Тайны ушедшего века. Сенсации. Антисенсации. Суперсенсации - Зенькович Николай Александрович - Страница 72

Посещала ли своего родственника первая чета государства? Предвижу этот вопрос и отвечаю: мы с тобой, читатель, нечаянно вторглись в чужую трагедию, может быть, тайную боль, а посему будет по-христиански прекратить дальнейшее освещение этого вопроса из нравственных побуждений.

Детство Раисы было не из легких. Семья постоянно переезжала с места на место. Кроме брата Евгения, писателя, 1934 года рождения, у нее есть младшая сестра Людмила, работающая врачом.

В книге Р. М. Горбачевой «Я надеюсь…», вышедшей накануне августовского кризиса 1991 года и сегодня порядком подзабытой, есть такие строки: «Вера в партию пришла к моему отцу вместе с Михаилом Сергеевичем, моим мужем. Несмотря на разницу в возрасте, он стал для него коммунистом, олицетворяющим правду и справедливость».

Загадочные строки. Выходит, отец Раисы Максимовны не верил в партию? Не здесь ли разгадка феноменального влияния жены на ее венценосного супруга?

Отец Раисы Максимовны не дожил до дня ликвидации партии. Он никогда уже не сможет узнать, что именно «олицетворяющий правду и справедливость» приложил к этому руку. Но сегодня появились свидетельства, что Максиму Титаренко было за что не любить КПСС.

За высказывания против ускоренной коллективизации он был арестован и отправлен в лагерь на четыре года. Ему удалось выжить и возвратиться домой. Его жена растила детей в нужде, семья жила в заброшенных товарных вагонах. Такое, конечно, не забывается.

Еще одна семейная тайна. Ее Раиса Максимовна обнародовала в 1998 году в одном из своих немногочисленных интервью. Деда бывшей первой леди страны расстреляли в августе 1937 года по обвинению в троцкистской деятельности.

Пострадали от советской власти и оба деда Михаила Горбачева — по отцовской линии Андрей Моисеевич и по материнской Пантелей Ефимович. Первый за сопротивление коллективизации попал на некоторое время на лесоповал, где валил сибирские кедры и пихты, второй, будучи председателем колхоза, в 1937-м был арестован и больше года провел в тюрьме. Как и отец Раисы, они были освобождены и вернулись домой.

Не здесь ли истоки нелюбви их потомков к коммунистической системе? Они были упрямы в достижении цели и полны уверенности в себе. Оба строили на будущее грандиозные планы.

Раиса Титаренко была лучшей ученицей в классе все десять лет и окончила школу с золотой медалью. Кстати, Миша Горбачев тоже был медалистом, только серебряным. Редчайший случай, когда медалисты образовали семейную пару.

В 1949 году оба они — из разных регионов — поступили в Московский университет и стали соседями по студенческому общежитию на улице Стромынка. Она жила в комнате № 392, он — в комнате № 336. Он штудировал право, она изучала марксистско-ленинскую философию. Он был сельским парнем, самостоятельным и независимым. Имел к тому времени орден Трудового Красного Знамени. Она пользовалась успехом, отличалась остроумием и культурой.

Раиса была красива. Тоненькая, как былинка, всегда ходила в белом платье и туфельках на высоких каблуках и казалась существом недоступным. Изящество фигуры она сохраняла всю жизнь. Когда много лет спустя в первый раз пришла в Ставропольский сельхозинститут в качестве преподавателя, а она уже была молодой мамой, сторожа отправляли ее в гардероб для студентов.

В Москве Михаила Горбачева увлекла культурная и общественная жизнь столицы, новая жизнь, которой он до этой поры не ведал. Как-то с приятелями он пришел на танцевальный вечер. Объявили вальс. Юноши искали себе пару. Михаил держался в сторонке.

— Он был довольно замкнутым, — вспоминала об обстоятельствах их знакомства Раиса Максимовна, — не сквернословил и не бегал за девчонками. Нас познакомил мой приятель, и оказалось, что это любовь с первого взгляда, на всю жизнь.

