Земля за океаном - Стрельников Борис Георгиевич - Страница 27

– Он мне не доверяет! – захохотал мистер Тэйлор на просьбу остановиться.

Благоразумие пассажира, однако, не пошло дальше желания оставить на берегу три дорогие фотокамеры – он вернулся на трактор… Чудеса! Почти повисая над лодками, трактор благополучно достиг конца стометрового пирса и, пятясь задом, вернулся на берег. Достоинства американской техники, умение с ней обращаться, а также мужество россиян были блестяще подтверждены. В знак расположения супруги Тэйлор повели гостей показать свой дом-контору.

По живописности беспорядка с домом мог поспорить разве что магазин экстренной распродажи. Груды бумажных счетов, пишущая машинка, рулон чертежей и стопка тарелок в картонном ящике украшали огромный стол. Большой телевизор, пара магнитофонов, шкура какого-то зверя, старинный сундук, картонные ящики и глубокие кресла – все расположено было так, как будто хозяева только что въехали в дом или срочно собирались его покинуть. Над камином по толстой дубовой плахе было искусно вырезано изречение: «Хорошее вино веселит сердце человека». В спальне гостям была показана галерея портретов молодых людей, а также младенцев еще без штанишек и платьиц.

– Это дети… А это внуки, – говорил мистер Тэйлор, оказавшийся добродушным, приветливым человеком. – Пять детей и пять внуков…

Миссис Дана Тэйлор была три раза замужем. Мистер Коллин Тэйлор – три раза женат.

– О, мы оба видели звезды! – сказала миссис Тэйлор.

Теперь двое людей (ей сорок, ему пятьдесят) объединили у очага остатки любви, объединили детей и внуков, а также два небольших капитала. На эти деньги выстроен летний, назовем его дачный, пансионат. Сделана кое-какая реклама, куплен (гордость Тэйлоров) электрический трактор, который может стричь траву, перевозить тяжести, вытаскивать из воды лодки.

Пятнадцать долларов в сутки с семьи за житье в домиках… Супруги считают, что скоро они станут людьми богатыми и инженер Тэйлор может к черту послать фирму, которая «выпила из меня соки»…

Беспокоит Тэйлоров озеро Эри.

– Все время пишут: озеро гибнет, озеро гибнет, загрязнено. Боимся: люди не станут ездить.

Зайдя утром в контору-дом, мы застали миссис Тэйлор трезвой и деловой. Она не хотела взять за ночлег плату.

– Ну, во-первых, вы из России, нам было очень интересно. Во-вторых, сезон еще не начался. И потом вы журналисты, а деловые люди должны дружить с журналистами.

С большим трудом мы уговорили миссис Тэйлор взять с нас хотя бы символическую плату…

Встреч на пути было много. Кое-что предвиделось загодя, Мы знали: в такой-то день, в условный час, в таком-то месте нас ждут. В Вашингтоне мы встречались с ответственными работниками министерств. Были встречи в лесных и земельных ведомствах, в музеях, лабораториях, национальных парках. Но была и просто дорога, где каждый день готовит тебе попутчиков, встречных, собеседников за столом, на ферме, в мотеле, на пешей тропе, возле бензоколонки. Иногда разговор – всего десять слов. Но любовно: отдельных людей помнишь так хорошо, что не надо листать блокноты, ворошить конверты с разрезанной пленкой…

Чарльз Унтка – паромщик на озере Эри. Джойс и Уоррен Миллеры – фермеры в Висконсине. Дорожный монтер Роберт Колкон. Рыбовод в забытом богом местечке штата Вайоминг Том Диксон с сыном Чаком. Туристы (брат и сестра) Крис и Дженни Хилд. Дочь писателя Сетон-Томпсона Ди Барбара. Бродяга в повозке, запряженной ослами, на дороге в Нью-Мексико Слоте Говард. Актер Джо Пирс, пригласивший нас в ночной клуб (у него там номер с ручным удавом). Пастухи Альберт Сай и Боб Морсер – «работаем 26 часов в сутки»… Это простые люди Америки, живущие в самых разных точках страны. Нам эти люди понравились. А как держались они, неожиданно встретив русских, «несомненно коммунистов», путешествующих в таких местах, куда даже сами американцы не часто заглядывают? Должны честно сказать: ни одного случая недоброжелательства мы не встретили (хотя можно, конечно, и встретить). Первая реакция при знакомстве – сдержанное (а иногда и несдержанное) любопытство. Были, правда, забавные случаи настороженности, боязни и даже забавной паники, но общий тон многочисленных встреч: доброжелательность.

