Нерассказанная история США - Стоун Оливер - Страница 205

О многих случаях коррупции и подтасовок Обама был прекрасно осведомлен уже тогда, когда пытался решить, какой курс в отношении Афганистана ему выбрать. 25 ноября 2009 года он встретился с Рамом Эмануэлем, советником по национальной безопасности генералом Джонсом и заместителем Джонса Томасом Донилоном. На встрече он выразил разочарование сложившейся ситуацией: «Мне было бы гораздо легче выйти и произнести следующую речь: “Знаете что? Американцы уже сыты по горло этой войной, поэтому мы направим туда 10 тысяч инструкторов, ибо только так можно с ней покончить”». Вудворд утверждал, что именно это Обама и сказал бы, если бы у него хватило духу пойти против своих военных советников125.

«Дело не в числе, – объяснял Байден. – Дело в стратегии». Но все еще колебавшийся Обама встретился на выходных перед Днем благодарения с советниками СНБ, чтобы еще раз все взвесить. «Не представляю, как вы сможете бросить вызов всем присутствующим там военным», – предупреждал его полковник Джон Тьен, намекая, что все высшее военное командование: Маллен, Петреус, Маккристол и Гейтс – может в знак протеста подать в отставку. Донилон и директор ЦРУ Леон Панетта были с ним согласны. «Ни один президент-демократ в истории все равно не был способен возразить военным советникам и отказать их просьбам, – увещевал Обаму Панетта. – Поэтому просто сделайте это. Делайте то, что они говорят».

Видя, что Обама опять загнан в угол и готов отказаться от трезвого взгляда на вещи, генерал Дуглас Лют, координатор СНБ по Афганистану и Пакистану, напомнил ему: «Господин президент, вы не обязаны это делать». Всего за день до того Колин Пауэлл дал ему тот же совет. «Вы не должны с этим мириться, – сказал он президенту. – Вы Верховный главнокомандующий. А эти парни просто работают на вас. Единодушие их советов не делает советы правильными. Есть и другие генералы. А Верховный главнокомандующий один».

Когда пришло время принять решение, Обаме не хватило мужества и честности, выработавшихся у Джона Ф. Кеннеди после Карибского кризиса. Он решил увеличить контингент на 30 тысяч, дав военным практически все, чего они хотели126.

Позаимствовав у Буша учебник по созданию патриотической атмосферы, Обама выбрал Вест-Пойнт для своей речи 1 декабря, в которой и изложил планы довести численность солдат в Афганистане до 100 тысяч. Он объяснял, что США и их союзники вторглись в Афганистан потому, что страна укрывала членов ответственной за 11 сентября «Аль-Каиды». Но при этом он забыл упомянуть как минимум три важных факта. Первое: в Афганистане было лишь 50–100 членов «Аль-Каиды», которых всего в мире насчитывалось около 300, и большая часть из них с горем пополам действовала с территории Пакистана, получая поддержку со стороны союзных США режимов Саудовской Аравии, Кувейта, Йемена и ОАЭ. Второе: лидер Талибана мулла Омар был против нанесения 11 сентября удара по целям на территории США. Согласно официальному докладу комиссии по 11 сентября, «летом 2001-го, на заключительном этапе подготовки теракта, между главарями “Аль-Каиды” в Афганистане возникли разногласия. Глава Талибана мулла Омар был против того, чтобы атаковать США. Многие помощники бен Ладена тоже были против, но Усама не стал их слушать, и удар был нанесен»127. И третье: террористам не нужна была тихая гавань для подготовки боевиков и планирования тайных операций. Как отмечал Пол Пиллер, бывший заместитель главы Контртеррористического центра ЦРУ, «для организации самых опасных терактов будущего такие базы просто не понадобятся. Даже для терактов с большим количеством жертв нужно всего несколько бойцов. Подумайте сами: наиболее важные этапы подготовки к теракту 11 сентября 2001 года шли не в тренировочных лагерях в Афганистане, а в квартирах в Германии, номерах отелей в Испании и летных школах в Соединенных Штатах»128.

