Ссылка - Самсонов Геннадий Федорович - Страница 70

– Проходи. Только не задерживаться. Долго стоять не будем.

– Слушай – Клюев постарался придать своему лицу блудливое выражение – Тут бабенка вышла. Сладенькая такая с букетом в руках. Не знаешь, кто такая?

Матрос уставился на пачку папирос в руке Клюева. Та моментально оказалась в кармане матроса. Он снисходительно усмехнулся:

– Не знаю. А садилась в Покрово. Тамошняя она видать. Помогала бабе беременной зайти. Так та ее вроде Анной называла, а по отчеству то ли Андреевна, то ли Матвеевна. Точно не запомнил.

– Ладно – рассмеялся Клюев – Хороша Маша, да не паша. Зальем разлуку пивком.

– Пойди залей – тоже хохотнул матрос.

Сидя в буфете и стиснув в руках пивную кружку. Клюев унял в себе нервное напряжение, какое бывает у гончей собаки, почувствовавшей добычу. Он стал прикидывать как ему обстряпать это дело, «перво?наперво пошлю завхоза в Покрово, что бы все разузнал – планировал Клюев – А потом если понадобится можно и милицию подключить». Пароходный гудок оторвал его от злых замыслов. Клюев крупными глотками допил пиво из кружки и поспешил к выходу. Он и прихрамывать стал меньше. Предстоящая месть придавала ему дополнительные силы. Клюев перешел по трапу и на прощание помахал рукой матросу. До прибытия парохода оставалось около получаса и он решил дожидаться его здесь на пристани.

***

Анна узнала Клюева. Она усилием воли заставила себя придать лицу безразличное выражение, но понимала, что ей это не удалось. Она прошла мимо Клюева и ощутила она своей спине его сверлящий взгляд. «Неужели узнал – ударило в голову – Но откуда». И перед глазами Анну возникла узкая полоска щели в тамбуре вагона. «Нет, это невозможно» – как заклинание шептала она, с трудом передвигая налитые свинцом ноги. Навстречу ей спешил Никита. Анна остановилась, энергично потерла ладонями щеки и через силу попыталась улыбнуться. Никита подхватил у нее сумку, внимательно вгляделся в лицо и обеспокоено спросил:

– Что с тобой?

– Ничего – успокоила его Анна – Укачало наверное.

Никита объяснил ее состояние беременностью и осторожно взяв Анну за локоть повел ее наверх. На берегу стояла легкая бричка, а около нее двое мужиков. Фигура одного из них показалась Анне до боли знакомой. Она заволновалась, освободила локоть от Никиты, ускорила шаг, а потом и вовсе побежала навстречу идущему к ней мужику:

– Дядя Савелий – бросилась на шею мужику Анна, целуя его в лохматую бороду и плача от радости.

– Ну?ну, Аннушка – блестя влажными глазами, успокаивал ее Савелий – Все хорошо. Ты у нас молодец. Все позади.

Анна оторвалась от него и взглянула по сторонам.

– Отец завтра приедет – понял ее Савелий – не смог сегодня. Коменданта на месте не было. А так у него все в порядке. А это – кивнул головой в сторону стоящего рядом мужика – Мой старинный друг Клим.

Анна протянула руку добродушно улыбающуюся мужику, представилось и подошла к Никите. Она обвела его шею руками и нежно поцеловала его в губы.

– Спасибо тебе Никита – прошептала она ему в ухо. Я тебя очень люблю.

Большего счастья Никита не испытывал никогда:

– Я знал, что ты когда?нибудь скажешь это – шептал он ей – Мы будем счастливы и ни что не помешает нам в этом.

Легкая тень скользнула по лицу Анны. Ей вспомнилась встреча с Клюевым на пристани. Никита не заметил ничего и увлек ее к бричке.

– Поедем, Клава ждет.

В бричке разместились с трудом. Ехать было недалеко и они добрались до дома без проблем. Клава ожидала их у калитки. Объятия, поцелуи и Анна на какое?то время отвлеклась от мрачных мыслей, охватывающих ее все больше и больше. Зайдя в комнату, она присела на лавку и задумалась. Никита, внимательно наблюдавший за ней, присел рядом, обнял за плечи и спросил:

– Аня, что с тобой? Что случилось?

Анна не выдержала. Она уткнулась ему в грудь и разрыдалась.

– Никитушка, что же это делается? Чем же я перед Богом провинилась?

Никита растерянно гладил ее волосы, не понимая в чем дело. Вошедший с улицы Савелий с удивлением смотрел на Анну и присел около нее:

– Ну чего плачешь, Аннушка. Увидишь ты завтра отца.

Анна отняла голову от Никиты, вытерла косынкой глаза и уставившись в угол, как в пустоту, глухо проговорила:

– Не знаю, увижу ли.

