Ночь волчицы - Чуракова Оксана - Страница 13

Тридцать два друида держали над ними белое льняное полотнище, украшенное омелой, оно легким шатром прикрывало шествие. Процессия медленно проследовала по двору под завороженными взглядами зрителей и остановилась у подножия большого дуба.

Церемония началась. До трибун почти не долетали слова друидов, обычные ритуальные бормотания, зато было отчетливо видно все, что происходит на сцене этого необычного театра.

Сначала королеву препроводили в маленький шатер, в котором она уединилась. Затем возле дуба восемь друидов были провозглашены Великими Друидами, чтобы число членов нового Совета достигло двенадцати. Принимая посвящение от старших собратьев, друиды встали на колени и выслушали тайны, которые нашептали им на ухо. Именно так повелевал обычай.

Потом все взгляды обратились к маленькому шатру, где ждала королева. То, что должно было произойти, было историческим переворотом — впервые женщину посвящали в друиды, но еще более невероятным было другое: она должна занять главенствующее место в Совете, трон Архидруида. Но времена изменились. Народ Галатии уже почти не удивлялся этим внезапным потрясениям.

Хенон, в белых одеждах, с ритуальным капюшоном, надвинутым на лицо, подошел к входу шатра и приподнял закрывавшее его полотно.

Казалось, слова ритуала приносил ветер. Гнетущая тишина увековечила это мгновение.

— Кто ты?

— Ват, — ответила коленопреклоненная королева.

Хенон положил руку на плечо Амины. Он двигался медленно, словно сомневаясь в том, что делает. Непонятно было, то ли эта медлительность придавала торжественности, то ли Великий Друид посвящал королеву скрепя сердце.

— Чего ты хочешь?

— Света! — твердо отвечала Амина.

— Укрепила ли ты свою душу в уединении этого места?

— Да.

— Тогда ты можешь следовать за мной, ват.

Амина сняла сандалии и, согласно обычаю, пошла босиком рядом с Великим Друидом, который, держа руку у нее на плече, повел ее к кругу с тринадцатью тронами. Несколько бардов, стоявших с западной стороны, исполняли роль музыкантов и вторили ритуалу своими печальными арфами. Хенон и Амина подошли к двум друидам, которые стояли к ним спиной и держали в руках половинки сломанных сабель.

Вместе они продолжили шествие, минуя толпу приглашенных, и остановились у гладкого камня, на котором лежали хлеб и соль. Хенон отпустил плечо королевы, наклонился, посыпал хлеб солью и протянул его женщине.

— Ват, этот хлеб и эта соль — Земля, через которую ты умрешь и возродишься.

Королева приняла хлеб и съела половину, согласно традиции, остальное положила на камень, прежде чем снова двинуться в путь. Процессия проследовала вокруг тронов и остановилась с северной стороны у второго камня. Хенон взял заранее приготовленную чашу с водой и протянул ее королеве:

— Ват, эта вода очистит тебя.

Амина приняла чашу, но выпила только половину и снова поставила ее на камень, полагая, что это всего лишь символ благодарности, как было с хлебом и солью.

Среди друидов послышался легкий ропот, на который королева, похоже, не обратила внимания. Но Хенон как ни в чем не бывало снова двинулся в путь. Конечно, он знал, что королева должна была выпить чашу до дна. Этот ритуал значил, что принимающий полностью очистился. Ни один молодой друид не совершил бы подобной ошибки. Но Амина не потратила семи лет, постигая символы ордена. За несколько дней она не могла узнать всего. Конечно, она приложила все усилия, чтобы выучить и даже понять смысл ритуала собственного посвящения, но ей не хватило времени, и сейчас она совершила первую ошибку. Однако Хенон не счел нужным ее поправлять. То ли боялся оскорбить королеву, то ли считал, что и поделом ей, а это очищение наполовину только позабавило его. Королеве удалось заставить друидов принять ее в свой орден, и Хенон был зол на нее за это, а потому рад был отомстить. Он молча продолжил ритуал, и все друиды наверняка поняли, что он хотел этим сказать. Королева посвящается против его воли, он не в силах помешать этому кощунству, но он и пальцем не пошевелит, чтобы помочь ей.

Держа голову прямо, Хенон подвел королеву к последнему камню на южной стороне тронного круга. Он вынул факел, укрепленный на гладкой плите, и протянул Амине:

— Ват, вот огонь, он осветит тебя.

