Отчаянные - Стивенс С. К. - Страница 85

Через десять минут мое подозрение оправдалось. Суровая реальность нарушила наше безмятежное бытие, и первым раззвонился мой мобильник, а после и мобильник Келлана. Я сделала глубокий вдох и встретилась взглядом с мужем. Какое-то время мы не реагировали на звонки, затем он шепнул:

– Опять же – на кой нам мобильники?

Смеясь, я чмокнула его в нос:

– Наверное, надо ответить. Фотографии уже выложили, люди волнуются.

Я поморщилась, прикинув, видели ли их родители. Папа слетит с катушек, если увидит дочкин портрет с подписью «Шлюха».

Келлан вздохнул и кивнул. Он начал разворачиваться, но я придержала его за щеку и заглянула в глаза, игнорируя неумолкающий трезвон.

– Что бы ни случилось дальше, знай, что я ни о чем не жалею. Это стоило того, чтобы быть с тобой, любить тебя, переживать вместе с тобой… И мы справимся, – улыбнулась я. – Мы команда. Одни против всего мира.

– Мы против мира? – пробормотал Келлан, явно тронутый моим заявлением. – Прекрасный вариант.

Телефоны на секунду смолкли и вновь разразились трелями.

Я со смешком поцеловала его в губы.

С минуту мы распутывались. Непостижимо, но простыни и покрывала оказались как поверх нас, так и под нами. Посмеиваясь, мы кое-как разобрались в этом хаосе. Я была счастлива, что, будучи даже по уши в неприятностях, мы ухитрялись быть ветреными. Я быстро накинула на себя кое-какую одежду, а Келлан натянул свои боксеры. Прежде чем броситься к телефону, я позволила себе пять секунд полюбоваться крепким прессом Келлана и его стройными бедрами, обтянутыми черным шелком. Он был безупречен душой и телом, и я не могла винить мир за одержимость им.

Я посмотрела на дисплей, гадая, кто из любимых и дорогих доберется до меня первым, и улыбнулась при высветившемся имени: Денни. Этот будет на моей стороне, что бы ни случилось.

– Привет, Денни, – сказала я, поднеся телефон к уху.

Келлан стоял в другом конце комнаты – тоже с мобильником.

– Кира, у тебя все хорошо? – Мое имя в его устах прозвучало с той же сердечной заботой, что и в первый раз, когда я его услышала. – Видела новости? Твое лицо повсюду. Тебя называют госпожой Келлана.

Вздохнув, я присела на край кровати:

– Еще не видела, но знала, что так и будет. Какой-то дятел подловил нас вчера, когда мы думали, что одни. – Я поморщилась и спросила: – Ну и сколько фанатов парочки Келл-Секс ненавидят меня?

Денни с протяжным вздохом ответил, что все.

– Во всяком случае, некоторые, скажем так… излагают весьма страстно. И с выдумкой. Не дай тебе бог пересечься с ними на узенькой дорожке. – Я усмехнулась, и Денни снова вздохнул. – Не люблю твердить как заезженная пластинка, но помни, что ты всегда можешь вернуться домой, если станет совсем уж туго. – А потом со смешком добавил: – Эбби готова спрятать тебя в шкафу.

– Ага, – всхрапнула я совсем не по-женски, – улететь домой и схорониться у бывшего с подружкой – вот уж ничего зазорного!

Келлан услышал и усмехнулся.

– С невестой, – спокойно уточнил Денни после долгой паузы. – Я сделал Эбби предложение, и она согласилась.

Я ждала этого, и все же что-то во мне оборвалось. Наверное, он испытал то же, когда мы с Келланом «поженились» у него на глазах. Я проглотила обиду и целиком предалась бурной радости за лучшего друга:

– Денни! Ох… Поздравляю! Я страшно рада за тебя, за вас обоих! Ты заслужил счастье, и Эбби тебе его, конечно, подарит!

– Спасибо, – облегченно выдохнул он. – Я… нервничал и не знал, как сказать.

– Не надо нервничать насчет добрых вестей. У нас это в прошлом. Во всяком случае, я надеюсь.

– Так и есть, – согласился Денни.

Едва я закончила разговаривать с ним, телефон зазвонил опять. Да, нынче будет богатый урожай. Меня уже не на шутку тошнило от этого. Взглянув на дисплей, я скорчила мину, нажала кнопку и поднесла мобильник к уху:

– Салют, пап.

Я старалась говорить беззаботно, но это не помогло.

