Волчье племя - Поддубный Олег - Страница 56

— Так вот какой у тебя помощник, Станислав! — усмехнулся он. — Я догадываюсь, вы хотите нас убить.

— Правильно догадываешься, Виктор, — не менее спокойно ответил Тоцкий. — Ты достаточно поиздевался надо мной, теперь моя очередь.

— Ты почему, Ловчий, убил Малышева?! — прозвенел голос Шторма.

— Потому что он хотел оставить вас без алмазов, — не моргнув глазом, ответил вор в законе. — Он предложил нам забрать все контейнеры и разделить с ним, а вас лишить вашей доли!.. За это я его и убил!

Полковник и ветеринар откровенно рассмеялись. Ловчий хотел броситься на них, но до противников было слишком большое расстояние, они успели бы выстрелить раньше, чем он сделал бы хоть шаг. Внезапно раздался металлический лязг, и, обернувшись, Ловчий увидел, что ветеринар открыл дверь одной из пустующих вольер.

— Давай топай со своими гладиаторами в клетку! — раздался позади него звенящий голос Шторма. — Живее!..

Ловчий неохотно подчинился приказу.

Зайдя в вольеру, он опять сделал отчаянную попытку оправдаться.

— Я понимаю, трудно поверить в то, что я говорю, но это так!.. Малышев на самом деле хотел вас кинуть! Ну почему вы мне не верите?!

— А вот почему! — показал начальник колонии на ветеринара. Тот, закрыв за ними вольеру, направился к выходу из питомника, и меньше чем через минуту в распахнутые двери по его свисту зашли полтора десятка волков. У Ловчего перехватило дыхание, он хотел что-то сказать, но полковник его оборвал:

— Заткнись!

— Да-да, Виктор, не стоит возражать, — сказал Тоцкий, вновь подходя к вольере и снимая с ее двери замок. — Уж не этих ли собак ты со своей братвой принял за волков? — насмешливо спросил он. — А ведь ты был прав, когда сказал: «Ей-богу, Станислав, я подумал бы, что это твои псы!» Видел я, как ты убил Малышева, и слышал, кто и что кричал!.. Вот поэтому и нет тебе веры!

И он, открыв дверь вольеры, впустил в нее животных.

Собаки разорвали бандитов в клочья. Ветеринар погрузил останки в одну из собачьих упряжек, затем вывез в то место, где оставил труп Столешина. Там уже стоял на дороге джип Ловчего, заранее пригнанный полковником. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что никого поблизости нет, ветеринар выкинул останки бандитов возле машины и быстро вернулся назад. С помощью Шторма он снял упряжки с собак и принялся чистить вольеру от крови, а полковник тем временем с любопытством разглядывал в клетках свирепых и страшных животных, чья шерсть постепенно из светлой становилась темной. Прямо на глазах они превращались из волков в очень крупных волкособак, и Шторм не переставал удивляться такому явлению. На очередной вопрос, почему так происходит, ветеринар снова не ответил.

После того, как он покончил с уборкой, было решено не оставлять привезенные из тайги пять контейнеров с алмазами в питомнике, а переправить их на территорию лагеря.

— Места здесь больше нет, да и опасно все оставлять в одном месте, — пояснил Шторм. — У меня есть предложение, Станислав Григорьевич.

— Я вас слушаю.

— Мне кажется, нам с вами вполне хватит и тех четырех ящиков, спрятанных под полом в вашей мастерской, а вот эти пять мы поделим с офицерами колонии, — сказал он, внимательно вглядываясь в глаза Тоцкого. — Я пообещал им, что если они помогут мне разыскать Ловчего вместе с драгоценностями, то часть из них будет принадлежать им. Подождите возражать, выслушайте меня до конца!

Тоцкий, раскрывший было рот, осекся и, пожав плечами, принялся слушать дальше.

— Нам вскоре понадобится их помощь как в плане обмена алмазов, так и в юридическом.

Следствие рано или поздно наступит нам на хвост, и их помощь нам будет необходима! — продолжал Шторм. — К тому же, Станислав Григорьевич, о наших четырех ящиках они не будут знать, а в этих пяти ящиках и наша доля!

— Поступайте, как хотите, — равнодушно отозвался ветеринар. — Правда, я плохо представляю себе, как будет выглядеть юридическая защита со стороны ваших офицеров, если следствие наступит нам на хвост. Но поступайте, как считаете нужным! — небрежно закончил Тоцкий, отвернувшись от полковника. Он не знал, что у того на уме, и не доверял ему.