Как раз к тому времени Раиса излечилась от несчастной любви к Олегу, сыну генерала из Генштаба. Но она держала Михаила на расстоянии. Они встречались, гуляли в парке, вели бесконечные разговоры о жизни. Михаил читал ей стихи, а Раиса водила его по музеям, в театры или книжные магазины, рассказывала о картинах. Михаил читал книги, которые ему рекомендовала Раиса. Их любимый писатель в те годы — Солженицын. Михаил не пил, внушал доверие и неплохо выглядел. В конце концов она сказала «да».

Они поженились в 1953 году, но жили в разных комнатах еще полгода, пока семейным студентам не стали предоставлять отдельные комнаты. После окончания МГУ в 1955 году Раиса поехала вместе с мужем на его родину, в Ставропольский край, где они прожили 23 года.

Владимир Максимов, знаменитый писатель-диссидент, сам родом из тех мест, описывает краевой центр Ставрополь пятидесятых годов как «большую деревню, вся жизнь которой сосредоточилась на единственной асфальтированной улице — пыльной, без водопровода и канализации». До Москвы более тысячи километров, двадцать четыре часа на поезде, а до жизненного успеха еще дальше.

Пока супруг начал свое медленное восхождение на вершины партийного аппарата, Раиса Максимовна преподавала. В 1967 году она защитила кандидатскую диссертацию, посвященную условиям жизни крестьян в ставропольских колхозах. Защищалась в Московском государственном педагогическом институте. Став кандидатом философских наук, она перешла на работу в Ставропольский сельскохозяйственный институт. Вот что говорит о ее диссертации Сидней Монас, профессор истории Техасского университета:

— Диссертация Горбачевой немного лучше, чем все остальные: не то чтобы совсем не ортодоксально, но все же с заметными либеральными тенденциями.

Короче, это обыкновенная научная работа, в которой больше от статистики и социологии, чем от философии. Ее научные достижения многие соотечественники склонны объяснять не столько умом, сколько фактом удачного замужества. Вот, например, каким важным открытием обогатила науку жена провинциального партийного функционера в своей диссертации, имеющей такое вот название: «Формирование новых черт быта колхозного крестьянства (по материалам социологических исследований в Ставропольском крае)». Оказывается, она впервые установила, что чем ниже образовательный уровень крестьян, тем сильнее их тяга к религиозным традициям.

Специалисты, ознакомившись с диссертацией, утверждают, что выводы этого научного труда примитивны и наивны, а социологические данные представляют собой элементарные выписки из колхозных книг по бухучету. Чего, мол, следовало ожидать от жены периферийного партсекретаря? Хотя в пору пребывания ее венценосного мужа у власти философские успехи супруги превозносились на все лады.

Горбачев несколько раз называл свою супругу «мой генерал», всячески подчеркивал, что она очень независимая, самостоятельная женщина. Брат Михаила Сергеевича как-то откровенно признал:

— Раиса вела мужа к вершине пирамиды.

Сама Раиса Максимовна, отвечая как-то на каверзный вопрос, сказала:

— А почему я не должна с ним ездить? Галстук поправить, лекарства дать, если прихворнет… Кто лучше меня это сделает?

Увы, насчет галстука и лекарств прозвучало не очень убедительно. Не верьте слухам, пока их не стали опровергать, гласит английская поговорка. СССР, правда, не Англия, но были большие группы людей, веривших в приметы. Моряки, например.

Один мой знакомый, отставной морской офицер, убежден в том, что все беды страны начались с малозначительного события, а именно: когда на борт подводной лодки ступила нога женщины. Случилось это, если читатель помнит, на заре перестройки, во время поездки дружной высокопоставленной четы на Дальний Восток и посещения Тихоокеанского флота.

— Быть беде, — суеверно перекрестился тогда старый моряк.

Вот и не верь после этого в приметы.

Советским людям не нравился ни ее резкий, высокий голос, которым она нередко перебивала мужа (разве можно такое допустить?), ни ее поездки за покупками на Запад. Общее мнение: женщине не следует вмешиваться в чисто мужские проблемы! — выразил профессиональный бунтарь Борис Ельцин:

— Раиса сует свой нос в политику, проводимую ее мужем, звонит ему в рабочий кабинет, дает советы и призывает к твердости. А как устроен их быт!