Возрожденный любовник (ЛП) - Уорд Дж. Р. - Страница 60

Может, еда подождет. Особенно когда он увидел ее обнаженные ноги, мелькнувшие посреди спутанного покрывала.

Да, у Тора на них свои планы. Планы в стиле «закинуть-через-плечо»…

Ноу-Уан внезапно набросила покрывало на хромую ногу,  пряча от его взгляда.

Тор уверенным шагом подошел к ней и непреклонно вернул одеяло на место.  Очертив плохо зажившие раны пальцем, он посмотрел ей прямо в глаза.

– Ты прекрасна. Каждый твой дюйм. Ни секунды не думай, что с тобой что-то не так. Хорошо?

– Но…

– Нет. Я тебя не слышу. – Наклонившись, он снова прижался губами к ее голени, икре, лодыжке, провел по шрамам,  лаская их. – Прекрасна. Целиком.

– Как можешь ты так говорить? – прошептала Ноу-Уан, моргая от слез.

– Потому что это правда.– Выпрямившись, он сжал ее в последний раз. – Не прячься от меня, хорошо? И накормив тебя, я покажу, насколько серьезен в своих словах.

От его слов она улыбнулась… а потом тихо рассмеялась.

– Моя девочка, – пробормотал он. Но… черт, она ведь не «его». Что только что вылетело из его рта?

Силком потащив себя к двери, он вышел в коридор, закрыв Ноу-Уан в комнате…

– Что за хрень? – подняв ногу, он внимательно рассмотрел ступню. На коже была серебристая краска.

Посмотрев на дорожку, он обнаружил след… серебряной краски, уходивший вниз по коридору к балкону на втором этаже.

Чертыхнувшись, Тор задумался, кто из додженов над какой частью дома сейчас работал. Хорошо, что пятна принесут много радости беднягам, в ином случае Фритц будет рвать и метать.

Следуя за каплями к вершине парадной лестницы, он спустился в фойе.

След вел прямо в вестибюль.

– Господин, добрый день. Вам что-нибудь нужно?

Тор повернулся к Фритцу, который выходил из столовой с мастикой для натирки полов.

– Хэй, да. Мне нужно что-нибудь из еды. Но, что за хрень с краской? Вы с парнями решили изуродовать бассейн?

Подойдя ближе, дворецкий нахмурился.

– На территории особняка никто ничего не красит.

– Ну, значит, кто-то играет в Микеланджело. – Тор сел на корточки и провел пальцем по одной из мелких лужиц…

Минуточку… это не краска.

И субстанция пахла цветами.

Свежими цветами?

На самом деле именно этот запах был в его комнате.

Его взгляд метнулся к двери в вестибюль, он вспомнил о том дожде из пуль, под который он вышел. И, наконец, понял, что не чудо спасло его от смерти.

– Приведи Джейн, быстро, – рявкнул он доджену.

***

О, даааа, подумал Лэсситер, перевернувшись на горячем камне и подставив свой зад солнцу. То, что нужно…

Принимая все во внимание, выдался отличный день. Чтобы схлопотать свинца.

Ну, то есть, ночь.

А также время года.

Спасибо Создателю за лето: пока он лежал на первых ступеньках особняка, слепящие мегаватты июля лились на него, лучи исцеляли изрешеченное пулями тело. Без солнца? Он, вероятно, снова бы умер… и не такой встречи с боссом он искал. Воистину, солнечный свет для него – что кровь для вампиров: необходимость, от которой он получал истинное удовольствие. И пока он купался в его тепле, боль отступала, а сила возвращалась… и тут он подумал о Торе.

Ну что он за придурок – вытворить такую глупость в том переулке? Чем, во имя всего святого, думала эта истеричка?

Да плевать. Черта с два он позволит ублюдку выйти под перекрестный огонь без защиты. Они зашли слишком далеко, чтобы запороть все в тот самый момент, когда дело сдвинулось с мертвой точки.

И сейчас Тор и Ноу-Уан были вместе, ценой того, что он превратился в подушечку для булавок.

Так что не все потеряно. Он же, с другой стороны, серьезно подумывал оторвать этому Брату яйца – в качестве расплаты. Во-первых, пули в теле жгли не по-детски. Во-вторых, что, если бы на дворе стоял декабрь? Тогда он не жилец…

Лэсситер поднял голову, когда массивная парадная дверь громко хлопнула. Док Джейн, их фантастическая целительница от Бога, вылетела из особняка так, будто нацелилась бежать дистанцию спринтом.

Она резко затормозила, чтобы не перелететь через него.

– Вот ты где!

Этого только не хватало.

