Голые - Харт Меган - Страница 85

– Как ты мог привезти меня в тот дом, познакомить с теми людьми, не сказав правды? – выделяя каждое слово резко произнесла я. – Как ты мог преспокойно стоять там и представлять меня ей, не предупредив заранее, кто она на самом деле?

Я видела Алекса разным, и все же он никогда не давал повода уличить его в глупости. Но независимо от того, каким он представал, Алекс был прежде всего мужчиной. А любая женщина, у которой когда-либо были отношения, прекрасно знает: сообразительность мужчины не имеет ничего общего с величиной коэффициента его умственного развития.

– Кто? – спросил недогадливый Алекс.

– Энн, – с нажимом ответила я.

Его лицо вдруг стало бесстрастным – не настолько нечитаемым, как не раз случалось в прошлом, но достаточно невозмутимым, чтобы показать мне: я явно попала в его слабое место.

– Энн – жена Джейми. – Алекс особо подчеркнул слово «жена».

– А как же Джейми? – бросила я. – Боже праведный, Алекс! Неужели ты думал, что я ничего не замечу? Неужели в самом деле считал, что я ничего не пойму?

– Джейми – мой друг. – Он не отводил от меня своего взгляда, настолько резкого, что я не хотела смотреть ему в глаза. – Мой лучший друг.

– А что же насчет нее? Энн? Кто она тебе? – Не дожидаясь ответа, я бросилась вперед, атакуя. Алекс сделал шаг назад. – Ты привез меня в их дом, выпихнул навстречу этой Энн, не упомянув, что спал с ней, а потом бросил меня на произвол судьбы, сбежав со своим лучшим другом навек! Знаешь, какой идиоткой я себя чувствовала? Ты хотя бы понимаешь, как важно мне было услышать от тебя: «Эй, между прочим, я трахал жену своего лучшего друга»?

Его рот открылся. Потом закрылся. Алекс выпрямился и положил руки на бедра, отчего его плечи стали казаться просто невозможно широкими.

– Мне очень жаль. Это было… не так.

Я вдохнула настолько резко, что заболело горло.

– Тогда как же это было?

В первый раз за все время этого непростого разговора Алекс опустил взгляд.

Я отшатнулась, желудок сдавило спазмом. Сердце заныло от боли.

– Ты… любишь ее.

– Нет, – тут же, без раздумий, ответил он. – Больше не люблю. Не так, как тебя.

Я сглотнула комок горькой желчи.

– И ты думаешь, что от подобного признания мне должно стать легче?

– Да!

Возможно, в этот момент мы могли бы протянуть друг другу руки, нежно соприкоснуться пальцами. Но мы этого не сделали. Нас разделяла бескрайняя пропасть, которая угрожающе росла.

– Значит, меня должно воодушевить то, что ты любил другую женщину, о которой никогда, ни разу не упоминал. Ты дал мне подробный перечень всех, с кем когда-либо трахался, но так и не рассказал о ней. О той, кого ты по-настоящему любил.

– Я просто… – Алекс пожал плечами, сейчас он выглядел совершенно беспомощным. Он рассеянно взъерошил волосы, еще больше их растрепав. – Какая разница, кого я любил первой, если ты – та, кого я полюбил последней?

Что ж, по крайней мере, это звучало лучше, чем «бывшая девушка».

– А твой лучший дружок знает, что ты трахал его жену?

– Да. Он знает.

Я снова с усилием глотнула. Алекс слишком часто повторял мне, что обязательно скажет правду, если я спрошу, – а я слишком часто предпочитала ничего не спрашивать.

– Взгляни на меня.

Он поднял на меня глаза. Я столько раз видела своего Алекса с непроницаемыми глазами и улыбкой, натянутой на лицо для всего остального мира! Но в этот момент он был не таким. Алекс отдал мне все, о чем я даже не просила, и теперь я не могла притворяться, будто не вижу его искренности.

Я думала о двух мужчинах, которых явно связывало нечто большее, чем обычная дружба. Размышляла об Энн, пронзительный взгляд которой следовал за ними, все понимая, принимая… и любя, несмотря ни на что.

Я не могла быть такой, как она.

И я больше не могла удерживаться от вопросов:

– Вы трое, вместе?

Он кивнул:

– Да.

– И как долго это продолжалось?

– Несколько месяцев. С тех пор прошли годы. Все кончено, Оливия. Клянусь тебе, все кончено.

