Спасенная с «Титаника» - Флеминг Лия - Страница 4

Было холодно, и Мэй порадовалась тому, что одета в плотный жакет, а Джо – в пальто. Элен укутана в несколько слоев: шерстяная шаль, пальто из войлока, шапочка и крепкие кожаные ботиночки, подаренные соседкой, когда девочка начала ходить. Как странно – свой первый день рождения Элен отпразднует за много тысяч миль от того места, где появилась на свет.

Мэй посмотрела на звезды, рассыпанные в небе, гадая, где они будут находиться в этот час неделей позже.

– Думаешь, мы поступили правильно?

Джо кивнул и улыбнулся, развеяв ее сомнения.

– Пока что все идет гладко. Мы в надежных руках. – Он указал вверх, туда, где капитан с окладистой белой бородой прохаживался по палубе, наблюдая за работой экипажа. – Лучший капитан в мире, иначе ему не доверили бы вести этот корабль в первый рейс. Наслаждайся, солнышко, больше такой шанс нам не выпадет!

Глава 4

Селеста посмотрела через траурную вуаль на судно, которое отвезет ее обратно в Америку. Ноги словно налились свинцом, когда она шла по сходням, ведущим на палубу первого класса. Ее брат, напротив, рвался вперед: ему не терпелось изучить трансатлантический лайнер от носа до кормы.

– Подожди меня! – окликнула его Селеста.

Селвин обернулся и сверкнул улыбкой.

– Ползи быстрей, черепаха, я жажду своими глазами увидеть знаменитый «Титаник», вокруг которого столько шума! Да, папа хочет, чтобы ты познакомилась с этой милой старушкой, тетей архидьякона.

– А-а, с моей компаньонкой. В самом деле, неужели замужняя женщина не может плыть на корабле без спутницы? Надеюсь, миссис Грант окажется лучше той ужасной женщины, что сопровождала меня в Англию. Видела, что я переживаю из-за мамы, и все равно не закрывала рта всю дорогу.

– Гровер совершенно ясно выразился, чтобы мы не отпускали тебя одну, – пожал плечами Селвин, – хотя почему он сам не приехал вместе с тобой, ума не приложу. Да и малыша Родди все хотели повидать. Мама, бедняжка, так и не подержала его на руках.

– Ох да, мой муж – очень занятой человек.

– Ради всего святого, речь о похоронах твоей матери! Разве тебе помешала бы его поддержка в пути, особенно в таких печальных обстоятельствах?

Селвин относился к тем людям, которые не выбирают слова, и за это качество, как и за многие другие, Селеста обожала брата.

– Вы все прекрасно позаботились обо мне. Конечно, было бы легче, если бы муж и сын находились рядом, но Гровер сказал, что похороны – мероприятие не для детей.

– И все же он мог бы постараться приехать с тобой, сестренка.

– Знаю. Просто…

Как объяснить Селвину, что Гровера не интересует ни ее семья, ни Англия? Собственные родители у него под боком, и, кроме того, он сказал, что нельзя нарушать режим дня Родди. Теперь Селеста только и думает, как бы поскорее вернуться домой к сыну и войти в прежний ритм жизни, а для этого нужно забраться на спину громадного стального кита и плыть на запад, в Акрон, штат Огайо.

Селвин помог сестре устроиться в каюте, проследил, чтобы у нее было все необходимое и она могла спокойно лечь. Если путешествие будет таким же утомительным, как пять недель назад, Селесте придется тяжко и большую часть времени она проведет лежа.

В Нью-Йорк она собиралась плыть на другом судне, но угольная забастовка нарушила расписание пароходов, поэтому ей поменяли билет и предоставили место на «Титанике». Возможность совершить первый рейс на роскошном корабле, о котором писали все газеты, должна была привести Селесту в восторг, однако она поднялась на борт с тяжелым сердцем. Когда-то теперь она встретится с братьями, застанет ли в живых отца? После смерти матери он выглядел таким сломленным…

Апартаменты первого класса располагались на верхних палубах; каюты-люкс и салоны соединялись коридорами, устланными толстыми мягкими коврами. Каюту Селесты освещали яркие электрические лампы, кровать была оборудована медным ограждением и застелена изысканным бельем, сверху лежало стеганое пуховое одеяло. Стены были оклеены тиснеными обоями, как в номере дорогой гостиницы, и повсюду стояли живые цветы. Правда, аромат оранжерейных лилий, фрезий и жасмина не мог полностью заглушить запаха свежей краски. Вышколенные стюарды готовы явиться на порог, стоит Селесте нажать кнопку. Если бы только не пахло краской и клейстером и на нее не накатывала эта ужасная тошнота! Какая жалость, что она подвержена морской болезни, ведь морские путешествия нынче – развлечение для состоятельных людей.