Кенедей Кенед, продавец из Вашингтона, отдыхавший с семьей в парке Шенандоа, специально догнал нас на тропке, чтобы позвать к столу: «Выпейте с нами бутылку вина!» В Калифорнии в справочном пункте очередь заволновалась, узнав, что в заповедник приехали двое русских. Все непременно хотели, чтобы гостей обслужили немедленно. Мы были смущены повышенным вниманием очереди. Особенно тронул нас человек в полосатой майке: «Ребята, дайте пожать вам руки…» Уже по дороге в горы мы еще раз увидели полосатую майку. Человек возился у машины, из которой шел пар.

– Не надо ли чем помочь?..

Человек высунул гривастую голову из-под крыши капота.

– Ну вот, дюжина наших промчалась, даже не задержавшись. Помощь пришла от русских! У меня все в порядке, ребята. А вот снимок на память хотелось бы. Меня зовут Клод, Клод Грей, контролер на заводе компьютеров… Трези, Стивен!… – позвал отец. Из фургона выскочили двое лохматых, как и отец, ребятишек. Сообща и с удовольствием минут десять мы изводили фото– и кинопленку…

Уместно сказать тут несколько слов о характере американцев. К этому непростому вопросу возможен двойной подход: с позиции долгого опыта (один из нас жил в Америке много лет) и с позиции «свежего глаза», что вполне согласуется с характером чисто дорожных и, конечно, не слишком глубоких познаний. Так вот с позиции новичка американцы:

Деловиты. Завидно деловиты. Иногда, правда, кажется – деловитость подавляет другие, не менее ценные человеческие качества.

Необычайно точны, обязательны. Все наши запланированные наперед встречи состоялись в условленный час.

Американцы очень общительны. До этого приходилось наблюдать их в Европе, Африке, Антарктиде. На чужом фоне американец развязен, другого слова, пожалуй, не подберешь. У себя дома эта черта выглядит иначе. Все держатся одинаково просто, без ложных условностей. В такой атмосфере чувствуешь себя вовсе неплохо.

Не бросаются в глаза древнейшие из человеческих качеств: чинопочитание, угодничество, чванливость. Начальник и подчиненные держатся просто, по-деловому, кажется, даже дружески. Можно заподозрить и наигранный демократизм. Но простота в отношениях людей с различных ступеней деловой иерархии, надо думать, делам способствует.

О нашей стране американцы знают очень немного, имеют о ней искаженное представление или не знают совсем ничего. В Йеллоустонском парке вечером у костра мы спели две наши песни и ответили на вопрос, как бы мы в Подмосковье провели воскресенье? После ответа одна из женщин всплеснула руками: «Боже мой, они такие же люди!»

Американцы расчетливы, экономны, но не скупы. Заметна слабость: любят похвастаться. Машиной, повышением в должности, новой покупкой, своим городком, штатом и в целом Америкой. Иностранцу, пожелавшему что-либо узнать об Америке, американец. бросится помогать всеми средствами: расскажет, проводит, снабдит картами и брошюрами, позвонит другу, чтобы и тот помог на пути.

Несомненно, американцы большие патриоты своей страны. Возможно, после войны Севера с Югом нация никогда не была еще разъединена так же сильно, как теперь. Причины известные: война во Вьетнаме, проклятие расовых отношений, социальное неравенство, разлад в возрастных группах по причине различного толкования ценностей жизни… Но если заходит речь об Америке, американцы почти всегда в обиду ее не дают. Даже очень жесткая критика предназначена для потребления внутреннего. В разговоре с человеком «с другой стороны» вчерашний критик отыщет слова помягче или вовсе избежит разговора.

Время, престиж и деньги – главные ценности в жизни американца. Жизнь по этой причине – гонка без передышки. «А для того ли дана человеку жизнь?» – спрашивают молодые. Отсюда разлад со старшими. Однако, взрослея, бунтари утихают, и все идет по привычному кругу: деньги, престиж, время, деньги. Дележ этих ценностей, подобно любому из дележей, разъединяет людей. И это очень заметно.