Кот - Покровский Александр Михайлович - Страница 41

Другая история

Ветлугин всем надоел. Стоял на пирсе и говорил проходящим:

– Видимо, я в море не пойду. У меня комсомольская конференция. Видимо, я в море не пойду…

А вокруг бегают. Отчаливать скоро, и потому мечутся все как ошпаренные, а он стоит и конючит:

– Видимо, я в море…

Сволочь, одним словом, комсомольская. Инструктор политотдела. Им в море надо в году, кажется, на две недели сходить, чтоб из плавсостава не вылететь. Так они что придумали: продовольственные аттестаты за себя в море посылают. А тут узнали наверху, и теперь вот придется ему пойти. Ишь как страдает, Растрелли!

– Видимо, я…

Пошёл он-таки – в последний момент забросили, – пошел, но сейчас же придумал, что его при всплытии в надводное положение обязательно вертолетом снимут.

Конечно, снимут. Как же без него эта вонючая конференция.

– Пришлют вертолет, и меня…

Снимут. Перевезут. Подмоют. Усадят в президиум. Конечно. Обязательно. А как же!

И вот всплыли в районе. А вокруг вертолетов летает тьма-тьмущая: датские, голландские, английские – тьма.

А комсомольцы их все равно не отличат. Им же главное – на конференцию попасть. А на чьем вертолете они туда попадут, им же не важно.

И отбили радиограмму: «Передать в квадрате пять Ветлугина-комсомольца на вертолет для прибытия на конференцию, для чего оставшиеся продукты выдать ему сухим пайком».

Две сетки доверху нагрузили: картошка свежая, картошка сухая, лук, чеснок, рис (пятнадцать грамм), крупа ячневая, яйцо куриное (одно), хлеб черный (четыреста грамм), хлеб белый… говядина… – в общем, две сетки.

Доверху.

И по трапу с удовольствием помогли.

А на мостике командир.

И вертолеты, как бабочки, летают.

А он выбрался на мостик, кряхтит, и, кивая на датский вертолет:

– Это за мной, товарищ командир!

Командир, обернувшись, даже рожу помял.

– На конференцию… комсомольскую… прислали…

Вот у них у обоих лица были через мгновенье – это ж одна красота!