Под тенью темной луны (СИ) - "Amberit" - Страница 54

- И что в этом плохого? – удивилась я.

- То, что вы будете чужими для всех. Светлые маги будут бояться вас. Темные – если вы с такими встретитесь по одну сторону фронта – презирать. Я не хотел для тебя такой судьбы, karriellie.

- Ты знаешь об этом по личному опыту. – Я не спрашивала, а утверждала.

- Да.

Я обдумывала сказанное. В чем-то, возможно, Ален и прав. Мы действительно будем уметь работать с обеими сторонами магии. Только вот обучение темной магии явно поверхностное, чему мы там научимся за полгода? Так что не все так страшно, как Ален рассказывает. И кстати…

- Что-то я не заметила особого презрения к тебе. Особенно со стороны некоторых отдельно взятых Магистров.

- Я был бы счастлив, если бы эти «отдельно взятые Магистры» оставили меня в покое, - пробурчал Ален. – И ты тоже.

- Что «я тоже»? Оставила тебя в покое? – обиделась я.

- Да что за день такой сегодня! – Ален нечленораздельно выругался. – Или я разучился нормально разговаривать, или ты – нормально понимать! Оставь в покое Флоренну, а не меня. Я же еле успел тебя остановить.

- Да-да-да, - согласилась я. – Вот теперь подробнее, пожалуйста. Сегодня действительно интересный день, сколько всяких загадок раскрывается. Ты, оказывается, можешь пробивать мысленные блоки. И при этом, отвечая на мои вопросы, посылал… ну, хорошо хоть, не на гхыр, а к Магистру Рейфу. – Я вторично вырвалась из объятий Алена и отступила на шаг, пристально разглядывая его.

- Элька, - виновато начал Ален. – Как я понимаю, тебя интересовало, может ли пробить блок среднестатистический маг. Ну, ты, к примеру.

- Я буду уникальным магом, ты сам недавно сказал, - тут же возразила я. – А спрашивала я про тебя.

- Хорошо, уникальным, не буду спорить. Но ты не задала вопрос впрямую. А я на самом деле не знаю, может ли обычный маг пробить блок.

- А серый может?

- Какой? – удивился Ален.

- Серый. Не темный, не светлый, а их смесь.

- Не знаю, - пожал плечами Магистр.

- Но ты можешь.

- Я могу. Но это связано не с используемой магией, а с происхождением. От меня закрыться невозможно.

- Вообще? – не поверила я. – Никому?

- Вообще и никому, - вздохнув, подтвердил Ален.

- Даже Магистру Рейфу?

- Даже ему.

- Ни гхыра себе… - задумалась я. Хорошо это или плохо – всегда знать мысли всех окружающих? Наверное, при всех отрицательных сторонах этого Дара, я бы не отказалась…

- Еще и эмоции, - добавил Ален.

- Эмоции тоже? Что же у тебя за происхождение такое? – поразилась я.

- Со стороны матери. Есть у нее в роду этот Дар.

- Понятно… - протянула я, стараясь совладать с собственными эмоциями и не выплескивать их на Алена. Как же он справляется с этим? Особенно в Школе, где бегает сотня юных дарований, не стремящаяся сохранить все в себе?

- Я умею закрываться. И вообще очень редко злоупотребляю этим. Только в редких случаях.

- Слушай, давай договоримся, - предложила я. – Ты отвечаешь только на те вопросы, которые я задаю вслух. И ты вроде как должен закрываться, а не читать мои мысли?

- С тобой это почему-то не проходит, - признался Ален. – Ни одна защита не срабатывает. Я автоматически прочитываю тебя. Элька, ты не сердишься на меня?

Я подумала. Потом проверила собственные эмоции. И посмотрела на Алена. Он успокоенно улыбался.

- Мне можно не отвечать, да? – проворчала я и по собственной инициативе прижалась к нему. – Я все равно уже давно поняла, что ты пробиваешь блоки, только вот про эмоции не догадывалась. Ты столько раз себя выдал!

- Элька…

- А за это ты… - Я хотела договорить: «расскажешь, что означает «карриэлле», но

ласковые руки, забравшиеся в мои волосы, и мягкие теплые губы, коснувшиеся моего виска, лишили меня дара речи и вообще способности соображать. Легкие щекочущие ощущения, распространившиеся по телу, ввели меня в странное состояние, своеобразный ступор, когда не хочется ни думать, ни шевелиться, просто стоять, отдаваясь невинным ласкам…

- Я расскажу тебе, - пообещал над ухом голос Алена. – Только не сегодня.

- А почему? – Я тут же вернулась в нормальное состояние.

- А потому что сейчас нам надо обсудить, что с тобой делать.

- А можно ничего не делать? – с надеждой воззрилась я на Алена. Тот сурово покачал головой.

- Нельзя. За свои поступки надо отвечать.

- Только прикоснись ко мне, - угрожающе начала я.