Я знала это и без его заверений. Я видела это по выражению, которое принимало лицо Энн при взгляде на Алекса, слышала это в ее голосе, когда она посоветовала мне любить его – несмотря ни на что.

– Почему ты не рассказал мне сразу?

Алекс нервно провел рукой по волосам.

– Я не думал, что ты догадаешься.

– Значит, именно из-за Энн ты так долго не возвращался домой?

Он открыл рот, и я уже приготовилась услышать ложь. Но Алекс кивнул:

– Да. Вся эта дрянь, творящаяся с моей семьей, никогда не заставила бы меня сбежать. Но то, что произошло с Джейми…

– …И Энн, – подхватила я, вынуждая Алекса произнести ее имя открыто, мне в лицо.

– Да. С Энн. Никогда не думал, что доведется снова оказаться дома. Но потом я встретил тебя, Оливия, и все вдруг изменилось в один миг, – задумчиво произнес Алекс. – Я люблю тебя. Я хочу выстроить свою жизнь заново, с тобой. Но у меня нет желания никогда больше не видеться с Джейми… но… я больше не встречусь с ним, если ты будешь против нашего общения.

Я не могла просить, чтобы он пошел на это. Горло саднило от сдерживаемых криков и рыданий, и я снова судорожно глотнула.

– В любом случае тебе следовало обо всем мне рассказать. Это расстроило бы меня, но так все равно было бы лучше. Я не узнала бы об этом вот так… Я чувствовала себя глупо, Алекс.

– Я знаю. Прости. Мне действительно очень жаль.

Я верила ему, но это уже не имело значения. Я взглянула на кольцо и потерла его подушечкой большого пальца: бриллиант ярко засверкал, отбрасывая разноцветные лучики в разные стороны. Хотелось плакать, слезы подступали к горлу, но глаза оставались сухими. Да, сейчас я смотрела на Алекса ясными глазами – никаких размытых кадров, никаких фотографий не в фокусе. Я видела его реальным, и между нами стояла только правда.

– Ты любишь его?

Алекс помедлил, не решаясь ответить.

– Да. Но я никогда не спал с ним, Оливия. Клянусь.

– А тебе бы этого хотелось?

Он подошел ко мне ближе.

– Нет. Больше нет.

– Значит, это он хочет трахнуть тебя?

– Джейми знает, когда нужно остановиться, – серьезно произнес Алекс. – Понимаешь, Оливия, мы с Джейми… когда мы оказываемся вместе, тут же превращаемся в пару придурков. Я знаю, что мы можем быть такими гребаными идиотами!

Я видела этих двоих вместе и понимала, что между ними существует нечто большее, чем просто дружба. Похоже, так было всегда – по крайней мере, я это чувствовала. И, в отличие от Энн, сомневалась в том, что смиренно приму то, что может произойти.

– Кэм – твой сын?

Алекс не произнес ни слова, его челюсть потрясенно дернулась вниз. Он отрицательно покачал головой и провел рукой по волосам, потом сжал пальцами свою шею. И принялся в волнении расхаживать по комнате.

– Нет. Сейчас… Черт, нет. Это ребенок Джейми, совершенно точно, никаких сомнений.

– Он похож на тебя.

Алекс повернулся, чтобы взглянуть на меня.

– Он – не мой.

– Ты в этом уверен?

– Мне пришлось подсчитывать месяцы, – произнес Алекс голосом полным сарказма, – но да, я уверен. И даже если бы он был моим, Оливия… этот ребенок – не мой сын.

У меня на короткий миг перехватило дыхание.

– Как ты можешь так говорить?

– Ты должна это понимать, – с нажимом ответил он. – Ты знаешь это лучше, чем кто бы то ни было.

В этот момент слезы все-таки хлынули из моих глаз, оставляя на лице широкие влажные дорожки. Лицо Алекса исказилось тревогой. На сей раз он сделал шаг навстречу мне, но я отшатнулась.

– Оливия…

– Я не могу пойти на это, Алекс. Я думала, что у меня получится. Считала, что это не имеет для меня значения. Но я ошибалась.

Он резко выдохнул:

– Я не понимаю…

Я сняла с пальца кольцо и протянула ему на ладони. Алекс во все глаза смотрел на символ нашей любви. Я видела, как он с усилием глотнул, как приоткрылся его рот, не в силах произнести ни слова. Алекс не двинулся с места, чтобы забрать кольцо, и теперь бриллиант блестел и переливался в моей руке – совсем как тогда, когда еще красовался на моем пальце.