Моя любимая ошибка - Робертс Нора - Страница 78

— Значит, Джон в него попал? И каковы были результаты баллистической экспертизы?

— Она была проведена досконально. Косгроув и Киган заявили, что свет погас, и потому неизвестно, кто именно в них стрелял, однако Косгроув успел вынести раненого Кигана. Якобы, когда он вызвал подкрепление, дом взорвался.

И я поняла, что надо снова убегать. Села в автобус, ехавший в Индианаполис. Поскольку средства у меня имелись, опять остановилась в мотеле и сделала себе новое удостоверение личности, а потом купила за наличные машину у торговца подержанными автомобилями и отправилась в Нэшвилл. Там три месяца работала официанткой. Потом снова перекрасила волосы, сделала новое удостоверение личности и двинулась дальше.

Эбигейл снова замолчала, собираясь с силами.

— В новостях ничего интересного больше не передавали, а взламывать сайты федеральных маршалов и ФБР я к тому времени еще не умела. По фальшивому удостоверению и поддельной академической справке я поступила в Массачусетский технологический институт, где стала изучать вычислительную технику и информатику, а также ряд других наук, которые считала полезными. Там я сошлась с одним парнем, отличным хакером. Мне до него было далеко, но я многому научилась. Я с ним спала, а потом, когда больше учиться было нечему, бросила. Думаю, я ему действительно нравилась, но уходя ограничилась прощальной запиской. Я переезжала с места на место, нигде долго не задерживалась, самое большее год. Изготавливала новые фальшивые удостоверения, меняла внешность, но это уже не столь важно.

А важно то, что меня ищут и хотят допросить по делу об убийстве двух федеральных маршалов.

Брукс молча поднялся с места и подошел к окну.

А у Эбигейл земля ушла из-под ног. Сейчас Брукс уйдет, бросит ее, и все будет кончено.

— А все эти годы ты следила за судьбой Косгроува и Кигана?

— Да. Киган несколько раз получал повышение.

— Значит, тебе известно, где они находятся и чем занимаются. Это поможет сэкономить время и силы.

— Не понимаю?

— Неужели ты думаешь, что мы оставим безнаказанными двоих мерзавцев, которые убили двух отличных копов и пытаются свалить вину на тебя? Ублюдков, по милости которых ты вынуждена столько лет бегать с места на место? И простить еще одного обнаглевшего убийцу с погаными дружками и сообщниками, у которого не дрогнула рука убить ни в чем не повинную девушку?

Эбигейл молча смотрела на Брукса, а потом прошептала:

— Значит, ты мне веришь?

— Господи, разумеется, верю! И поверил бы, даже если бы не был в тебя влюблен. Ведь совершенно очевидно, что ты говоришь правду.

— И ты по-прежнему меня любишь?

— Послушай, Эбигейл. — Брукс навис над ней и заставил встать. — Я хочу… нет, требую уважительного к себе отношения. Я не какой-нибудь недоделанный слюнявый хлыщ, готовый слинять, как только почует что-то неладное. Я любил тебя час назад, люблю и сейчас, буду любить и дальше, так что придется к этому привыкнуть. И не надо всякий раз мучиться подозрениями, что я тебя предам. Такое отношение оскорбляет и бесит.

— Прости.

— Так и быть, прощаю. — Брукс прижал ее к себе и поцеловал. — А где ты научилась так метко стрелять?

— Моим первым учителем был Джон. А потом я жила некоторое время в Аризоне и брала уроки у одного старика. Он был сторонником теории заговоров и проповедовал науку выживания. Интересный тип, но с неустойчивой психикой. Ко мне он относился с симпатией и многому научил. Потом я училась в нескольких университетах, всякий раз под разными именами. Учеба стала жизненной необходимостью.

— А что хранится в запертой комнате наверху?

— Я покажу.

Эбигейл с Бруксом поднялись по лестнице, и она отперла по очереди три замка.

— Это комната-сейф, — пояснила Эбигейл, открывая дверь.

Брукс отметил про себя, что здесь помимо прочего хранится целый арсенал оружия: пистолеты и револьверы, ружья и винтовки, множество ножей. Полки заполнены расфасованными продуктами и водой в бутылках. Кроме того, полностью оснащенный компьютер, как тот, что находится внизу, биотуалет, множество одежды, парики, краска для волос, батарейки и многое другое. Брукс ходил по комнате, удивляясь все больше. Карманные фонарики, консервы для собак, книги, саперный крюк, всевозможные инструменты…

— Ты все это сама собрала?

