Научи меня (СИ) - Молчанова Людмила - Страница 70

   Кате как-то казалось, что ее ребенок будет озадачен, сбит с толку, может быть, даже испугается, но Кирилл принял Мишку, лежавшего у нее в кровати, как само собой разумеющееся. Словно по-другому и быть не может. И это странно. И страшно.

   Сейчас, разглядывая полулежавшего Михаила и поджавшего ноги Кирилла, девушка за много лет впервые успокоилась и смогла вздохнуть. Полной грудью, свободно, хотя бы на время отринуть проблемы и забыть о них, забыть о том, что у каждого из них как бы своя жизнь, и она никоим образом не связана с жизнью другого. Она смотрела на них, на Мишку смотрела и не видела в нем недовольства или раздражения, или снисходительного одолжения, какое всегда проскальзывало у Митьки. А смотрела Катя глубоко, пристально, а не поверхностно. И если бы было что-то - кроме, возможно, неуверенности, - она бы разглядела. И перерубила бы все в один момент. Она на это надеялась, по крайней мере.

   А теперь как тут все перерубить? Да и хочется ли? И второй вопрос куда главнее и важнее, чем первый. Катя уже так давно не чувствовала себя счастливой и, наверное, умиротворенной, что сейчас находилась в некотором шоке от той гармонии, какая царила в ее душа. Да, именно так - дисгармония от гармонии. Слишком долго она жила как на вулкане, забыла уже, что такое - быть хрупкой и нежной, девушкой, любимой женщиной. А теперь вспомнила и как будто заново родилась.

   Катерина так задумалась, что не заметила испытующего, будто все понимающего взгляда черных глаз. Миша давно перестал смотреть на экран, только поглядывал на Кирилла иногда, но основное внимание направил на нее. Чуть сощурился, пытливо вглядываясь в ее насупленное лицо, и даже голову набок склонил, чтобы лучше видеть.

   - Что не так? - понизив голос, спросил Миша. Катя вздрогнула от неожиданности, инстинктивно сильнее прижав колени к груди, и непонимающе повернула голову.

   Едва заметно нахмурилась и шмыгнула носом.

   - Ты о чем?

   - О тебе. О чем ты думаешь?

   - Я? - переспросила девушка. Подольский терпеливо кивнул. Она часто заморгала и выпалила, не скрывая: - О тебе. О Кирилле. О гармонии.

   - Меня никогда в один ряд с гармонией не ставили. Я крут, наверное.

   - Наверное.

   - А если серьезно? - сдаваться он, похоже, не собирался. - Я же вижу, что что-то не так.

   - Все так, просто...- Катя перевела взгляд на своего племянника, который вроде бы и был занят мультфильмами, но услышать что-то не то все равно мог. Миша ее нерешительные и задумчивые взгляды заметил.

   - Ты из-за Кирилла?

   - Я...давай потом поговорим, хорошо?

   Катя отвернулась, всеми силами пытаясь избежать ненужного и выбивающего из колеи разговора. День так хорошо начинался, но всегда существовала ложка дегтя, которая портила все счастье. Конечно, она могла бы закрыть глаза на проблему и сделать вид, что ничего не происходит, но Катя не в состоянии позволить это себе. Не в состоянии ради своего удовольствия и счастья забыть о своем ребенке, для которого все бы сделала.

   Не в силах больше сидеть на одном месте и кожей чувствовать пристальное внимание Мишки, Катя обмоталась одеялом - насколько позволял выделенный ей кусочек - и свесилась с кровати. Вчера в порыве чувств было не до одежды, и уж тем более они не думали о том, чтобы ее аккуратно повесить на спинку стула, поэтому по всей комнате в беспорядке валялись мужские вещи. Ее мокрое полотенце сиротливой кучкой покоилось в углу. Мишкины брюки вместе с боксерами лежали около кресла, стоявшего в противоположном конце комнаты. И только водолазка была сравнительно близко - почти у края кровати. Но как ее взять, если Кирилл все прекрасно видит, и ее маневры вряд ли останутся незамеченными?

   - Сможешь ее достать? - спросил Миша, наблюдая за тем, как Катя извивается на кровати, пытаясь подползти ближе и хотя бы ногой поддеть водолазку.

   - Попробую, - пропыхтела девушка. - Блин, ты чего смеешься?

