Крылья за моей спиной (СИ) - Риз Екатерина - Страница 52

Он её поцеловал, после чего пообещал:

— Всё будет в порядке. Вернусь к выходным.

— И позвонишь, как только прилетишь, — напомнила ему Настя.

— Конечно. Правила я помню.

Она улыбнулась, немного смущённая тем, что он ей про правила напомнил.

— Значит, ты теперь свободная женщина? — спросила её Лида на следующий день. Настя сидела у неё на кухне, было время завтрака, девочки смотрели в детской фильм, а они собирались кофе пить. Лида чашки расставила, разлила горячий кофе и снова присела напротив Насти.

— Да, до пятницы я совершенно свободна.

Лида рассмеялась.

— Это хорошо. И немного странно. Кстати, кого Серёга защищает? Олигарха какого-то?

Настя лишь рукой махнула.

— Даже говорить об этом не хочу. Он не спит, не ест. И собирается на Бора-Бора.

Лида глаза на неё вытаращила.

— Точно, олигарха. Кстати, я тоже хочу на Бора-Бора. Правда, не знаю, где это находится. Хотя, какая разница?

На кухне появился заспанный и несчастный Григорьев. Волосы торчали, глаза не открывались, он, шаркая, вошёл на кухню, и на автопилоте двинулся в сторону холодильника. А Настя на часы взглянула. Обычно Фёдор просыпался рано и уезжал на работу, а тут одиннадцатый час, а он ещё бродит, как сомнамбула по дому. Лида же, ничуть не смущённая появлением мужа, громко сообщила:

— Григорьев, я хочу на Бора-Бора!

Фёдор схватился за голову.

— Не кричи, — свистящим шёпотом выдохнул он. Достал бутылку минералки и облокотился на дверцу холодильника.

— У него что, похмелье? — поинтересовалась Настя.

Лида кивнула, и снова обратилась к мужу.

— Ты знаешь, где это находится?

Пауза, после чего он сообщил:

— Французская Полинезия.

Лида на подругу посмотрела.

— Можно подумать, мне это о чём-то говорит. Скажи по-человечески, Федь.

— Лидунь, мне плохо. Можно я умру в тишине и покое? — Он повернулся, перевёл взгляд с одной женщины на другую, после чего поздоровался: — Привет, Насть.

— Привет, — весело отозвалась она. — С кем гулял?

Григорьев тяжко выдохнул, потёр грудь в районе сердца, словно задыхался, потом холодную бутылку с водой к груди приложил. Ответить, вроде бы, забыл.

— Армяне его вчера похитили, — ответила за мужа Лида. — Похитили и проводили над ним опыты. Это он мне так сказал, когда явился в три ночи. Если честно, я поначалу думала, что он говорит о пришельцах и это уже белая горячка. Но оказалось, что пока обошлось, пока это армяне.

Настя рассмеялась, ещё на несчастного Григорьева потаращилась.

— Ой, как мне тяжко…

Лида протянула руку и похлопала мужа по руке.

— Иди, родной, ложись, — без малейшего намёка на сочувствие, сказала она. — Я попозже к тебе зайду.

— Зачем?

— Не надо? Ну, тогда не буду заходить. Иди.

— Я тоже пойду, — сказала Настя, поднимаясь. — Мне нужно пообщаться с Хшояном, слава богу, не лично, а по электронной почте. Договаривались на это время. Кстати, Вика вчера мне удружила, вылила на мой ноутбук йогурт.

— Что пропало? — убитым голосом поинтересовалась Лида.

— Ничего не пропало, ты же знаешь, я всё дублирую. Сейчас с Серёжкиного компьютера в кабинете зайду в интернет.

— Я Юльку всегда ругаю, когда она к нашим компьютерам лезет. Есть общий, вот на нём можно играть. Но детям ведь нужно, что покруче выбрать, чтобы испортить!

— Вика у вас пока побудет?

— Ну, конечно, не волнуйся. Потом про Хшояна мне расскажешь.

— Обязательно!

