Моя любимая ошибка - Робертс Нора - Страница 86

— Да, потому что это правда.

— Ладно, я уже меньше злюсь.

— Вот и хорошо. По правде говоря, мне не хотелось с ней разговаривать, но потом я понял, что так лучше. Думаю, мы никогда так хорошо не понимали друг друга, и от этого нам обоим стало легче.

— А я чувствовала бы себя спокойнее, не будь она такой красавицей. Как мелочно с моей стороны… А мне совсем не хочется быть мелочной.

— Поскольку я рос в обществе двух сестер, то со спокойной совестью могу утверждать, что вы с ней квиты. У нее такие же опасения на твой счет. Но самое главное, что все это время Бэббит держал ушки на макушке.

— Не вижу, какое это может иметь отношение к выдвинутым против Джастина Блейка обвинением. Если, разумеется, Роланд Бэббит действительно является частным детективом, которого нанял Блейк.

— Никакого. Но это дает пишу для размышлений и разжигает любопытство. Так же как пистолет, что ты носишь при себе, и сложные системы безопасности. Как увязать это все с обликом добропорядочного гражданина?

— Мои документы выдержат стандартную полицейскую проверку. Нет причин усомниться в их подлинности.

— Не сравнивай частного детектива с полицейскими, — возразил Брукс.

— Думаю, документы пройдут даже самую строгую проверку. По крайней мере, никогда не возникало с ними проблем.

— Тебя когда-нибудь арестовывали и подвергали допросу?

— Нет, но меня постоянно проверяют заказчики, прежде чем подписать контракт. Учитывая деликатный характер работы и плату, которую я беру, каждый новый заказчик считает своим долгом проверить все документы и рекомендации.

— Это хорошо, — с удовлетворением отметил Брукс. — Приятно слышать. Меня беспокоит другое: Бэббит будет работать не на заказчика, который хочет тебя нанять, а на человека, пытающегося отыскать какую-нибудь грязь, чтобы впоследствии тебя дискредитировать или угрожать.

— В таком случае частный детектив должен обладать большими талантами и целеустремленностью.

— Может, примем меры предосторожности?

— Можно его припугнуть. У тебя власть и оружие. Встреться с ним, запугай и заставь уехать.

— Можно и так, только это еще больше разогреет его любопытство. Разве что подумать о другом средстве воздействия.

— Я не хочу уезжать.

— Ну, этого мы не допустим.

Эбигейл бесило неожиданно возникшее новое осложнение, не имеющее ничего общего с семейством Волковых.

— А если бы я не вышла из дома, не открыла дверь или просто показала ему дорогу…

— Это ничего бы не изменило. Он выполняет свою работу. А мы, вернее ты, потому что ты действуешь более оперативно, найдешь все сведения об этом типе. Узнай, что он за птица и с кем нам предстоит иметь дело. Ну а пока… хотел бы взять на время несколько твоих камер наблюдения.

— Зачем?

— Мера предосторожности. Ничего, если отделение полиции Бикфорда позаимствует на пару дней часть твоего оборудования?

— Хорошо. — Эбигейл достала связку ключей. — Бери, что хочешь.

— Спасибо. Я пришлю за ними Эша или Бойда, ладно? А сейчас надо сделать пару звонков, чтобы договориться.

— Ну а мне надо закончить с приготовлением ужина. — Эбигейл надеялась, что работа успокоит натянутые до предела нервы. — Не хочу переварить овощи.

Ей было необходимо чем-то себя занять, чтобы не дать вырваться на волю нарастающей пани¬ке. Если заниматься обычными делами, добавить в фасоль свежий тимьян и масло, полить винным соусом курицу, разложить еду по тарелкам вместе с жареным картофелем, можно на время удержать иллюзию нормальной жизни.

Новое блюдо получилось исключительно вкусным, но Эбигейл не могла заставить себя проглотить хоть кусочек.

У нее имелся план на случай возникновения непредвиденной ситуации. Так было всегда. Все документы, необходимые для превращения в другого человека, лежали в комнате-сейфе, ожидая своего часа.

Но Эбигейл не хотела ими воспользоваться, не хотела становиться другим человеком. А значит, надо бороться за право остаться тем, кем она является сейчас. Так, надо все взвесить.