Королева взяла факел обеими руками и последовала за Хеноном к центру большого круга, ступая по белому льняному полотнищу, растянутому на земле и покрытому омелой.

Совет еще не избрал Архидруида, и у подножия старого дуба сидел Тиернан.

— Великий Друид, — провозгласил Хенон, торжественно поклонившись, — представляю тебе вата Амину, которую мы считаем достойной стать друидом.

Тиернан склонил голову, потом выпрямился и спросил:

— Все ли согласны?

Друиды и Великие Друиды ответили хором:

— Все!

— Что ж, — проговорил Тиернан, — если все согласны, начнем.

Хенон отступил, оставив королеву одну на льняном полотне перед Тиернаном. На нее были обращены все взгляды как небольшой группы друидов, так и тех, кто сидел на трибунах и лужайках.

— Во имя Мойры, ват Амина Салиа, мы спрашиваем тебя, клянешься ли ты, возведенная в священный сан друида, служить тому, что сочтешь истинным Благом?

Королева невольно улыбнулась.

— Клянусь всем сердцем, я буду стараться, — твердо ответила она.

Тиернан продолжал:

— Обещаешь ли помнить свой долг — с помощью Великой Мойры подавать пример достойной жизни любому, кто тебе доверится?

— Обещаю.

— Обещаешь ли хранить как зеницу ока, как священное наследие власть и силу, которой будешь наделена?

— Обещаю, — повторила королева, и в ее глазах зажегся новый огонь.

— Клянешься ли служить людям, насколько хватит твоих сил?

— Клянусь.

— Да хранят тебя наши предки, возлюбленная сестра, и да укрепят они тебя в новом сане.

На мгновение королева осталась стоять неподвижно. Потом медленно повернула голову влево, туда, где стоял Хенон. Он не спускал с нее глаз. Но сейчас победила она. Наконец-то она добилась того, в чем орден всегда ей отказывал. Ее лицо засветилось гордостью.

И только потом — этой минуты ждали все собравшиеся — она встала на колени.

— Теперь ты вправе учить тех, кого сочтешь достойным знания, всему, что посчитаешь полезным и нужным. И ответственность за это ляжет на тебя одну, ибо ты приобщена к тайне.

Тиернан выступил вперед и простер руки над склоненной головой королевы.

— Я, Халдир Морнак, сын Найдсу, по прозвищу Стан-бард, друид по имени Тиернан, Великий Друид священного крута Лорильена, возвожу перед лицом гаэлийцев Ее Величество Амину в сан друида. В честь этого события и потому, что наставники считают ее справедливой женщиной, отныне братья и остальные люди станут называть ее Айслин. Да хранит тебя Мойра, Айслин!

Зрители разразились аплодисментами, друиды и простецы поздравляли королеву с ее новым саном. Тут рука Тиернана легла на лоб Амины, и сайман медленно проник в ее мозг.

Толпа видела, как Амина опрокинулась на спину, будто кто-то невидимый толкнул ее, и потеряла сознание. Придя в себя, она с помощью Тиернана, пошатываясь, встала, и Великий Друид протянул ей белый плащ и дубовый посох.

— Теперь ты друидесса, Айслин. Бери, это принадлежит тебе.

Собравшись с силами, Амина приняла подарок. Руки ее дрожали, но взгляд оставался цепким. Она одержала победу. И это только начало.

Через несколько минут те самые друиды, которые так долго отвергали ее, предложат ей место Архидруида. Ей. Амине Салиа. Девчонке из Саратеи.

Теперь ее власть безгранична.

Имала, Тайброн и Тамаран медленно приблизились к молодому неосторожному волку. Ветер немного заглушал шум их шагов. Белая волчица, отойдя от самцов, зашла с западной стороны, чтобы отрезать врагу дорогу, если он попытается бежать к холму, куда шла его стая.

Молодой волк быстро почуял опасность, но не увидел врагов. Вместо того чтобы бежать к своим, он подался вперед и глядел вдаль, пытаясь понять, откуда ждать угрозы. Он слышал какой-то шум и чуял запах трех волков, но пока никого не видел. Тогда он беспокойно заскулил и стал отступать назад. Но за его спиной был обрыв, он оказался в невыгодном положении. Один, на чужой территории, а родная стая наверняка слишком далеко, чтобы прийти на помощь.