Утром начальник колонии известил своих офицеров о приятной «находке» и обратился к ним за помощью, на что они охотно откликнулись. На служебной «Волге» Шторма все пять контейнеров были перевезены на территорию промзоны в слесарный цех, а оттуда переправлены в штрафной изолятор, где были размещены под полом в трех камерах. Заключенных, перед тем как опустить ящики под пол, заставили отодрать доски с полов, затем вырыть вместительные ямы. При захоронении контейнеров в тайниках офицеры уже не использовали заключенных, а обошлись собственными силами. Когда полы были приведены в прежнее состояние, заключенных выпустили из каменных «отстойников» изолятора и вернули в камеры.

Никому бы и в голову не пришло искать драгоценные ящики с алмазами в камерах штрафного изолятора, где естественными охранниками их стали сами заключенные. Теперь оставалось только выждать, когда все утихнет, и обменять камни на деньги.

Глава 13

Состояние здоровья Смольникова оставляло желать лучшего, и следствие по ограблению прииска до приезда из Главного управления внутренних дел следователя по особо важным делам взял на себя следственный отдел уголовного розыска, который возглавлял капитан Крюков. Из Иркутска прибыли два эксперта, и следователи возлагали на них большие надежды.

— Вопросов масса, а ответов нет, — сказал им Крюков, вернувшись с лесосеки, потрясенный увиденным там зрелищем. — Сейчас материала много, остается только работать. И надо очень поторопиться!

— Сделаем все, что в наших силах, — ответил ему Бажаев, патологоанатом высшей категории, привлекательный мужчина с интеллигентными манерами и открытым взглядом голубых глаз.

— Будьте уверены! — поддержал коллегу Трофимов, пожилой эксперт с огромным опытом работы в области химического анализа.

После ознакомления с документами, где были записаны подробно все детали чрезвычайных происшествий в морге, Трофимов сказал, что у него появилось одно соображение, но оно нуждается в проверке. Что касалось Копиных Чар, то тут Крюков был абсолютно уверен: после идентификации убитых на прииске и лесосеке бандитов они быстро установят остальных членов банды и отыщут контейнеры с алмазами. Но вечером следователь получил информацию о том, что в соседнем поселке Великий Бор сгорела дача крупного иркутского авторитета Ловчего и, по рассказам пожарников, они стали очевидцами весьма странного зрелища, после которого многим из них понадобилась помощь психиатра. Все они видели в пылающем огне ходивших по комнатам людей, которые не могли быть живы, так как уже были обуглены от действия высокой температуры.

Чуть позже эти обугленные трупы были привезены из Великого Бора в морг к Бажаеву для проведения судебно-медицинской экспертизы.

Утром следующего дня Крюкова ждал еще один сюрприз: были найдены джип Ловчего и останки трех людей возле него. Жители поселка Великий Бор опознали машину, по одежде — вора в законе. Капитан не знал, существует ли связь между всеми этими событиями.

И тут появилась информация судмедэкспертов.

Увидев их в дверях, Крюков с надеждой спросил:

— Ну как? Есть что-нибудь?

— Есть! — воскликнул Бажаев. — Есть, Николай Афанасьевич! И не что-нибудь, ох-хо-хо! — поднял он указательный палец правой руки. — Женя, открывай папку и выкладывай, что у тебя получилось в лаборатории! — обратился он к Трофимову.

Пожилой долговязый Трофимов скромно улыбнулся, кашлянул несколько раз в кулак и, подойдя к столу, разложил на нем папку.

— У меня уже было подобное дело в Монголии, когда из Китая перебежали два тибетских монаха, — не торопясь, заговорил он. — Меня вызывали туда по приглашению монгольских товарищей. Вот что я хочу сказать, — сосредоточился он. — Смерть судмедэксперта Столешина, его ассистента Чекушина, а также привезенные с дачи Ловчего обгоревшие трупы, как и трупы бандитов, разорванных волками на лесосеке в тайге, да и трупы самого вора в законе и двух его людей, найденные возле его автомашины, объединяет одно — вирус бешенства Куру! Его называют на Ближнем Востоке хохочущей смертью. Инкубационный период вируса Куру составляет примерно сорок лет.