Аграфена и пророчество мятежной колдуньи - Гаглоев Евгений Фронтикович - Страница 52

Дымящийся окурок упал на пол, мгновенно воспламенив разлитый керосин. Языки огня побежали в разные стороны.

Коты в ужасе кинулись врассыпную.

– Умно придумано! – весело выкрикнул Андерсон.

– Я видел, как Клеопа таким образом едва не спалила свой завод! – ответил Рапузан.

Часовой у входа в арсенал мирно спал и ничего не слышал.

Веселые язычки пламени быстро распространялись по стеллажам и стенам складов.

Коты, убравшись подальше от огня, в один голос издали восторженный клич Братства, похожий на очень громкое «мяу».

– А теперь мотаем отсюда! – скомандовал Андерсон. – Сейчас ка-ак бабахнет! Мало не покажется!

Коты бросились наружу и в мгновение ока исчезли с территории складов.

Пару минут спустя раздался первый взрыв. Склад боеприпасов взлетел на воздух.

Пожар разгорелся сильнее, перебросившись уже и на близлежащие постройки.

Часовой проснулся и обалдевшими глазами уставился на полыхающий арсенал.

Прогрохотало еще несколько взрывов.

Огонь распространялся с такой скоростью, что потушить его просто не представлялось возможным. Пламя быстро охватывало все новые территории.

Солдат вскочил на ноги и бросился за подмогой.

Коты, рассевшись по окрестным кустам, восхищенно наблюдали за пожаром.

– Эй! – воскликнул брат Пафнутий. – А никого из наших не осталось внутри?

Коты быстро огляделись. Андерсон пересчитал их по головам.

– Все здесь, не морочь котам голову, брат Пафнутий! – сказал он.

– А где же брат Акаций?

– Он с нами не пошел! – ответил предводитель. – Мы дали ему другое задание! Так, на всякий случай. Ведь иногда даже Марта Кэррит не может все предусмотреть!

Уже светало, когда барон Эхо привел Рекса к главным воротам императорского дворца. Улицы Столицы оказались забиты транспортом, поэтому на дорогу у них ушло куда больше времени, чем предполагалось изначально.

В преддверии парада к центру города стекался народ. На площади уже устанавливали помосты для духовых оркестров и палатки для торговцев едой и сладостями. Рекс предусмотрительно спрятал саблю под полой плаща, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

Ворота замка были открыты, а у подъезда стояло великое множество карет и экипажей. Знатные люди страны уже начали съезжаться к дворцу, предвкушая красочное зрелище и праздничное угощение.

Много нарядно одетых мужчин и женщин входили во дворец. Гвардейцы пропускали их, особо не расспрашивая, кто они и откуда. Сегодня в Столице будет много приезжих.

Эхо и Рекс затерялись в этой праздной толпе, и их тоже без препятствий пропустили во дворец.

– Вас долго не было, господин Эхо, – учтиво поклонившись, сказал барону один из часовых.

– Устроил себе небольшой отдых, – улыбнулся тот в ответ.

– А это кто? – Стражник кивнул на Рекса.

– Всего лишь мой новый лакей!

На том все расспросы и закончились.

Эхо провел юношу в празднично украшенный дворец, и они сразу отправились в подземелье. Встречная охрана лишь отдавала барону честь, не задавая вопросов.

Они стали спускаться по узкой каменной лестнице, поворачивавшей то вправо, то влево. На стенах кое-где висели факелы, от которых исходил тусклый свет. В конце пути они оказались в длинном мрачном коридоре со множеством запертых дверей. Массивная связка ключей висела на стене у входа в подземелье.

Эхо снял ее и взял с собой. В коридоре царила тишина, видимо, узники еще спали.

– Здесь содержатся преступники? – спросил Рекс.

– Только политические, – ответил барон. – Те, кто недоволен властью Велдора Первого. Обычных убийц и грабителей здесь не держат, для этого существует городская тюрьма!

– Так Аграфену причислили к политическим преступникам? – удивился Рекс.

– Ну она ведь тоже выступает против императора! – заявил Эхо.

– Ничего подобного! – воскликнул юноша. – Это Лионелла объявила на нее охоту!

