Самый темный соблазн (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 98

Жесткие, не верящие кивки.

— Спросите вокруг, — сказала она. — Вы поймете, что я могу причинить вам боль таким способом, что вы будете страдать вечность.

Она шагнула вперед, коснулась двери Винтер. Защита спала, и Винтер задохнулась от удивления. Не прошло и секунды, как девушка выскользнула. Она повторила тоже самое с мужчинами, освободив их, и они тоже довольно скоро покинули опостылевшие им комнаты.

Так просто, когда всего лишь пару дней назад такое было невозможно. Кто бы мог подумать.

К сожалению, ее домашняя работ на этом не заканчивалась.

Уильяма не было в его комнате, но в его постели спала девушка, кажется Джилли, ее темные локоны разметались по его подушке.

В воздухе пахло не сексом, а настороженностью и заботой. Джилли пришла сюда, переживая за Уильяма, тоже раненного в сражении. Он успокаивал ее, пока она не уснула, затем он вышел.

Сейчас он взгромоздился на крыше, напихав себе полный рот мармеладных медведей, разговаривая с кем-то. С Аидом. Оба мужчины ощутили ее присутствие, обернувшись в ее направлении.

— Приветствую тебя, девушка, которая мне стольким обязана. — Уильям хитро улыбнулся. Ранение не сказалось на его чувстве юмора.

— Приветствию тебя, девушка, которая мне многое задолжала. — Добавил Аид. Черный Туман окутал его, огненные прожилки очертили контуры его крыльев.

Возможно ее новые способности обострили ее зрение, поскольку она увидела то, чего не замечала прежде.

У него были длинные черные, как смоль волосы, такие же черные глаза, никаких зрачков, и лицо его было столь же прекрасно, как у Париса. Лицо, которые многие женщины сочли бы даже более прекрасным. Но не она.

У него была очень развита мускулатура, а по всей груди вытатуированы крошечные звезды.

"Мне нравится он", сообщил Гнев.

"Чтоб ты знал, меня это до чертиков пугает".

— Если в твоем мире два приравнивается к многому, то так и есть, — ответила она сухо. — Ты уже определился, что от меня хочешь? — Ей было несколько неловко от того, что он мог попросить у нее целый мир, и она отдала бы его, если бы это не повредило Парису и его друзьям.

С улыбкой нечестивого серийного убийцы Аид покачал головой:

— Скоро, — пообещал он.

— Отлично, — сказала она, оставляя их вести свой секретный разговор. Одно мгновение — и она находилась на небесах, на облаке Захариила.

Ее так изумило, что ангелы жили в облаках, и эти облака были устроены, как дома. Мебель, прихожая, сады, все, что угодно душе обитателя.

У Захариила была небольшая кровать, и на ней лежал человек с розовыми волосами и вытатуированными кровавыми слезами, прикованный к ней цепью. Глаза его были завязаны, во рту торчал кляп, на его нижнюю часть была накинута простынь, он был наг.

Не смотри. Это не мое дело. На тумбочке находился сосуд в форме песочных часов с чем-то вязким внутри. Ей не хотелось знать, что это за вещество.

— Захариил, — позвала она, переводя взгляд на человека с розовыми волосами. Сиенна прищурила глаза. Перед ней был тот, кто напал на Париса в пещере. И своим новым зрение она определила, что это вовсе не человек, перед ней был падший ангел.

Он находился в этом месте с тех самых пор, как они решили сбежать? Она наблюдала, как он пытался освободиться.

Захариил возник в дальнем дверном проеме, и он был мокрым и обнаженным, и ох, святый Боже, он был великолепен. Просто… бесподобен.

Его мышечная масса могла бы конкурировать с Парисовой. Он легко бы мог провозить контрабанду в животе, это нечто. Его мускулы были настолько рельефны. Небольшие коричневые соски, ничего лишнего, никаких волос на теле.

Единственным недостатком являлось темное пятно размером с ее кулак на его груди, чуть выше сердца. Пятно расползалось по краям, словно было смазано.

Погоди. Не единственный. Отметены от плетей красовались на его ребрах, свежие, кровоточащие. И считался ли снег летящий с его крыльев признаком совершенства?

Он остановился, заметив ее, и через секунду его тело было облачено в белые одежды. Исчезли заключенный вместе с кроватью.

