Игра вслепую - Елисеев Григорий - Страница 48

Танк за их спинами взревел двигателем, раздались характерные щелчки поворота башни.

– Твою же… – прошептал Роман.

Оглушительно грянул выстрел.

– Не останавливаться! – подтолкнул Пита Рем и перепрыгнул через опрокинутый мусорный бак.

Снаряд врезался в столкнувшиеся автобусы, отчего те с грохотом опрокинулись, освобождая для бронированной машины проезд. Т-95, заскрежетав металлом о металл, протиснулся между ними и взял на прицел проход, по которому неслись сталкеры.

Роман на бегу перескочил через бетонный портик, огораживающий ведущую вниз лестницу, и, приземлившись на ступеньки, поднял голову.

За спиной рявкнуло башенное орудие танка. Нестеров толкнул дверь из прозрачного пластика и очутился на станции. Над его головой раздался взрыв, и осколки чего-то металлического поскакали по асфальту. Фрагменты горящего ларька, пробив ограждение, накренившись, зависли над лестницей.

Отряд замер у билетных касс. Ученые, тяжело дыша, сидели на полу, охранники пытались перевести дух, облокотившись о деревянный прилавок. Одного из них задело осколком, и теперь Пит, раскрыв полевую аптечку, отматывал длинную полоску стерильного бинта.

– Как он? – осведомился Барнс, наклонившись рядом.

– Жить буду, – отмахнулся боец и тут же скривился, когда Пит протер рану спиртом.

Владимир стоял, упершись ладонями в колени.

– Проклятье… – Он стянул противогаз и вытер пот со лба. – Вот и аукнулись мне школьные прогулы физкультуры…

Сталкер глубоко вдохнул. Роман прошелся между членами группы, быстро оценивая состояние каждого.

– Ладно, – наконец объявил он, поднимая с пола автомат и машинально проверяя обойму. – Володька, Рем, вы молодцы.

Снайпер устало махнул рукой, на его правой щеке виднелась небольшая царапина.

– Я знаю, вам всем сейчас нужно время, чтобы перевести дух, и оно у нас будет. Но сначала нужно уйти с опасного участка. А для этого нам надо двигаться.

– Куда? – Пит, закончивший с обработкой раны, удивленно поднял голову. – Там же наверху эта… штука.

Он содрогнулся.

– А мы туда и не пойдем, – сообщил Нестеров и, раздвинув прозрачные створки турникета, направился к спуску на платформу.

Александр зажмурился, затем раскрыл глаза и глубоко вдохнул. Помогло слабо. Молодой человек пригубил пластиковый стаканчик с кофе и, поморщившись, проглотил мерзкую быстрорастворимую бурду. Два часа сна в одежде под бесконечный рокот вертолетных винтов сержант с трудом мог назвать отдыхом и потому в первую секунду, когда Джон разбудил его и сообщил, что пора идти на брифинг, хотел швырнуть в голову рядового что-нибудь тяжелое.

Сейчас наемники, штурмовавшие университет, расположились в большом помещении с рядами стульев, выставленных амфитеатром. Хофф поискал глазами Еву. Девушка сидела во втором ряду, с интересом глядя на широкий настенный экран.

Брэнон, прохаживающийся за кафедрой, щелкал пультом, меняя слайды.

– Таким образом, нашими целями в рамках операции «Треугольник» становятся здание МГУ…

На экране возникла громадная сталинская высотка Университета имени Ломоносова.

– Центральное строение комплекса Москва-Сити…

Гигантский стеклянный небоскреб на берегу широкой реки, сверкающий в лучах закатного солнца.

– И башня Останкинского телецентра.

На слайде была изображена длинная узкая стрела, вздымающаяся в небо. Майкрофт кивнул.

– Я читал об этой штуке, – сообщил он на ухо Александру. – Она до сих пор считается одним из крупнейших зданий мира. У меня даже была мечта прыгнуть с нее с парашютом…

– Седьмой ряд! – прикрикнул полковник. – Я вам не мешаю?

– Простите, сэр! – Джон опустился на свой стул.

– Итак, как я уже сказал, нас будут ожидать отряды «Мусорных лис», проводившие разведку на местности. От них мы получим детальную информацию о текущем положении дел.

Брэнон отложил пульт и встал за кафедру.