– Да в чем дело? – чуть не хором воскликнул Никита и Савелий.

Анна медленно обвела их взглядом и судорожно сглотнув, выдавила из себя:

– Узнал он меня.

– Да кто узнал?

– Клюев из Кузнецова. По его вине Алеша погиб.

– Так – поднялся Савелий – Ну?ка давай все по порядку.

Он уже знал от Никиты эту историю в лесной делянке, но хотел услышать все это от Анны.

Рассказ Анны обо всем, вплоть до ее встречи с Клюевым занял несколько минут. Савелий, выслушав ее, заходил по комнате. Половицы скрипели под его тяжелыми ногами.

– Что же теперь делать? – обвела взглядом Анна Никиту и Савелия – Я же вас всех подставила.

Глаза Анны опять наполнились слезами. Савелий поскреб у себя в бороде:

– Как хоть выглядит этот Клюев?

– Да ничего особенного. Плюгавенький такой с клюшкой. Хромает немного. Он на пароход в Кузнецово шел. А за нами следом не пошел. Уехал наверное.

Никита стал успокаивать Анну. Савелий вышел из избы и подошел к Климу, кормившего жеребца овсом. Клава носила воду в баню.

– Клим, когда пароход уходит в сторону Кузнецова? – озабоченно спросил друга Савелий.

Клим вытащил карманные часы, щелкнул крышкой и взглянул на циферблат.

– Да, пожалуй, только что отчалил.

Савелий потрепал жеребца по шее. покачал бричкой и обратился к Климу:

– Не одолжишь мне жеребца с бричкой?

– Бери – удивился Клим – А что случилось?то?

– Беда, парень, большая может быть – Савелий положил руку на плечо друга – Догнать мне пароход надо. Кровь из носу.

Клим по тону и поведению Савелия понял, что дело серьезное.

– Может мне с тобой…

– Нет, нет – остановил его Савелий – Одному легче будет. Ты вот, что увези?ка их всех рано но утру к себе и там меня дожидайтесь. Если я задержусь, встретьте завтра пароход с Котласа. Там должен приехать отец Анны – пожилой такой, в очках, усики короткие и наверное будет с кожаным саквояжем. Понял?

– Понял. Все сделаю.

Савелий тем временем быстро вернулся в избу, накинул свою котомку на одно плечо и подошел к Анне и Никите:

– Завтра утром рано вас всех Клим к себе на тонь увезет и там меня ждите. Если рано не вернусь, то отца он встретит. В город не ходите, сидите пока там, как воробушки. А мне по делам надо.

– А ты куда? – вскочила с лавки Анна.

– Все. Некогда мне – махнул рукой Савелий – Сидите здесь.

Клим уже развернул бричку и бросил поводья выскочившему из избы Савелию. Тот скинул котомку и бросил ее в бричку:

– Ну, Клим, командуй тут. Чуть чего прячь всех.

– Понял, Савелий. Тут у меня ружье в чехле под сиденьем и патронташ там же.

– Ладно – отозвался Савелий.

Дико вскрикнул и жеребец, словно ему передалось возбуждение нового хозяина, выгнул шею и почти с места, рванул крупной рысью. Хоровод куриц с отчаянным кудахтаньем кинулся в разные стороны, роняя пух и перья. Соседский пес, лениво валявшийся посреди дороги ошалел от такого нахальства и с лаем кинулся вслед за бричкой. Редкие прохожие сторонились к оградам, пропуская невесть откуда взявшуюся повозку. Савелий спохватился и немного попридержал жеребца. Тот перешел на мелкую рысь, но бричка катилась с приличной скоростью. Выехав за город, Савелий снова заставил жеребца прибавить ходу. Дорогу Савелий знал хорошо. Ему приходилось бывать в Кузнецове. В свое время он подряжался сопровождать плоты оттуда до Архангельска. Дорога пока шла боровиной, была укатанной и сухой. Савелий подгонял жеребца, рассчитывая дать ему отдохнуть, когда дорога пойдет лугом. Он еще не знал, что предпримет, когда догонит пароход и увидит этого хромого мужика. Сначала надо будет каким?то образом выпытать, узнал ли он Анну. Если нет, слава Богу. А если узнал, постараться заткнуть ему пасть деньгами, мехом или всем, что он пожелает. Савелий достаточно пожил на свете и в людях разбирался. Он понимал, что для определенной категории людей, сладкая жажда мести, дороже любых денег и уязвленное самолюбие требует внутреннего удовлетворения. Это как глоток воздуха человека, пробывшего долго под водой. «Но можно подумать, что и Анна мстила Клюеву, толкая его с вагоном под откос – возникла у Савелия мысль, но он тут же отогнал ее – Нет, это была не месть. Это было наказание и наказание справедливое когда власть не в силах или не хочет творить правосудие, человек сам должен найти способ реализовать свое право на возмездие».