– Живо домой! – гаркнул папа.

Усевшись на кровати поудобнее, я следующие двадцать минут убеждала отца в нашем с Келланом полном благополучии, твердила, что все у нас замечательно и ему совершенно не о чем беспокоиться. Я надеялась, что это было правдой.

Пока я заполошно успокаивала отца, Келлан впустил в номер Дженни и Рейчел. Папа между тем пребывал в пятиминутной готовности прибыть в Филадельфию и забрать меня. Добившись успеха и отключившись, я угодила в объятия к Дженни.

– Привет, мы с Рейчел гоним в аэропорт. Я просто хотела попрощаться.

Когда мы отстранились друг от друга, я обратила внимание на то, что ее обычно живое лицо было хмурым. Рейчел тоже казалась подавленной.

– Какую гадость устроила тебе пресса! Тебя выставили жалкой подстилкой!

Телефон Келлана зазвонил снова, и тот отвернулся, чтобы ответить, оставаясь в одних трусах. Рейчел старалась не смотреть на его скульптурное тело, а Дженни как будто и вовсе не замечала его.

Вздохнув, я посмотрела на постель. Келлан накануне принес из автобуса и мой ноутбук, и сумку со сменой белья. Заверяя папу в необоснованности его тревог, я успела подключиться к Сети. Найти там себя оказалось нетрудно. Новостная страница, загрузившаяся первой, повествовала о драме, которой был отведен раздел сенсаций. Шашни рок-звезд на первой странице уважаемого новостного издания – какая стыдоба!

Статью иллюстрировали три наши с Келланом фотографии. На первой были лица крупным планом в момент поцелуя. Келлан пребывал в скорби, и это было так же отчетливо, как и мои губы на его губах. Вторая была сделана чуть погодя, когда мы засекли съемку. Мы смотрели в объектив и пребывали в шоке, а на лице Келлана сквозь удивление все еще проступало страдание. Переменное фокусное расстояние не позволяло понять, что мы на кладбище. Благодаря эмоциям Келлана все выглядело так, будто он вправду изменял Сиенне и сильно на этот счет переживал. А я его утешала, но представала хладнокровной искусительницей, склонявшей Келлана к предательству любимой женщины.

На последнем, ударном снимке Келлан высился над фотографом после того, как сбил того с ног. С видом предельно свирепым Келлан будто бы изготовился и дальше метелить мужика – изменщик, застигнутый на месте преступления с поличным. Это была бомба, а в целом события подавались весьма искаженно.

Дженни проследила за моим взглядом и указала на экран:

– Мне страшно не хочется бросать тебя в разгар этого балагана.

Я посмотрела на Келлана, который ерошил волосы, беседуя с кем-то, и отозвалась:

– С ним иначе и не бывает. Хронический балаган. Но он того стоит.

Дженни в очередной раз обняла меня:

– Нам пора, но ты звони в любое время. Договорились? – Мы простились, и она погладила меня по руке. – И надейся на лучшее.

Сглотнув внезапные слезы, я пообещала. Вера была в числе немногого, что у меня имелось. Затем я наскоро обнялась с Рейчел, и обе подруги вновь исчезли из моей жизни. Ненадолго нахлынуло одиночество – мне было хорошо с девчонками, но я поспешила напомнить себе, что мы еще увидимся на свадьбе, а до того мне составит компанию сестра. Интересно, а она уже видела новости?

Келлан наконец договорил и огляделся:

– Девчонки ушли?

– Ага. Мэтт с Эваном везут их в аэропорт.

Келлан кивнул и повертел телефоном.

– Звонили папа и Хейли, – сообщил он с угрюмой веселостью. – Волнуются. Хейли боится, что фанаты линчуют тебя до того, как все разъяснится. – Он нахмурился, словно опасался того же.

– Разберемся, однако сейчас тебе пора выступать, – сказала я, обняв его за шею.

Я вскинула брови, напоминая ему, что, несмотря на творившееся безумие, у него была еще и работа.

Келлан отпрянул:

– Черт, я и забыл об этом! – Судя по виду, ему хотелось сказаться больным, и он произнес: – Я надеялся с кем-нибудь составить официальное заявление по поводу этих снимков, но времени уже нет.

Положив ладонь на татуировку поверх сердца, я поцеловала Келлана. Как по заказу, словно подчеркивая заявленное, наши телефоны затрезвонили вновь, а в дверь заколошматила Тори: