Полководцы Украины: сражения и судьбы - Табачник Дмитрий Владимирович - Страница 119

Маршал Буденный более чем адекватно действовал во главе юго-западного направления в 1941 г. и был снят за твердое отстаивание своей точки зрения относительно необходимости отвода войск с целью не допустить их стратегического окружения. Не менее адекватно оценивал ситуацию легендарный кавалерист и во главе Северо-Кавказского фронта, не допуская никаких, чреватых катастрофой, авантюрных действий.

Малиновский на новой должности (одновременно командовавший донской группировкой Северо-Кавказского фронта) продолжил удержание обороны в нижнем течении Дона, сумев и далее не допустить немецкого прорыва на этом важном для обороны Сталинграда направлении.

25 августа Малиновский назначается командующим 66-й армией, действовавшей севернее Сталинграда. Хотя формально это выглядело понижением, но в действительности данное назначение было более чем ответственным. Для гитлеровского командования тогда главным стал вопрос взятия Сталинграда, без чего они не могли продвигаться на Северном Кавказе из-за опасности сокрушающего флангового удара с последующим окружением.

Именно действия армии Малиновского оказали значительное влияние на весь ход грандиозного Сталинградского сражения. Девять, сильно ослабленных в предыдущих боях, дивизий 66-й армии не получили пополнения, было очень мало танков, артиллерии и боеприпасов. Несмотря на это, 66-й армии командованием фронта было поручено проведение наступления против значительно превосходящих немецких сил.

На протяжении сентября – октября 66-я, 24-я и 1-я гвардейская армии безуспешно атаковали немцев севернее Сталинграда. Но хотя они так и не смогли прорвать фронт противника, однако сумели сковать значительные силы армии Паулюса, которые он не смог задействовать для штурма города.

В середине октября Малиновский назначается командующим Воронежским фронтом (также участвовавшим в обороне Сталинграда), но в этой должности пробыл недолго. 29 ноября, когда для Гитлера главной задачей стала деблокада армии Паулюса, Малиновский назначается командующим 2-й гвардейской армией. Последняя до 15 декабря находилась в непосредственном подчинении Ставки ВГК, потом Сталинградского, а с 1 января 1943 г. Южного фронта.

Группе армий «Дон» (в составе которой было 23 пехотных дивизии, 6 танковых и 1 моторизованная) под командованием лучшего стратега Третьего рейха, генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна, дается приказ любыми средствами деблокировать окруженные в Сталинграде войска. Во второй половине декабря Манштейн начинает прорыв в направлении Сталинграда и 20 декабря приближается на расстояние 40 километров от окруженной группировки. Положение создалось критическое – группа армий «Дон» была очень близка к прорыву внешнего кольца окружения.

Навстречу дивизиям Манштейна (успевшего форсировать реку Аксай-Есауловский) была выдвинута 2-я гвардейская армия. Подчеркнем – Малиновский не стал дожидаться необходимого приказа Сталина (державшего все происходившее в сражении под личным контролем), а принял решение самостоятельно. И, конечно, он полностью отдавал себе при этом отчет, чем рискует в случае неудачи.

Малиновский успел, упредив Манштейна на целых шесть часов (что дало возможность выстроить хотя бы минимальную систему обороны), занять стратегически важный рубеж обороны – левый берег реки Мышковка и село Громославка. 21 декабря Манштейн перешел в наступление с целью занятия Громославки. Успех позволил бы ему прорвать оборону Малиновского и совершить рывок к Сталинграду, который бы уже не удалось остановить – у танков второго эшелона обороны вообще не было горючего.

Малиновский, в привычной для него манере, руководил боем в непосредственной близости от передовой – на наблюдательном дивизионном пункте, находившемся в зоне артиллерийского обстрела.

На протяжении дня он отражал танковые атаки Манштейна на Громославку, а только на острие удара их было более сотни. Не менее ожесточенным было встречное сражение и на следующий день.

Чтобы дезориентировать Манштейна, Малиновский применил военную хитрость, о которой с восхищением потом писал маршал Матвей Захаров: «Надо было выиграть время, хотя бы самую его малость, чтобы и наши танки могли быть пущены в дело, получив горючее. И тут Малиновский решил взять врага хитростью. Известно ведь, что она не раз в трудные минуты выручала войска Суворова, Кутузова, других талантливых русских полководцев. По его приказанию наши танки были преднамеренно выведены из балок и укрытий на ровную, открытую местность. Расчет был прост: пусть враг подумает, перед тем как пустить в ход готовые к наступлению танки, стоящие в девять рядов. Сумеет ли он одолеть такую силу?

Хитрость удалась. Заметив массу советских танков, Манштейн умерил свой пыл, а в ставку Гитлера полетели донесения: «Вся степь усеяна советскими танками». Пока фашистские танкисты ждали дальнейших указаний, время шло. А командующему Второй гвардейской армией только это и надо было: танковые силы, которыми располагала Вторая гвардейская армия, тем временем получили горючее, привели себя в готовность к участию в сражении».

Промедление введенного в заблуждение Манштейна и решило исход Котельниковской наступательной операции, в которой 2-я гвардейская армия сыграла решающую роль. Получив горючее, Малиновский перешел в контратаку и после боя перед Аксай-Есауловский заставил гитлеровцев, несущих большие потери, отступить за реку Теперь у Паулюса больше шансов на спасение не было…

О значении действий Малиновского для всего дальнейшего хода войны свидетельствуют слова одного из лучших немецких танковых генералов – Фридриха Вильгельма фон Меллентина: «Не будет преувеличением сказать, что битва на берегах этой маленькой безвестной речки привела к кризису Третьего рейха, положила конец надеждам Гитлера на создание империи и явилась решающим звеном в цепи событий, предопределивших поражение Германии».

Не менее показательна и оценка маршала Жукова, написавшего, что удар армии Малиновского «окончательно решил участь Сталинградского сражения в пользу советских войск».

В феврале 1943 г. 2-я гвардейская армия участвует в Ростовской наступательной операции, закончившейся 14 февраля освобождением Ростова-на-Дону и продвижением советских войск на 350–400 километров. Освобождение Ростова Малиновский уже встречает на должности командующего Южным фронтом и в звании генерал-полковника.

22 февраля Малиновский назначается командующим Юго-Западным фронтом, и 17–27 июля проводит Изюмско-Барвенковскую наступательную операцию. Несмотря на ожесточенное сопротивление противника (имевшего сильные танковые подразделения), Малиновский сумел форсировать Северский Донец и захватить несколько плацдармов, атаки немцев на которые так и остались безуспешными. Сковыванием крупных сил противника на этом направлении командующий фронтом полностью выполнил главную задачу операции – не дать возможности перебросить их для участия в Курской битве. Более того, для отражения наступления Юго-Западного фронта немецкое командование было вынуждено перебросить три танковых дивизии, в том числе одну из наиболее боеспособных – танковую дивизию СС «Викинг».

За успешное командование войсками фронта в апреле 1943 года Малиновский получает погоны генерала армии.

С 13 августа по 22 сентября Юго-Западный фронт, во взаимодействии с Южным, проводит Донбасскую наступательную операцию, сыгравшую чрезвычайно важную роль для дальнейшего освобождения всей территории Украины.

Маршал Александр Василевский, который тогда, как представитель Ставки, координировал взаимодействие Юго-Западного и Южного фронтов, так вспоминал про подготовку операции и роль Малиновского: «6 августа, то есть буквально на второй день после того, как Родина отпраздновала освобождение Орла и Белгорода, мы с Г. К. Жуковым, на которого была возложена координация действий войск Воронежского и Степного фронтов, получили из Ставки директиву, в которой говорилось, что представленный Г. К. Жуковым план действий Воронежского и Степного фронтов по разгрому врага в районе Харькова утвержден. При этом правофланговая 57-я армия Юго-Западного фронта передавалась Степному фронту, чтобы ударом в обход Харькова с юга помочь главной группировке овладеть Харьковом. Тем временем Юго-Западный и Южный фронты обязаны были подготовить, а затем и провести операции по освобождению Донбасса. Первый из них должен был нанести удар в направлении Горловки и Сталино от берегов Северского Донца на юг, второй – от Ворошиловграда и реки Миус на запад, соединяясь в районе Сталино (Донецка) с соседом. Готовность этих двух фронтов к выполнению задачи устанавливалась 13–14 августа. Я должен был 10 августа дать Ставке на утверждение план их действий. На меня же возлагалась и дальнейшая их координация.