— Если этот детектив мастер своего дела и отличается упорством, все равно потребуется время, чтобы вызвать недоверие к моим документам, — размышляла вслух Эбигейл. — И мне нужно время, чтобы продумать, как лучше связаться с агентом Гаррисон.

— Она в Чикаго?

— Мне нужен был человек в Чикаго, ведь именно там находится логово Волковых. Таким образом, у нее больше возможностей и мотивов. И отреагирует она быстрее, если привыкнет верить моей информации.

— Правильно рассуждаешь.

— Но если не придумать альтернативного варианта и пойти на прямой контакт, она будет обязана меня задержать. И если это произойдет, меня убьют раньше, чем я сумею оправдать себя. Ни времени, ни возможности не будет.

Брукс наклонился и взял ее за руки.

— Никто тебя не задержит и, будь уверена, уж тем более не убьет. Посмотри на меня. Я сделаю все, чего бы это ни стоило. И я тоже подумал об альтернативных вариантах и методах.

— Я думала послать агенту Гаррисон сообщение по электронной почте, на ее личный кабинет, рассказать, кто я и вообще всю историю в подробностях. Можно отправить это как я обычно отправляю свои сведения, и никто не сможет отследить. Но не исключена утечка. Если информация попадет в дурные руки, Волковым станет известно, что я не только жива, но и…

— Илья Волков тебя видел, стало быть, они знают, что ты жива.

— Да, была жива пять лет назад там, в Нью-Йорке. За это время я могла попасть в аварию или умереть от неизлечимой болезни.

— Хватит, все понятно.

— Они узнают, что я получила доступ к их счетам и всем документам и передавала сведения в ФБР. Естественно, они приложат усилия, чтобы лишить меня этого доступа, и мне это будет стоить больших сил и времени. Они станут вести себя более осмотрительно, подумают, что писать в сообщениях и хранить в электронной картотеке. Но самое главное, они придут в ярость и приложат все усилия, чтобы найти меня и уничтожить. Технических средств у них достаточно. Ведь часть дохода Волковых приходится на мошеннические операции с компьютерами, такими как хищение персональных данных и рассылка обманных рекламных объявлений.

— Ты умнее их технических средств.

— Верно, но у меня ушло много времени на изучение программы, взлом системы ограничения доступа и тому подобное. Чтобы все это восстановить с новыми, более надежными системами защиты, снова потребуется время. На месте Волковых я бы расставила ловушки. Если я сделаю ошибку, меня тут же обнаружат. Опять-таки, большое значение имеет время. Если я свяжусь с ФБР, задержание Кигана и Косгроува, выявление других предателей, арест Короткого и Ильи должны произойти очень быстро.

— По принципу домино, — предположил Брукс.

— Именно. Только бюрократы не признают быстрых действий, и прежде чем начнется весь процесс, агент и ее начальство должны будут поверить моей истории.

— Они поверят.

— Поверят слову беглянки, подозреваемой как минимум в убийстве или причастности к убийству двух федеральных маршалов? Против слова двух других федеральных маршалов, один из которых был награжден и получил повышение по службе?

Брукс снова взял ее за руку.

— Поверят слову женщины, которая в шестнадцатилетнем возрасте подала им на блюдце главарей мафии, а они «лоханулись» и провалили дело.

— Ты рассуждаешь предвзято, потому что меня любишь.

— Я тебя люблю, но не забывай, что у меня отличная интуиция. Неужели думаешь, что федеральные маршалы, ФБР и чикагская полиция не выпрыгнут вон из кожи, чтобы сломать хребет группировке Волковых? Поверь, Эбигейл, они с тобой будут сотрудничать.

Эбигейл едва сдержала желание вырвать у Брукса свою руку.

— Ты хочешь, чтобы я доверилась им и согласилась находиться под защитой?

— Нет, я только прошу доверять мне и себе самой, чтобы осуществить задуманное.

— Наверное, я смогу.

— Тогда нам надо для начала найти канал.

— Не понимаю.

— Человека, который будет говорить от твоего имени, наладит контакт и откроет двери для переговоров.