Дома было непривычно тихо. Настя по комнатам прошла, убрала с дивана в гостиной Викиных кукол, отнесла их в детскую, потом заправила свою постель. Подушка Серёжи была нетронута, не примята, и это было странно. Настя поскорее покрывалом постель накрыла, чтобы больше не смотреть на подушку и не думать о том, что муж где-то далеко. Серёжа звонил вчера вечером, сказал, что долетели нормально, в гостинице устроились, и ещё раз добавил: всё в порядке. Сказал это с лёгким смешком, но Настя знала, что он доволен тем, что её так волнует его отсутствие. Это, наверное, казалось ему глупым, но в то же время, льстило его самолюбию. А она и рада бы лишний раз промолчать, не демонстрировать ему свои страхи и переживания, но его отъезды отчего-то заставляли её нервничать. А уж когда он не звонил, просто места себе не находила.

Стараясь избавиться от невесёлых мыслей, Настя прошла на кухню, положила на тарелочку небольшую гроздь винограда (надо ведь чем-то подпитываться, общаясь с Хшояном, иначе он все соки из неё выпьет), и прошла в Серёжкин кабинет, села за массивный дубовый стол. Компьютер включила. Обычно она не пользовалась его компьютером, не было необходимости, к тому же, Сергей хранил в нём огромное количество информации, и Настя всегда боялась что-нибудь испортить, не туда нажать, что-нибудь случайно удалить. Вот и сейчас в некоторой растерянности посмотрела на экран, на рабочий стол, сплошь завешанный ярлыками. Картинка виднелась на заднем фоне, небольшой зелёный остров посреди океана, Настя даже улыбнулась. Кажется, Серёжка и правда мечтает об отдыхе на экзотическом острове.

Почта Маркелова оказалась забита. Две страницы старых писем и восемь новых посланий, ещё непрочитанных. Настя хмыкнула, обозревая всё это богатство, и тут же прониклась к мужу сочувствием. Всё-таки работа у него не сахар. Машинально, даже без особого любопытства, пробежала глазами по заголовкам писем, собираясь выйти из почтового ящика Сергея и войти в свой. Поняла, что муж попросту давно свой ящик не чистил, между нужными письмами от конкретных людей попадался откровенный спам и реклама. Но сама Настя ничего удалять не стала, пусть муж сам думает, что именно ему нужно. Вот только одно письмо, с броской рекламой в оглавлении, внимание привлекло. «Пансионат «Сосновый бор» значилось крупными буквами. И дальше слоган: «Мы всегда ждём Вас! В любую погоду!». Настя навела курсор мыши на заголовок и щёлкнула, желая посмотреть проспект, что именно готов предложить пансионат «Сосновый бор» для отдыха. Может, на выходные туда съездить? Пока до Бора-Бора никак не добраться.

Вот только это оказалась не реклама и не проспект. В начале письма Сергея Борисовича благодарили за то, что он выбрал их пансионат для своего отдыха, надеялись, что он посетит их ещё не раз, а ниже прилагалась полная распечатка счёта для оплаты. Настя непонимающе нахмурилась. Открыла приложенный документ, пробежалась глазами по рядам цифр.

Так. 23–25 июля, двуспальный номер люкс… Мини-бар, телевизор, интернет, обслуживание в номере… Парковка, счёта за массаж и спа-процедуры…

Сердце забилось и стало страшно. На минуту, но это была отвратительная минута. А в памяти уже пыталась воскресить события двухнедельной давности. Где Серёжа был в эти дни? Уезжал, да, но точное число… Пролистала назад настольный календарь. Точно, вот пометка, что двадцать третьего числа — командировка. Ещё подчёркнуто дважды. Настя календарь в покое оставила, откинулась на мягкую спинку дорогого кожаного кресла мужа и бессмысленным взглядом уставилась на экран компьютера. Сердце продолжало стучать, и о Хшояне она уже не вспоминала. Думала о том, как провожала мужа в командировку в прошлый раз, как он уезжал, обещал позвонить и привезти из Новосибирска сувенир. И, кажется, на самом деле что-то привёз, и успокаивал её по телефону, что нормально долетел и устроился в гостинице. Всё совсем, как вчера. А на самом деле его не было в Новосибирске. Он три дня провёл в пансионате «Сосновый бор», с кем-то. Взглядом нашла строчки о массаже и спа-процедурах. Что-то не верится, что Серёжка возжелал принять грязевую ванну.

Резко поднялась и заходила по кабинету. Пальцами обхватила своё горло, понимая, что начинает задыхаться. Вот тебе спокойствие и лёгкость в семье. Настолько успокоилась, что не заметила, что муж врать начал. Командировка у него… От неё у него командировка, устал он. Как она могла не почувствовать? Хотя, у неё времени не было. Работа, годовщина, все эти проблемы, родственники, банкет…