– Тактически план следующий: в задние войдут пять групп. Четыре «черных» и одна «красная». Задача «черных» – страховать и прикрывать тылы. Задача «красной» – транспортировка антенны от комплекса на вершину постройки. В МГУ «красной» я назначаю группу сержанта Хоффа.

Александр вздрогнул. Сонливость сжалась в комок и спряталась куда-то под основание черепа. Молодой человек моргнул. Его взгляд встретился со взглядом полковника.

– Ну что, сэр? – Джон сжал и разжал кулаки. – Кажется, мы только что влипли?

Роман толкнул прозрачную пластиковую створку с надписью «Входа нет» и с наслаждением вдохнул свежий ночной воздух. После темноты туннелей, разрываемой лишь светом фонарей, полумрак снаружи казался ослепительным.

В небе над проспектом Вернадского горели звезды. Десятки, если не сотни ярких точек, невидимых в обитаемых городах. Вокруг выхода из метро поднимались темные громады заброшенных домов. Их панельные и кирпичные стены пошли трещинами, в большинстве окон отсутствовали стекла. Из одного свешивался труп в камуфляже. Мертвый сталкер держал в правой руке снайперскую винтовку. Посередине забитой пустыми машинами площади возвышался потускневший памятник Юрию Гагарину.

Нестеров перебросил автомат поудобнее. Поднявшись на один лестничный пролет, присел возле бетонного ограждения, достал бинокль и принялся изучать противоположную сторону шоссе.

– Четыре контакта, – сообщила опустившаяся рядом Дельта и сняла с предохранителя снайперскую винтовку. – Восемьсот метров. Возле опрокинутого мусоровоза. Оружие… два АКСМ и пистолеты.

Роман повернулся в указанном направлении и отрегулировал четкость изображения.

Вдалеке по тротуару действительно двигалась группа из четырех человек. Ходоки в противогазах обогнули лежащий на боку зеленый «КамАЗ» и, опасливо озираясь, направились в сторону небольшой аптеки. В ее широких стеклянных витринах зияли огромные дыры, дверь была распахнута настежь. Перешагнув через валяющуюся на асфальте вывеску в виде красного креста, мародеры исчезли внутри.

– Вроде ушли… – выдохнул Нестеров и махнул рукой ожидающему внизу Барнсу.

Тот кивнул и, заглянув внутрь подземного перехода, позвал остальных членов группы.

Вскоре маленький отряд, оставив позади печально смотрящий вдаль памятник первому космонавту, двинулся мимо разросшегося парка 50-летия Октября. Владимир нагнал Романа и, поравнявшись с ним, пошел рядом.

– Слушай, зря мы тут поперлись, – тихо проговорил он. – Надо было дойти до Юго-Западной по туннелю…

– Туннель обвалился, – напомнил Нестеров, скользящий взглядом по обшарпанным стенам окружающих проспект жилых домов. – Мы с Ремом специально сбегали посмотреть. Там все так же глухо, как и было.

– Нашли бы обходной путь, – проворчал Свистунов и замотал головой.

– Слушай, а что такое? – Роман обернулся на друга. – Шагай, любуйся звездным небом!

– Да полюбуешься тут… – Гольф замялся. – Блин, Ром. Я боюсь.

– Чего? – Нестеров удивленно посмотрел на него. – Ты? Боишься? После того, как мы уделали доповский танк?

– Я просто… – Владимир кашлянул. – Слышал много нехорошего об этой части проспекта Вернадского.

– О какой именно? – Роман остановился.

– О той, на которую мы только что вошли. – Свистунов указал на оставшийся позади поворот на улицу Кравченко.

– Э-э… ребят? – Шедшая впереди Дельта неожиданно остановилась и в нерешительности оглянулась на молодых людей. – По-моему, вам надо на это взглянуть.

Переглянувшись, сталкеры подбежали к девушке и тоже удивленно замерли рядом с ней.

Всю улицу впереди застилал мягкий, похожий на вату туман. Его пелена слегка покачивалась и струилась словно живая, из нее, словно острова в океане, выступали силуэты брошенных автомобилей.

Нестеров опустил руку в карман и, достав гайку, подкинул ее на ладони. А затем, размахнувшись, швырнул во мглу.

Из тумана раздался негромкий звон металла о металл. Больше ничего не произошло. Только где-то рядом ветер зашумел кронами разросшихся парковых деревьев.