- А вроде ты только что не возражала? – удивился Ален. И тут же добавил, не дожидаясь, пока я выскажусь по этому поводу. – В Школе запрещены силовые методы воздействия. Так что твоим наказанием будет разборка шкафа.

- Какого шкафа? – недовольно поинтересовалась я.

- Вот этого. – Ален показал на громоздкий дубовый шкаф в углу комнаты. По внешнему виду казалось, что его не открывали лет сто, а уж что там скрывалось внутри – одному мракобесу известно.

- Так это может гхырову уйму времени занять! – возмутилась я.

- Предпочитаешь чистку картошки до конца года? Магистр Рейф обязательно поинтересуется, чем кончился этот «прискорбный случай».

Картошку чистить не хотелось еще больше, чем разгребать шкаф.

- Мне можно не говорить, что я думаю по этому поводу, да? – уточнила я.

- Можно не говорить, - великодушно согласился Ален. – Завтра после лекций, адепт Элиара, жду вас здесь.

В шкафу не оказалось ни чучела нетопыря в натуральную величину, ни таинственного магического артефакта, на что я втайне надеялась. Он весь был забит книгами, фолиантами, гримуарами, свитками, разрозненными листками и прочим окололитературным мусором. Открыв с помощью Алена тяжеленные дверцы с искусной резьбой на них (судя по ней, шкафу было минимум лет четыреста), я с трудом поймала вывалившиеся из него бумажки и куски пергамента. Магистр, с некоторым сочувствием посмотрев на меня, быстро удалился под явно надуманным предлогом. И я осталась разгребать завалы.

Через полчаса я пришла к выводу – мои предположения были ошибочны. В этот шкаф никто не заглядывал со времени переезда Школы в Вийск, то есть лет эдак сто пятьдесят. Мне попадались контрольные по неестествознанию для первого курса, написанные неровным детским почерком с огромным количеством ошибок. Я долго расшифровывала, что означают слова «кемора» и «мафго», и, в конце концов, пришла к выводу, что это «кикимора» и «мавка». Там были учебники по травоведению, зельеварению, истории магии (с разрисованными портретами архимагов) и, что неудивительно, неестествознанию. Я нашла даже невесть как сюда попавший ветхий от старости и плохого качества бумаги «Арренский вестник» ста шестидесятилетней давности. Я с интересом изучила, с трудом разбирая выцветшие от старости руны, известие о несостоявшемся конце света. Очевидно, пророки во все времена больше всего любили предсказывать апокалипсисы, и с той же частотой эти пророчества не сбывались. Что не могло не радовать, на самом деле. Зато предсказанию о нашествии саранчи на юг Аррении придали мало значения, а оно как раз оказалось верным. Как следствие этого, выросли цены на зерновые и лен. Еще на листке нашлись заметки о появлении дракона в Синих Липягах (он съел пару коров и улетел, но обещал вернуться) и бале в честь королевы Ники с подробным описанием платья венценосной особы. Я прикинула, что мое собственное, которое обещал сшить Саватий, должно быть не хуже, и, воодушевившись, с удвоенной энергией продолжила разбирать шкаф, без сожаления отложив газету в кучу, предназначенную на выброс.

Вообще, по моему глубокому мнению, весь этот хлам можно было смело выбросить, не утруждаясь разбором. Если за сто пятьдесят лет он никому не потребовался – вероятность, что он кому-нибудь нужен, стремилась к нулю. Но Ален просил просмотреть все листки: «А вдруг там найдется жемчужина в горе… хм…навоза?» Я не очень верила в это, однако считала своим долгом выполнить ценное указание.

И трудолюбиво, как пчелка – нет, скорее, как крыска – проглядывала каждый листик и свиток, каждую обветшалую тетрадку и потрепанную книгу, каждый тяжелый том и обтянутый кожей фолиант. Последние тоже попадались. Я нашла несколько ценных раритетов. К примеру, «Справочник по разумным расам». Не удержавшись, я раскрыла толстенный трактат. На рисунке, открывшемся моему взору, красовался эльф – такой, каким его представлял неизвестный художник. Надеюсь, он не дожил до того момента, когда его шедевр увидел настоящий Перворожденный. Нет, все общие признаки эльфов были в наличии – высокий рост, светлые волосы, слегка заостренные уши. Но вот выражение лица подкачало – казалось, что изображенное существо не обладает даже зачатками разума и готово вот-вот уничтожить любого встретившегося ему человека. Этому весьма способствовал лук, который эльф держал в руках. Я не специалист по эльфийскому оружию, но, судя по его толщине (в бедро горного тролля), натянуть тетиву не смог бы не только Перворожденный, но и означенный тролль. В статье, сопровождающей картинку, сообщалось: эльфы - чрезвычайно гордая, самолюбивая и самовлюбленная раса. Давались примеры и советы, как правильно общаться с представителями оной. Судя по всему, лучшим вариантом было держаться от них как можно дальше.