   Она только сейчас поняла, что Мишка еле сдерживается, чтобы не рассмеяться во весь голос. Можно подумать, так смешно - сидеть в чем мать родила перед ребенком и не иметь возможности даже накинуть на себя. Хоть что-нибудь.

   - Потом скажу, - выдавил он сквозь смех. - Сейчас ты не оценишь.

   Девушка вытянулась на кровати и от усердия даже язык высунула, пытаясь дотянуться до водолазки хоть пальчиком. К тому же ей еще приходилось краем глаза наблюдать за племянником, чтобы тот, не дай бог, ничего не заподозрил или не вызвался помочь. А то он может.

   Наконец, она поддела легкую ткань и подтащила чуть ближе к себе. Еще, еще...и девушка свесилась с кровати, цепко хватая драгоценную вещицу. Они с Мишкой, оказывается, даже дыхание затаили.

   - Полдела сделано, - с облегчением выдохнула девушка и смахнула несколько прядей с лица. - Миш, отвлеки Кирилла.

   Мишка внимательно поглядел на ребенка.

   - Как?

   - Как-нибудь. Я пока оденусь.

   - Кирилл, - вопросительно позвал Подольский.

   Мальчик сражу же повернулся к мужчине, одаривая того улыбкой.

   - Слушай, Кирилл... - неуверенно протянул Михаил, косясь на Катю, которая сейчас пыхтела под одеялом, пытаясь натянуть его водолазку. - А есть еще какой-нибудь мультик?

   Ребенок сразу погрустнел и опустил голову.

   - Тебе этот не нравится?

   - Нравится, - поспешно исправился Подольский. - Но мы такой вчера же видели, правда? Может, есть еще какой-нибудь, который ты хотел бы посмотреть?

Он сразу воспрянул духом и закивал.

   - Есть. На диске. Мне Катя купила.

   - Покажешь?

   - Покажу.

   Кирилл соскочил с дивана, отбросив пульт в сторону, и подбежал к полке, на которой аккуратной стопкой лежали диски. Из-под низа вытащил один и протянул Подольскому.

   - Вот. Ставь.

   Катя, наконец, оделась и откинула одеяло в сторону, являя всему миру свою покрасневшую от напряжения мордашку. Одернула водолазку, которая висела на ней мешком и спускалась чуть ниже середины бедра.

   - Дай мне диск, я сейчас включу.

   Кирилл послушно протянул ей коробочку и устроился на кровати, вытянувшись во весь рост.

   - А меня ты тут оставишь, да? - подал голос Миша.

   - Нет, я тебя заберу, - Катя подарила ему слабую улыбку через плечо и включила плеер. - Ты пока накройся.

   В принципе, даже говорить об этом не надо было. Мишка уже замотался в одеяло как в кокон.

   - Ты только надолго не уходи, - очевидно, ему не улыбалось счастье оставаться с Кириллом вдвоем, да еще в таком беззащитном состоянии. - И хватит смеяться.

   - Катя, ты чего смеешься? - ребенок не понимал, почему взрослые так заговорщически переглядываются, но тоже заулыбался, глядя на них. - Что такое?

   - Ничего, сладкий, это мы так, - успокоила Катя. - Смотри мультик, а я пока приберу.

   Катя поспешно собрала все раскиданные вещи, аккуратно пристроила их рядом с Мишкой, отнесла влажное полотенце в ванную и надела уже свой собственный халат. Пусть и в водолазке этого мужчины ей было очень комфортно и удобно.

   Теперь оставалось лишь выманить ребенка.

   "Ну, все равно Мишка никуда пока не денется, - с толикой злорадства довольно подумала девушка, - можно пока сделать завтрак и поставить чайник".

   Катя вошла в зал минут через двадцать - довольная, цветущая и бодрая. Миша с Кириллом лежали рядом - только Кирилл поверх одеяла - и о чем-то серьезно переговаривались. Мужчина вытянул одну руку на низкой спинке дивана, а другую положил себе на живот. Кирилл сидел в точно такой же позе - только руку так поднять как Мишка, не мог, поэтому просто вытянул ее на подушке. Деловые такие оба.

   - Ну что, как мультфильм? Посмотрели?

   Кирилл обернулся в ее сторону и широко улыбнулся.

   - Мише нравится.

   Подольский состроил умоляющую мордашку.

   - Я рада. Кирюш, пойдем умываться.

   - Ну Ка-а-атя, - сразу же недовольно заныл он, с каждым словом увеличивая громкость. - Мы мультик смотрим!