Пронзая тьму - Перетти Фрэнк - Страница 98

98

* * *

Грязная, разношерстная шайка мелких бесов-смутьянов под предводительством двенадцати отвратительных капитанов Разрушителя приближалась к Аштону, демоны летели на большой скорости низко над землей, с выпученными от волнения глазами, с обнаженными мечами. Этот бой станет для них последним, думали двенадцать капитанов. И возможно, лучшим из всех.

* * *

В редакции «Аштон Кларион» наступило время ехать за утренней почтой. Бернис уже надела куртку и держала в руке ключи от машины – но представляете? Стоило только си взяться за ручку двери, как зазвонил телефон – и это оказался Эдди, владелец хлебопекарни. Этот парень обладал непревзойденным даром звонить в самый неподходящий момент!

– Да, Эдди, мы можем отдать вам эти два дюйма. Хорошо, бесплатно, но только на месяц, в качестве пробы. – Новые вопросы. – Чтобы решить, понравится ли это вам и понравится ли нам. Мы никогда прежде так не делали, и, думаю, нам стоит попробовать. – Он продолжал говорить. Бернис слегка наклонилась к двери.

– Я думаю, что мы просто чуть-чуть увеличим эту чашку и все будет в лучшем виде. Логотип менять не обязательно, – она закатила глаза и сделала усталое лицо. – Послушайте, почему бы вам не поговорить с Шерил об этом? Она в курсе всех дел.

С Шерил он говорить не захотел.

* * *

В наступление! Демоны, отбросив всякую осторожность и забыв о страхе, хлынули на Аштон штормовой волной зла, оглушительно стрекоча крыльями, изрыгая струи серного дыма, застилая свет дня, сталкиваясь с ангелами-воинами во всех частях города. Вверх и вниз по улицам летали они, метались из стороны в сторону, рубя раскаленными огненными мечами небесных воинов, лавировали в потоках транспорта, нападали из-за углов, пулей пролетали сквозь здания, сея смятение и испуская боевые кличи, одержимые единственным желанием: ввести ангелов в замешательство, втянуть их в сражение любой ценой, невзирая на возможные потери. В то время как бесы-смутьяны и подстрекатели взбудоражили весь город, обрушившись на него ураганным ветром, двенадцать капитанов Разрушителя отправились за письмом.

* * *

Бернис наконец добралась до своего маленького «фольксвагена», но никак не могла открыть дверцу. Ключ даже не поворачивался в замке.

Р-р-раз! Луч света рассек пополам демона, засорившего замок. Он растаял в воздухе.

Ключ повернулся. Бернис села в машину.

Светофор у следующего перекрестка заело на красном свете, начала образовываться пробка.

Прямо рядом с автомобилем Бернис затормозил маленький седан, и ему в багажник мгновенно ткнулся пикап. Оба водителя вышли из своих машин и принялись рассыпаться друг перед другом в извинениях, состязаясь в вежливости.

Шесть ангелов плечом к плечу пролетели вниз по Шестой улице, а еще четверо спикировали с высоты и понеслись вверх по улице Миллер. С оглушительным звоном мечей они встретились прямо над светофором, и разметали далеко в стороны демонов-диверсантов, которые растворились в воздухе, оставив после себя дымные шлейфы, изогнутые крутыми высокими дугами,

На светофоре загорелся зеленый свет.

Но автомобили не двигались из-за двух столкнувшихся машин. Бернис решила пойти пешком.

* * *

Салли попыталась вдавиться поглубже в спинку дивана, но и таким образом не смогла облегчить боль, которую причинял ей громила, железной хваткой сдавивший ее плечи до хруста в костях. Он наслаждался видом ее мучений.

Стил говорил медленно и отчетливо, желая быть уверенным, что она слышит его, казалось, в данный момент пленницу больше занимали ее физические страдания.

– Уверен, вам известны ритуалы сатанистов, так что я не стану вдаваться в подробности. Салли, мы не желаем лицезреть подобные вещи, но, если нам придется, мы отдадим вас мистеру Хуллу и его людям и позволим им заниматься вами до тех пор, покуда вы не скажете то, что мы хотим знать.