С миссис Грант, престарелой вдовой, они встретились на верхней площадке парадной лестницы, возле часов, украшенных замысловатой резьбой. Селвин восхитился элегантными изгибами лестницы и огромным решетчатым стеклянным куполом, который свободно пропускал солнечный свет вниз, на резные дубовые балюстрады.

– Тут по перилам не покатаешься, верно, сестричка? – улыбнулся он. – В жизни ничего подобного не видел.

Ада Грант намеревалась провести лето у сестры в Пенсильвании. До отхода судна времени как следует познакомиться не было, и Селеста обещала побеседовать со своей дуэньей за чаем.

Селвину пора было уходить, но Селеста не отпускала его руку. По ее щекам покатились слезы, она прильнула к брату.

– Как жаль, что не я могу задержаться в Англии подольше.

– Держись, сестренка. Наша мама уже на небесах.

Ей нестерпимо хотелось открыться Селвину, рассказать правду.

– Это так, и мне надо ехать домой. Я нужна Родди, хотя… Присмотрите за папой, ладно?

Внутри у Селесты все переворачивалось при мысли, что овдовевший отец и братья считают ее счастливицей. Как же, ведь она замужем за состоятельным бизнесменом, у нее чудесный сынишка и большой красивый дом. На самом деле близкие знают лишь то, что позволяет им знать Селеста. Она не вправе причинять им боль.

– До свидания, и удачи. – Селвин обнял сестру. – Bon voyage и все такое. Не затягивай с приездом, а то Родди вырастет совсем большим, пока мы его наконец увидим. – С этими словами он зашагал прочь по коридору.

Селестина удрученно смотрела вслед брату. Кажется, она еще никогда не чувствовала себя так одиноко. Сейчас ей нужен глоток свежего воздуха и последний взгляд на причал. Нужно попрощаться со своей страной. Будь британкой и не раскисай, – приказала себе она, вспомнив слова отца, который накануне вечером застал ее плачущей. Селесте не хватило мужества поведать ему истинную причину своих слез.

Она застегнула на все пуговицы новое черное пальто, заколола шляпку булавкой, решительно опустила на лицо темную вуаль и двинулась по обшитому деревом коридору. Ноги утопали в мягком ковре, выполненном в двух оттенках синего, темном и светлом. На каждом углу стояли улыбчивые стюарды, готовые сопроводить Селесту на прогулочную палубу.

Судно пробуждалось к жизни, и ей хотелось увидеть, как корабль выйдет из доков, двинется по Саутгемптонскому заливу и дальше в направлении Шербура, который находится за семьдесят миль отсюда, на другой стороне Ла-Манша. Следующую остановку «Титаник» сделает во Франции.

Звук пароходного гудка разнесся над гаванью. У ограждения на пирсе собралась большая толпа. Люди влезали на столбы, высовывались из окон, забирались на все доступные возвышения, чтобы помахать и покричать вслед отплывающему кораблю. Ах, если бы Селесте вновь сделаться маленькой девочкой и, стоя на берегу реки в Сидмуте, глядеть, как красавцы парусники скользят по водной глади! Родди понравилось бы это зрелище. Ему уже почти три года, и он щебечет, как птичка. Селеста купила ему книжки с фотографиями Лондона, открытки, на которых изображен «Титаник», и игрушечную яхту – с их помощью она объяснит мальчику, куда уезжала.

«Титаник», ведомый небольшими буксирами, медленно вышел из дока и развернулся носом на юг. У стенки в гавани, точно норовистые лошади, привязанные в стойле, были пришвартованы два других крупных лайнера. Неожиданно поднялась волна, и на глазах у Селесты один из них начал приближаться к проходившему мимо «Титанику».