Просто слушай - Дессен Сара - Страница 27

— Да у тебя их уже тысяча, наверно, — вмешалась миссис Армстронг. Огромный рост Оуэн явно унаследовал от нее. Она была выше меня, с собранными в пучок волосами, в джинсах и вязаном свитере. Я осторожно взглянула на ее туфли — они были с тупыми мысами. Интересно, они для строгих вегетарианцев?

— Здравствуй! — поздоровалась мама Мэллори. — Я — Тереза Армстронг. А тебя как зовут?

— Мама! — Мэллори покачала головой. — Это же Аннабель Грин! Неужели ты ее не узнала?

— Прошу прощения. А должна была?

— Нет, — сказала я.

— Да! — воскликнула Мэллори. — Аннабель снималась в рекламе «Копфса», в которую я влюблена!

— Да, точно, — вежливо улыбнулась миссис Армстронг.

— И она дружит с Оуэном. Очень дружит!

— Правда? — удивилась миссис Армстронг и улыбнулась мне. — Здорово.

— Аннабель участвует в показе мод на следующих выходных, — сказала Мэллори, а мне пояснила: — Мама не очень хорошо разбирается в моде. Я ее просвещаю.

— А я, — вздохнула миссис Армстронг, — пытаюсь приучить Мэллори интересоваться чем-то более серьезным, а не только одеждой и поп-звездами.

— Непростая у вас задача, — сказала я.

— Почти невыполнимая. — Она поправила ремешок сумочки. — Но я стараюсь как могу.

— Здравствуйте, покупатели «Копфса»! — прогремел голос из громкоговорителя. — Спасибо, что пришли сегодня посмотреть на Дженни Риф! Она приехала к нам в магазин благодаря «Мушке Серфуэр». Через несколько минут, в час дня, мы ждем вас в кафе «Копфс», расположенном рядом с отделом мужской одежды, где Дженни будет исполнять свой новый хит. До встречи!

— Слышала? Она будет выступать! — Мэллори схватила маму за руку. — Надо обязательно остаться!

— Нет, у нас в половине второго занятия в женском центре, — возразила миссис Армстронг.

— Мам, ну почему сегодня?! — застонала Мэллори. — Давай не пойдем, пожалуйста!

— Мы раз в неделю ходим на занятия по взаимоотношениям матерей и дочерей, — пояснила мне миссис Армстронг. — Там собирается шесть мам и шесть дочек. Мы обсуждаем вопросы, важные для нашего личностного роста. Занятия ведет замечательный профессор, специалист по женским исследованиям, Бу Коннел, и они…

— Жутко скучные! — закончила за нее предложение Мэллори. — В прошлый раз я заснула.

— И зря! Мы обсуждали менструацию, — продолжила миссис Армстронг. — Она — проявление важных изменений и новых процессов в организме женщины… Очень интересное получилось занятие.

Мэллори ахнула:

— Мама! Не вздумай обсуждать с Аннабель Грин месячные!

— А чего тут стесняться, детка? — спросила миссис Армстронг, а Мэллори еще сильнее покраснела. — Думаю, они есть даже у моделей.

Мэллори закрыла глаза, как будто мечтала провалиться под пол или представляла, что уже провалилась.

Из громкоговорителя снова послышался голос.

— Мне пора, — сказала я. — Приятно было с вами познакомиться.

— Мне тоже, — ответила миссис Армстронг.

Я улыбнулась напуганной Мэллори:

— До встречи!

Она кивнула:

— Пока, Аннабель.

Я пошла в конференц-зал. Поднимаясь по ступенькам, услышала, как зашипела Мэллори:

— Мам, да как ты могла?

— А что не так?

— Ты меня унизила! И должна извиниться!

— Детка, — миссис Армстронг вздохнула, — я не понимаю, что случилось. Давай, ты…

Конец фразы заглушили голоса женщин в отделе косметики, которым визажисты создавали новый облик. У конференц-зала я обернулась. Мэллори с мамой все еще стояли на прежнем месте. Миссис Армстронг присела на корточки и внимательно слушала дочь, периодически кивая.

Из конференц-зала послышался голос миссис Макмерти. Она велела всем замолчать и сказала, что пора начинать. Но я все еще следила за Мэллори с мамой. Наконец миссис Армстронг встала, и они направились к выходу. Мэллори все еще была недовольна, но, когда мама взяла ее за руку, противиться не стала. Сжала пальцы миссис Армстронг, и они вместе вышли из торгового центра.

Когда я вернулась домой, то обнаружила Уитни на лестнице перед домом. Перед ней стояли четыре маленьких цветочных горшка и мешок специальной земли. В руке сестра сжимала совок и явно была очень недовольна.

— Привет! — Я подошла к ней. — Что делаешь?

Вначале она не ответила. Молча разорвала мешок и зачерпнула совком землю. Но когда я подошла к двери, сказала:

— Мне траву велели вырастить.

Я остановилась:

— Траву?

— Ну да. — Она переложила вязкую землю в крошечный горшочек, разбрызгав часть по краям. — Для этих идиотских занятий.

— А почему траву?

— Понятия не имею. — Она так же неаккуратно наполнила второй горшочек и вытерла лицо рукой. — Папа с мамой платят Мойре Белл сто пятьдесят баксов в час за то, чтоб я выращивала розмарин! — Уитни достала пакетики с семенами. — А также базилик, душицу и тимьян! Отличное капиталовложение!

— И в самом деле странно.

— Естественно! — Она кинула землю в третий горшочек. — Глупость полная! Пустая трата денег! Скоро зима! Какая трава?

— А ты об этом миссис Белл говорила?

— Пыталась! Но ей плевать. Главное — выставить нас дураками. — Она швырнула землю в последний горшок. Земля задрожала, но не высыпалась. — «Расти ее дома! — защебетала Уитни. — Поставь на солнечное окошко!» Чудесно. Да у меня эта трава за неделю загнется! А если и нет, то на кой она мне?

Она надорвала пакетик с базиликом и высыпала на руку несколько семян.

— Ну, с ней готовить можно, например, — предложила я.

Уитни собиралась посадить семена, но остановилась и взглянула на меня. Ее лицо было непроницаемо.

— Готовить, — повторила она. — Понятно.

Я покраснела. Ну вот, опять ляпнула глупость. А ведь не хотела! К счастью, зазвонил телефон, и я бросилась в дом, радостно захлопнув за собой входную дверь.

Когда я вбежала на кухню, уже сработал автоответчик, и раздался громкий голос Кирстен:

— Алло! Есть кто дома? Возьмите трубку, это я! Да куда все подевались? У меня хорошая новость!

Я схватила трубку:

— Какая?

— Привет, Аннабель! — воскликнула Кирстен. Как не похоже на монотонный ровный голос Уитни! Я села и устроилась поудобней. Кирстен обычно болтает без перерыва, и с ней можно целый вечер провисеть на телефоне. — Здорово, что ты дома! Как дела?

— Хорошо. — Я немного подвинулась направо, чтоб видеть Уитни. Она хмуро кидала семена в горшки. — А у тебя?

— Великолепно! — Кто б сомневался. — Помнишь, я рассказывала тебе про занятия режиссурой, на которые я хожу в этом семестре?

— Да, — ответила я.

— Так вот. Нам к промежуточному зачету задали снять короткометражный пятиминутный фильм. Но для показа, куда все пойдут, выбрали всего два! И один из них мой!

— Ого, здорово! Поздравляю!

— Спасибо! — рассмеялась Кирстен. — Знаешь, я понимаю, что это всего лишь учеба, но все равно я счастлива! Режиссура и искусство общения… они очень изменили мой взгляд на мир. Брайан говорит, что я учусь не только говорить, но и показывать, а еще…

— Стоп, — перебила я ее. — Кто такой Брайан?

— Ассистент преподавателя искусства общения. Он помогает на занятиях и проводит дискуссии в маленьких группах по пятницам — я их тоже посещаю. Он — просто чудо! Такой умный! Слушай, я горжусь своим фильмом, но на следующих выходных придется о нем рассказывать целому залу! Я ужасно боюсь!

— Ты боишься? — По-моему, страх моей сестре не присущ в принципе. — Ты?

— Вообще-то, да. Мне придется рассказывать о фильме толпе незнакомцев.

— Ты ведь столько раз выступала перед незнакомцами! Даже в купальнике!

— Это совсем другое дело! — возразила Кирстен.

— Почему?

— Потому что… — Она вздохнула. — Понимаешь, фильм — это что-то очень личное. Настоящее.

— Да… Понимаю… — неуверенно согласилась я.

— Ладно. До показа еще целая неделя. Вы там за меня болейте!

— Конечно! А о чем он?

— Мой фильм?

— Да.

— Трудно сказать… — начала Кирстен и замолчала, но конечно же продолжила: — Вообще, он обо мне. И Уитни.