Салли собиралась ответить, собиралась сказать, что они в любом случае убьют ее, но не успела открыть рот, как что-то вдруг случилось с ее зрением: казалось, глаза ее впервые открылись – словно темный занавес отодвинулся в сторону. Возможно, у нее начались галлюцинации от боли.

Она увидела духов за спинами этих людей. Огромные, бородавчатые, уродливые существа пристально смотрели на нее с кровожадной ненавистью. За все время своего мистического опыта – будь то переживания приятные или тяжелые она ни разу не видела их столь отчетливо; она никогда прежде не различала столь ясно такую злобу и такую ненависть.

Но она чувствовала, что эта ненависть направлена не на нее, но на Спасителя в ее душе.

И тогда Салли все поняла. Она просто все поняла и заговорила – вслух ли, в земном мире, или в духе своем, в ином измерении, она не могла сказать.

– Вы были там! Все вы были там! Это вы причинили Ему все зло, какое только смогли… вы убили Его!

Духи встревожились. Они стали переглядываться с искаженными от негодования и ярости лицами.

– А Он победил вас смертью Своей! Он победил! – Огромный громоздкий дух, нависавший прямо над Салли, оскалил клыки и, вздымая мощные крылья, проревел неразборчивые проклятия по ее адресу. Она посмотрела в эти горящие желтые глаза и к великому своему удивлению увидела в них страх. В духе своем она рассмеялась:

– И что бы вы ни сделали со мной, все равно победила я!

Салли громко вскрикнула. Ощущение боли вернулось к ней с новой силой. Громила собирался свернуть ей шею. Духи исчезли – как и весь окружающий мир. Она больше ничего не видела, ничего не слышала. Она погружалась в забытье, падала в бездонную темную пропасть. Сантинелли что-то прокричал, и громила отпустил ее. Салли показалось, она сейчас взмоет над диваном. Боль ослабла.

Спустя мгновение она обрела способность видеть и слышать и поняла, что лежит на диване навзничь. Она чувствовала острую пульсирующую боль в плечах. Сантинелли что-то говорил о том, чтобы убить ее.

Потом Горинг сказал:

– Сейчас участники конференции уже приступают к работе. Мимо окон могут проходить люди. Лучше продолжить внизу.

– Подождите! – сказала Салли, и все они замерли. Она почувствовала на себе напряженные взгляды. Она подняла голову, собрала все свои силы и все свое мужество и еле слышно проговорила:

– У меня есть дополнительная ставка в этой игре. Вам следует знать, что я регулярно писала Тому Харрису в Бэконс-Корнер. Я рассказывала ему обо всем, что я узнавала, и обо всем, что делала. Если со мной что-нибудь случится, это не останется неизвестным.

Горинг улыбнулся и сунул руку в портфель, стоявший рядом с диваном.

– О, очевидно, вы говорите об этом. – Он принялся вытаскивать из портфеля письма – по три, по четыре, по два за раз – и складывать их в стопку на кофейном столике, давая Салли возможность медленно, с ужасом осознать весь смысл происшедшего. Когда лицо ее приобрело мертвенно-бледный оттенок, вполне удовлетворивший его, он продолжил:

– Мы предусмотрели серьезные меры предосторожности в нашем плане н, к счастью, смогли оказать достаточно сильное влияние на истицу в нашем судебном процессе, которая является также начальницей местного почтамта. Она переправляла все ваши письма нам – так что нет необходимости говорить, что Том Харрис и его друзья никогда не получали их. Они не имеют представления о том, где вы находитесь и что вам известно.

– И кроме того, – добавил Сантинелли, – мы постоянно следили за ними, и нам совершенно ясно, что они вообще мало что знают о вас и действуют вслепую. Я бы сказал, они постепенно теряют надежду. Но это уже не имеет значения, не правда ли? Вы находитесь у нас в руках, и мы поступим с вами так, как сочтем уместным, как сочтем необходимым.

Горинг указал на кофейный столик.

– Итак, в наших руках вы, в наших руках все ваши письма, в наших руках кольцо, служащее уликой. Настало время вплотную заняться украденными списками. Господа?