О, вы только гляньте, она принесла с собой веселый ящик, маленький красный крест указывал на принадлежности для неотложной помощи.

– Шикарное ты выбрал время для загара, – пробормотала Джейн.

Он снова опустил голову, его щека легла на теплый камень.

– Просто веду себя как хороший пациент и принимаю свои лекарства.

– Не против, если я осмотрю тебя?

– Твой супруг меня не убьет, если ты увидишь меня голым?

– Ты уже голый.

– Тебе не видна моя самая главная сторона. – Когда она нависла над ним без дальнейших комментариев, он пробормотал: – Отлично. Делай, что хочешь… но не заслоняй мне солнце. В нем я нуждаюсь больше, чем в тебе.

Она поставила коробку рядом с его ухом и села на колени.

– Ага, Ви рассказал мне немного о том, как ты устроен.

– Охотно верю. Знаешь, мы с ним не раз пересекались. – Сукин сын даже спас его однажды… чудо, учитывая, как сильно они ненавидят друг друга. – У нас с ним своя история.

– Он упоминал об этом, – сказала она рассеянно, будто в данный момент проверяла его раны. – Возможно, в тебе еще остался свинец… не против, если я переверну тебя?

– К черту свинец. Мое тело поглотит его… если, конечно, предоставите мне достаточно солнечного света.

– У тебя по-прежнему сильное кровотечение.

– Все будет в порядке.

И он начинал верить, что это не ложь. После того, как все произошло, он продолжил поддерживать невидимость и спрятался на пассажирском сиденье Мерседеса, который увез Тора в клинику. Появившись в медицинском центре, он тут же спер бинты и замотал себя словно мумию, чтобы не истечь кровь с головы до пят. Не было смысла бежать к двери – в тот момент солнце еще не встало – точнее, не на столько, чтобы чем-то помочь. К тому же, он надеялся, что исцелится сам.

Не-а. Почти сразу после того, как он поднялся в ту спальню вместе с Тором, он понял, что по уши в проблемах. Дыхание затруднилось. Боль стала еще жарче. Зрение начало рябить. К счастью, к тому времени солнце полностью встало.

И ему пришлось бы уйти в любом случае, потому что рано или поздно пришла бы Ноу-Уан…

– Лэсситер. Я хочу посмотреть на тебя спереди.

– Все цыпочки так говорят.

– Ждешь, когда я тебя переверну? Потому что я это сделаю.

– Твоему супругу вряд ли это понравится.

– Будто это тебя волнует.

– Верно. На самом деле, это даже стоит усилий.

Со стоном он уперся ладонями в поверхность, покрытую переливающейся серебристой кровью, что собралась под ним, и с трудом, словно он был бесформенным куском мяса, перевернулся.

– Ничего себе, – выдохнула она.

– Слушай, я в курсе. Внушительный инструментарий.

– Будешь хорошим мальчиком… и переживешь это… тогда я обещаю, что не расскажу Ви.

– Насчет моего размера?

Она тихо рассмеялась.

– Нет, насчет твоего предположения, что я могу смотреть на тебя не только профессионально. Я могу забинтовать эти раны? – Она легонько прощупала его грудь. – Даже если оставить пули на месте, это может прекратить кровотечение.

– Неудачная мысль. Солнечный свет и открытое пространство – вот что поможет мне. Я буду в порядке. Если только небо не затянет тучами.

– Может, раздобыть тебе солярий?

Сейчас он рассмеялся… что вызвало кашель.

– Нет, нет…  свет должен быть настоящим.

– Мне не нравится это дребезжание.

– Который час?

– Час двадцать шесть.

– Приходи через полчаса, посмотрим, как будут обстоять дела.

Повисло молчание.

– Хорошо. Я приду. Тор захочет… – Зазвонил ее телефон, и Джейн ответила: – Я только о тебе говорила. Да, я с ним, и он… неважно, но утверждает, что позаботится о себе. Разумеется, я останусь с ним… нет, у меня полный порядок с медикаментами, и я позвоню минут через двадцать. Окей, десять. – Последовала очередная длинная пауза, а потом она сделала глубокий вдох. – Это… эм… уйма пулевых ранений. В груди. – Опять пауза. – Алло? Хэй, Тор… о, боже, я думала, что потеряла тебя. Ага… нет, слушай, ты должен довериться мне. Если бы я считала, что его задница в опасности, то уже затащила бы в фойе, кричащего и упирающегося. Но, честно говоря, во время нашего разговора я буквально наблюдаю, как он исцеляется… я собственными глазами вижу, как исчезают внутренние ушибы. Окей. Ага. Давай.