— Да. Нужно было срочно учиться выживать, что я и сделала. Вот здесь, в сейфе, хранятся несколько удостоверений личности и паспорта, а также наличные деньги, кредитные карты, бумага и ламинат, которые нужны для изготовления новых документов, если вдруг потребуется. И все это противозаконно.

— Ага, потом как-нибудь тебя непременно арестую. Ладно, вижу, ты женщина предусмотрительная и можешь за себя постоять. И сколько же все это продолжается?

— Двенадцать лет.

— Долго. Пора прекратить бегать.

— Этого я и хочу. Сегодня я подумала…

— Интересно что?

— Только это неразумно. У меня нет права на ошибку.

— Господи, Эбигейл, прекрати! — Брукс не смог удержаться от смеха. — Позволь себе хоть раз побыть неразумной.

— Получается замкнутый круг. Я заметила в Джастине Блейке черты Ильи, а у Линкольна Блейка — сходство с Сергеем Волковым. А еще постепенно обнаружила много общего между тобой и Джоном, того, что вызывает восхищение. И тогда вдруг поняла, что могу противостоять Блейкам, совершать правильные поступки, не впадая в панику и никуда не убегая. И мне пришло в голову, что как раз теперь настало время остановиться. Только не знаю, получится ли.

— Получится. Что-то мне захотелось пива. И надо подумать. Мы все рассчитаем и потом непременно уладим.

— Брукс…

— Сначала пиво, потом обдумывание, расчеты и улаживание. Вот так. Ты больше не одинока, Эбигейл, и к этому тоже надо привыкать. А какое твое настоящее имя?

— Элизабет, — выдавила она охрипшим голосом. — Элизабет Фитч.

— Не представляю тебя с этим именем. — Брукс, наклонив голову, смотрел на Эбигейл.

— Очень недолго меня называли Лиз.

— А, это другое дело. Мне привычнее Эбигейл, но под Эбигейл можно рассмотреть и Лиз. — Он подошел к Элизабет и взял за руку. — Что ж, приятно познакомиться, Лиз.

22

Брукс понимал, что после исповеди силы Эбигейл иссякли. Он пил пиво и размышлял, а Эбигейл прикорнула в уголке дивана. В камине потрескивал огонь, а ветер за окном стал усиливаться. Вероятно, надвигается буря.

Двенадцать лет бегства… С семнадцати лет Эбигейл привыкла рассчитывать только на себя, ни от кого не зависеть.

Брукс вспомнил себя семнадцатилетнего, свои самые серьезные проблемы и заботы в том возрасте. Он мечтал купить фирменную бейсбольную биту и перчатку, стать звездой бейсбола. А еще Брукс в ту пору изнывал по Силби. Вот, пожалуй, и все. Более серьезных проблем не возникало.

Ну, были неудачи в школе, приходилось драться с многочисленными поклонниками Силби, жаждавшими ее внимания. Раздражали требования родителей и необходимость следовать установленным правилам. Но ведь родители-то у него были. Брукс имел хорошую крепкую семью, уютный дом, друзей, стабильную жизнь.

Он не мог представить, что испытала Эбигейл, оставшись в семнадцать лет в полном одиночестве, когда приходилось каждую минуту дрожать от страха за свою жизнь. Она невольно стала свидетелем хладнокровного убийства, а потом наблюдала, как истекает кровью человек, попытавшийся заменить ей семью, и изо всех сил старалась исполнить его последнюю просьбу перед смертью.

Джон Барроу приказал Эбигейл бежать, спасая ей жизнь. Только бег затянулся на двенадцать лет.

Брукс подвинулся ближе, стал всматриваться в лицо спящей женщины. Пора остановиться, научиться доверять и принимать помощь. Пора наладить свою жизнь.

Сергей Волков, Яков Короткий, Алексей Гуревич.

Надо заняться этими людьми или воспользоваться материалами, что собрала Эбигейл. Брукс не сомневался, что у Эбигейл в компьютере содержится самая точная и подробная информация о них. А еще больше хранится в ее голове.