Логика Обамы была непонятна и комментатору CNN Фариду Закарии: «Если там не больше сотни бойцов “Аль-Каиды”, то зачем вести в стране полномасштабную войну?» Напомнив о 100 натовских солдатах, погибших за предыдущий месяц, о ежегодной стоимости войны в 100 с лишним миллиардов долларов, он заявил, что «лишь за предыдущий месяц в стране погибло больше солдат НАТО, чем имелось там боевиков “Аль-Каиды”, а стоимость поисков каждого боевика составляет миллиард долларов ежегодно». В ответ на оправдание войны тем, что талибы являются союзниками «Аль-Каиды», Закария отметил: «Это примерно как если бы мы продолжали воевать во Второй мировой против Италии после падения режима Гитлера и взятия Берлина – просто потому, что Италия была союзницей Германии»129.

Джим Лейси из Военного колледжа Морской пехоты сделал свои собственные подсчеты, исходя из численности войск НАТО в Афганистане – 140 тысяч человек. Ежегодную стоимость поисков каждого члена «Аль-Каиды» он определил в 1,5 миллиарда долларов. «Кто-нибудь из них вообще умеет считать? – вопрошал Лейси. – В каких дальних краях нам искать здравомыслящих стратегов?»130

Историк Эндрю Басевич, в свою очередь, указал на наиболее вопиющее противоречие. Если Афганистан действительно так важен для безопасности США, что он сразу назвал «абсурдом», «зачем же тогда ограничивать американское присутствие в этой стране?.. Почему не послать 100 тысяч солдат вместо 30 тысяч? Почему не “пойти до конца”, вместо того чтобы стремиться к выводу войск в кратчайшие сроки? Почему не повысить налоги и не возобновить призыв в армию?.. Почему не пообещать “победу”? Этого слова не было в президентском послании»131.

Цена войны действительно была астрономической и все время росла. В 2006 году исследование конгресса показало, что присутствие каждого американского солдата в Афганистане обходится бюджету страны в 390 тысяч долларов в год. К 2009 году эта цифра взлетела до миллиона из-за повышения стоимости защищенного от взрывов мин транспорта и разведывательного снаряжения, а также роста цен на перевозку топлива через мятежные районы и горные перевалы до 400 долларов за галлон132.

Обама пытался успокоить своих сторонников-прогрессистов, объявив, что вывод войск начнется в июле 2011-го и закончится к 2014 году. В своей книге «Обещание» Джонатан Элтер сообщил, что Обама сказал Петреусу и Маллену: «Я хочу, чтобы вы были со мной честны. Вы сможете сделать это за 18 месяцев?» Петреус ответил: «Сэр, я уверен, что мы сможем за это время подготовить АНА [Афганскую национальную армию]». Обама продолжал настаивать: «Если не сможете за 18 месяцев, никто не будет настаивать, что нужно остаться в стране, договорились?» Петреус заверил его: «Конечно, сэр, я согласен». – «Есть, сэр», – вторил ему Маллен133.

Но, как сухо заметил обозреватель Washington Post Дана Милбэнк, «отведенные президентом Обамой 18 месяцев до начала вывода войск из Афганистана длились меньше 18 часов». Через день после его речи правительственные чиновники сообщили сенатскому комитету по вооруженным силам, что дата вывода является лишь предположительной. Тон был задан Гейтсом: «Наши планы заключаются в том, чтобы начать передачу ответственности афганской армии… в июле 2011-го. В декабре 2010-го мы проведем окончательную оценку своих возможностей в данном вопросе». Гейтс сообщил сенаторам, что у президента есть прерогатива отказаться от своего решения. Маллен был с ним согласен, а Хиллари Клинтон добавила: «Я не считаю, что нужно связывать себя обещанием вывести войска»134. В мае 2010 года, во время обеда у Х. Клинтон, на котором присутствовали Карзай и некоторые его ключевые министры, Гейтс заверил их: «Мы не собираемся поспешно выводить войска из Афганистана». «Если честно, – добавил он, – мы вообще не собираемся их выводить»135. И действительно, Пентагон планировал оставить в Афганистане 10–30 тысяч солдат. Его руководство не сомневалось, что Афганистан нуждается в иностранной помощи.

Для вывода войск надо было подготовить, вооружить и снарядить силы АНА и полиции, которые могли бы обеспечить безопасность. Маккристол выступал за то, чтобы их общая численность составляла 400 тысяч. Предположительная стоимость поддержания безопасности в Афганистане достигала 10 миллиардов долларов в год, но страна собирала налоги на сумму всего 2 миллиарда, в результате чего три четверти доходов национального бюджета составляла иностранная помощь. «Кто будет платить зарплату этим солдатам и полицейским, чтобы они сами не подняли мятеж?» – вопрошал Джон Керри136.