— У меня был защитный барьер снаружи, — его безучастный тон возвратился к нему. — Как тебе удалось войти?

— Гмм, прошу прощения, — замялась она. — Я просто пожелала оказаться здесь.

Никакого наказания. Просто напряженное

— Чего ты хочешь?

— Я хотела поблагодарить тебя. — Благодаря ему Парис и его друзья живы. — Ты дал мне воду из Реки Жизни. Тогда я не знала, чего тебе стоило ее заполучить, но знаю сейчас, и я признательна тебе за такую жертву.

Причудливая мозаика информации стекалась к ней со всех сторон, например, сегодня утром она узнала, что ангел должен пожертвовать чем-то дорогим, чтобы только приблизиться к воде. А чтобы набрать воды? Они должны были пожертвовать собственной кровью. Прилично пожертвовать. Может поэтому его стегали.

После битвы, когда жизненные сила Париса покидали его вместе с кровью, Захариил дал ей флягу воды в обмен на обещание помочь ангелам в надвигающейся войне. Очевидно, битва против Крона была не та, в которой требовалась ее помощь.

— Я сделаю все, что смогу для тебя, — закончила она. Разумеется, существовали пределы ее силы. Она не могла вернуть сестру, хоть и пыталась. Она не могла найти Кейна. Она не могла исцелить остальных. Крон никогда не был всемогущим, каким хотел казаться.

— Ты должна многое узнать о себе, — сказал ангел. — Следующие несколько недель ты проведешь с нами, и мы научим тебя всему, что необходимо знать.

— Как только Парис оклемается. Потому что он будет со мной, — произнесла она, молясь, чтобы это оказалось правдой, и он действительно будет с ней.

— Он разделил свою тьму с тобой, а ты все еще его хочешь?

— Конечно. Я свет для него, выход из положения, и, так или иначе, его темнота — свет для меня.

— Это…

— Хватит. Я все знаю. Я хочу, чтобы он был со мной, на этом все. — Она исчезла — нужно было посетить еще одно место прежде чем вернуться к Парису.

Дом Галена.

Он и Фокс сидели за кухонным столом, их окружали груды оружия и боеприпасов. Они полировали металл, проверяли обоймы, подгоняли пули.

Гнев зарычал, но ничего не сказал.

Гален выглядел расстроенным. Фокс казалась ослабевшей. Её ноздри затрепетали, и она резко втянула воздух, а затем обернулась. Её взгляд остановился на Сиенне, и Фокс резко вскочила на ноги, направляясь в сторону Сиенны, очевидно, жаждя ещё раз попробовать её на вкус.

Одним движением запястья, Сиенна силой воли пригвоздила девушку к столу, где сама не давно была закуской, прикованной Фокс.

Гален так резко вскочил на ноги, что стул за ним опрокинулся.

— Ты!

— Я.

— Я хочу получить назад моих женщин. Легион и Фокс.

— А я хочу, чтобы ты освободил Легион от клятвы.

— Никогда.

— Я предполагала, что ты это скажешь, — она заскользила по воздуху и опустилась в кресло Фокс. Он не делал агрессивных движений в ее сторону, но ведь он знал, что она сейчас могла сделать.

Возможно, ей стоило убить его, за все те преступления, что он совершил. Но большинство его Ловцов были мертвы, погибли во время битвы, так что вероятно, он страдал достаточно. Также, она не хотела, чтобы его демон вырвался на свободу, как случилось с Жадностью, который принадлежал Крону, и Борьбой, который принадлежал Рее. Эти двое сейчас находились неизвестно где, и без сомнения, заполоняли мир.

— Как ты знаешь, Неназываемые были обязаны Кроносу. Теперь, когда он — мертв, они свободны. Я пыталась удержать их цепями, приковав, но к моменту, когда я поняла, кем они являются, и чего хотят, Неназываемые ушли. — Пристальный взгляд Сиенны пронизывал. — Они хотят твоей крови, Гален. Вполне серьёзно. Они будут преследовать тебя бескомпромиссно.

И действительно, Сиенна удивлялась, что они до сих пор не добрались до Галена.

— Ты действительно хочешь, что бы Легион оказалась в подобной ситуации? В опасности?