.Ножом я вены нынче вскрою.Пускай рекоюКровь заструится.Над мной глумитьсяНе смогут СегриВ мой час последний,Не видеть меня им в презренья.Погибшей в бесславном сожженьи.

Такие и еще многие другие печальные и жалобные слова говорила прекрасная королева-султанша, и все они сводились к решению вскрыть нежные вены у себя на руке при помощи маленького ножичка из ее туалетного набора или же при помощи небольших рабочих ножниц. И, твердо установив, что ей нужно делать и как лишить себя жизни, она не с малодушием женщины, осужденной на смерть, но со спокойствием свободного и бесстрашного мужа призвала к себе прекрасную Селиму и одну христианскую пленницу, состоявшую при ней в услужении. Пленницу звали Эсперанса де Ита [83], она была дочерью дворянина, уроженка города Мула. Она была взята в плен на пути из Мулы в Лорку, куда ее отец и два брата везли отдавать замуж. Мавры из Хикены и Тириесы неожиданно на них напали и захватили в плен. Но отец и братья девушки были убиты за то, что, прежде чем убили под ними коней и взяли их в плен, они сами перебили шестнадцать мавров; в плен же они попали уже смертельно раненные. Девушку захватили и свезли в Велес, а оттуда в Гранаду в дар королю, который отдал ее в услужение королеве, ибо она была девушкой скромной и красивой. И теперь в несчастьи с королевой осталась только эта красивая девушка и прекрасная Селима. Они явились на ее зов, и она, вся в слезах, так заговорила с ними:

– Прекраснейшая Селима и ты, прекрасная Эсперанса, чье радостное имя так не подходит к моему безутешному горю! Вы знаете причину моего несправедливого заключения в темницу; знаете, что прошел срок для назначения рыцарей, моих защитников, которых я не смогла назначить из-за гражданской войны и смятения, царившего в городе. Кроме того, я надеялась, что король, мой супруг, убедится в моей невиновности. Теперь же я узнаю, что мне дается еще пятнадцать дней отсрочки, в которые я должна найти рыцарей, готовых оружием снять с меня обвинение. Срок короткий, и я не знаю, кто бы смог за меня выступить. А потому я решила сама лишить себя жизни. Для этого я избрала средство простое и благородное: я открою вены у себя на руках и дам вытечь крови, питающей мою жизнь. Я поступаю так, дабы не дать возможности клеветникам Сегри и Гомелам увидеть собственными глазами мою смерть на костре и восторжествовать с их ложью, обращенной в правду. Об одном только прошу вас, а если смею еще приказывать, то и приказываю: как только я перестану дышать, ты, Селима, знающая, где здесь во дворце предают погребению тела королей Гранады, отомкни склеп, и вы обе снесите туда мои несчастные королевские останки. Затем сдвиньте гробовые плиты, как они были раньше, чтобы никто не узнал тайны, которую я вам двоим лишь доверяю. Тебе же, Эсперанса, я возвращаю свободу, так как ты – моя, раз король тебя мне подарил во времена, когда он любил меня более нынешнего. Возьми себе все мои драгоценности; их хватит тебе на приданое. И, смотри, выходи замуж за человека, сумеющего тебя оценить, не забывай печального примера твоей злополучной королевы. Вот о чем я вас прошу, прошу как о милости, не отказывайте мне в ней, ибо во всем остальном мне отказано.

Тут печальная королева замолчала, не переставая горько плакать. Прекрасная Эсперанса де Ита, растроганная и тоже плачущая, стала утешать ее такими разумными речами:

– Султанша, слезами напраснымиОчей не тумань своих ясности.Доверься с надеждой всевышнему,Молися божественной матери;От грозной беды и бесчестияСпасет тебя дева пречистая,И будут все злобные недругиВо прахе лежать распростертые.Проси же ты ту защитить тебя,Кто чудом великотаинственным,Небес и земли вседержителяЗачавши от духа предвечного,Родила, оставшись нетронутой.И той же таинственной силоюВ зачатьи и в самом рожденииЕе сбереглось целомудрие,Осталася плоть ее девственной.От этой-то благостной материРодился, кто крестною мукоюСыновний отцу всемогущемуПлатил долг за род человеческий.В час скорби и смертной опасностиМолись, госпожа моя милая,Молись пресвятой богородице.Хорошею будет защитницей,Коль скоро с идущей от сердцаТы к ней обратишься с молитвоюИ примешь ты веру христианскую,Спасешься от горькой погибели.Рабыню прослушав внимательно,От слов ее нежных и сладостных.Душой благостыни исполненной,Султанша глубоко задумалась.Слова Эсперансы утешные,Рассказ про зачатье бесплотноеЗапали и врезались в памяти.И ей захотелось разумномуСовету девицы последовать:Судьбу поручить богоматери.Обняв Эсперансу, владычицаНа речи благие ответила:– Проникли мне в душу смятеннуюЖивительным пламенем доводыТвои, Эсперанса любезная.Навеки следы их останутсяВ душе моей будто бы выжжены.И очень теперь мне хотелось бы,Чтоб время настало счастливое,Когда буду я христианкою.С мольбой обращуся я к матери.Родившей чудесно всевышнего,Как ты, Эсперанса, поведала.И верю всем сердцем правдивомуРассказу о чуде божественном.Я жизнь, отягченную муками,Вручу в ее руки священные,И верю, что даст мне спасениеДесница ее чудотворная.Тебя, Эсперанса любимая,Мое утешенье единое,Прошу я беседой живительнойМеня просвещать постоянного.Меня просвещай ты без устали:Внимать не устану спасительнымРечам я про веру христианскую.

Весь этот разговор внимательно прослушала Селима. Видя свою добрую королеву плачущей, она сама растрогалась до слез и решила последовать по стопам госпожи и принять христианство. И так сказала нежными словами королеве:

– Знай, прекрасная султанша, что если ты станешь христианкой, я буду ею тоже, что бы мне за это ни угрожало. Я хочу стать христианкой, так как поняла, что христианская вера много лучше поклонения лживому Магомету, которого мы до сих пор чтили. И раз мы все сходимся в наших мнениях, если будет нужно, давайте умрем за эту веру, ибо умереть за Христа – значит обрести жизнь вечную.

Услыша речи Селимы, столь разумные и набожные, королева со слезами обняла ее от всего сердца. И, обернувшись к прекрасной Эсперансе, сказала ей:

вернуться

83

Эсперанса de Итa – из семьи Переса де Иты, можно полагать, действительно была в плену у мавров. Хинес Перес де Ита рад напомнить славное родство, а дальше играет значение слова «эсперанса», что значит «надежда».