– До чего я докатился! – угрюмо буркнул барон. – Помогаю заговорщикам спасти из камеры преступницу! Выступаю против самого Велдора! Я совсем спятил, раз связался с этим отрепьем!

– Но-но! – прикрикнул на него Рекс, ухватившись на всякий случай за рукоятку сабли. – Ты забыл, о чем тебе говорил король Гамед? Только выкинь что-нибудь, станешь личным врагом всего племени кочевников!

Наконец они добрались до карцера, где держали Аграфену.

Эхо пробормотал себе под нос что-то злобное и неразборчивое, вставил ключ в скважину и отворил дверь.

В камере царила кромешная тьма. Наконец внутри раздался какой-то шорох.

– Аграфена! – позвал Рекс.

– Рекс?! – обрадовалась девочка.

Она бросилась ему на шею.

– Я уже думала, что вы про меня забыли!

Эхо вдруг с силой толкнул Рекса в спину, и парень влетел в камеру. Быстро захлопнув дверь, пока тот не успел опомниться, барон повернул ключ в замочной скважине и довольно захохотал.

– Как все оказалось просто! – ликовал он.

Рекс и Аграфена тут же кулаками забарабанили в дверь.

– Открой сейчас же, предатель! – Раздосадованный юноша не мог поверить, что так легко попался.

– Вот еще! – довольный тем, что уловка удалась, барон начал приплясывать на месте.

– Лионелла снова превратит тебя в каменную глыбу!

– А я сейчас пойду к императору и расскажу ему обо всем! Он избавится от ведьмы и сделает меня первым министром! А потом и со всеми твоими друзьями разберется! Проклятые заговорщики!

Эхо быстро побежал к выходу из подземелья.

– Не может этого быть! – расстроенно воскликнул Рекс. – Как я мог повернуться спиной к этому негодяю?!

Вдруг до ребят донесся какой-то отдаленный грохот, а следом ликующий возглас Акация.

– Попался, жирдяй!

Пару минут спустя дверь снова открылась.

Аграфена и Рекс увидели перед собой довольного кота.

– Я как всегда появился вовремя! – заявил он. – Старикашка споткнулся об меня и врезался лбом в стену! Кажется, он потерял сознание!

– Откуда ты здесь взялся?! – изумленно спросил Рекс.

– Предводитель Андерсон попросил меня присмотреть за вами! – хихикнул тот. – Все наши отправились на склады имперских боеприпасов, а я следил за тобой и этим мерзким толстяком.

Девочка обняла Акация.

– Как я рада, что ты мой друг! – воскликнула она.

– Почаще напоминай себе об этом! – заявил кот. – А теперь втащите-ка его в камеру, да запрем его здесь. Пусть сам посидит в тюрьме, куда он так любил отправлять других!

Аграфена и Рекс взяли бесчувственного Эхо за руки и ноги и втащили его в камеру. Затем Акаций захлопнул дверь и повернул ключ в замке.

– Ну а теперь надо выбираться отсюда, – сказал кот. – Наши уже наверняка устроили хороший переполох на военных складах. Сейчас весь дворец на ушах ходить начнет!

– Только сначала отопрем все двери в этой тюрьме! – предложил Рекс. – Пусть все выходят на свободу! Здесь сидят те, кто не побоялся выступить против Велдора, а значит, эти люди заодно с нами!

С этими словами юноша схватил связку ключей и начал одну за другой отпирать камеры подземной тюрьмы.

Староста Белой Гривы чинно вышагивал по дворцовой площади, направляясь к императорскому замку. Его супруга Бина и дочка Кризельда сопровождали его, вежливо кивая по сторонам. Они шли в толпе других богачей и ощущали себя очень важными особами.

Ради такого случая староста нарядился во фрак ядовито-зеленого цвета и такой же цилиндр. Его спутницы облачились в пышные розовые платья и нарядные шляпки, украшенные цветами.

Семейство прибыло в Столицу три дня назад и остановилось в самой дорогой гостинице города.

– Мы тоже не нищие и можем себе это позволить! – заявил староста жене.

Бина спала и видела, как их дочурку Кризельду пригласят ко двору и сделают фрейлиной императора. Поэтому все три дня перед парадом они с дочкой провели в салоне красоты, прихорашиваясь и делая себе модные в Столице прически.