Граф и его графиня (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 84

84

Иногда достаточно понимания и поддержки. А остальное приложится со временем.

Молодые обменялись браслетами и под руку направились к выходу из храма.

Поздравления, цветы… сегодня король дает в их честь бал во дворце. Эдоард просто подчеркнул, что благоволит этой паре – и кто бы из придворных посмел ему возразить?

Первый танец молодые танцевали вместе, но на второй Лилиан пригласил Ричард, а ее высочество пригласила новобрачного, подчеркивая, что благоволение идет от всего королевского семейства.

Лиля танцевала, улыбалась, старалась не уронить в грязь лицом…

А поздно вечером, когда они с мужем остались одни в спальне, Ганц чуть коснулся ее щеки.

– Не бойся. Хочешь – я уйду?

Лиля покачала головой. И первая коснулась губами губ супруга.

* * *

Спустя два часа она стояла на балконе и смотрела на звезды. Те ласково подмигивали с небосвода.

Как мужчина, Ганц ее не разочаровал. Наоборот – порадовал. Она такого не ожидала. А в остальном… пусть поклонники морали и нравственности вопят о делении кровати с нелюбимым… хотя где их тут найти?

За Ганца последние два года только и пытались пристроить каких-нибудь девиц. Даже одну дочь герцога. Брак по расчету с главой королевской милиции (название подсказала Лиля) считался весьма и весьма…

А что?

Барон, не стар, бездетен, достаточно богат, обласкан королем… да за такое обеими руками хватаются! Еще и зубами придерживают!

Но – увы. Всем щучкам королевского двора пришлось придержать зубки. Ганц твердо заявил, что его женой может стать только одна женщина. Ее сиятельство, если согласится.

Ну и…

На добро или на зло – она теперь жена Ганца. Она никогда не поверит ему до конца, но будет его женой, родит ему детей… и будет счастлива!

Вопреки всему и вся!

Счастье – это ведь не наличие золота или бриллиантов, не африканские страсти и не громкий титул.

Кому-то просо попадается крупное, кому-то жемчуг мелкий…

Счастье – это состояние души. Недаром же отец, еще в том мире, говорил: «Хочешь быть счастливой? Будь!».[14]

Она – будет.

Работа, дом, семья, дети… Ричард?

Они друзья, и так останется. А впрочем… кто-то может сказать, что нам готовит судьба?

Давайте посочувствуем этим несчастным провидцам. Им слишком тяжело жить на свете.

Лиля еще раз подмигнула нахальным звездам и ушла в комнату. Спать, девочка. Завтра будет новый и счастливый день.

Обманутым пловцам раскрой свои глубины! Мы жаждем, обозрев под солнцем все, что есть, На дно твое нырнуть – Ад или Рай – едино! – В неведомого глубь – чтоб новое обресть! Ш. Бодлер. Плавание.

Эпилог

Лиля посмотрела на список, пробежала глазами, поморщилась и подписала. М-да, расходы резко возросли, но как ты хотела?

Юбилей, однако!

Пятьдесят лет, круглая дата, наступает ровно через месяц, и Лиля сказала бы, что она накатывается бочонком на ногу…

По такому случаю Лиля решила собрать всех друзей и родных в поместье под Лавери. Теперь уже своем поместье.

Да, пятьдесят лет… столько воды утекло…

Женщина бросила взгляд в оконное стекло. В сгустившихся сумерках отчетливо проступало ее отражение. Годы оказались милостивы к графине. Седина в светлых волосах почти незаметна, легкая полнота осталась, но очень удачная. Как раз та, которая позволяет женщине в итоге перейти к облику обаятельной пышечки, а не сморщенного абрикоса. Морщин почти нет, и даже зубы удалось сохранить. Кроме зубов мудрости, но положим, она еще тридцать лет назад знала, что не мудрая.

Умная, да. Но житейской мудрости ей Альдонай не отсыпал.

М-да.

Вросла, вжилась, даже вместо бога или богов поминаем Альдоная…

И сложно было не вжиться. Лиля откинулась на спинку кресла, прикрыла глаза, повертела в пальцах золотое перо.

Она вспоминала.

Примерно четверть века назад она вышла замуж за Ганца Тримейна и стала баронессой. И не прогадала.

Нельзя сказать, что у них все было безоблачно, но семнадцать счастливых лет Альдонай им подарил. Ганц вырастил и выдал замуж Миранду, договорился о помолвке Джайса, подарил ей троих детей…

Два мальчика и девочка. Все уже взрослые, кое-кто уже женат, и Лиля скоро в очередной раз станет бабушкой. В какой же…

Посчитаем?

Миранда, таки вышедшая замуж в Ханганат и ставшая любимой женой – уже подарила семерых внуков. Она бы и больше сделала, но Лиля прямо-таки угрожала и требовала. Промежуток между родами – не меньше двух лет! Нечего превращаться в родильную машину!

Амир немного пофырчал, но понял. Хотя гарем он содержал, а как же без него? Люди не поймут!

И даже пользовался этим гаремом. Ему привозили и дарили невольниц, а он потом передаривал их тем, кого хотел наградить. Было большой честью получить девственницу из гарема Хангана… ну и ценность тоже немалая, туда второй сорт не подсунут.

Миранда немного ревновала, но старалась держать себя в руках. И обещала приехать с младшими внуками. Надо же дать Амиру немного отдохнуть от семьи…

Джайс. Сын, радость, солнышко, заинька и два метра обаяния, женат вот уже четыре года – и не так плохо. На дочери графа Лайшем, причем разница в возрасте у них лет десять. Марион милая девочка и что самое главное – ради своего мужа готова и в огонь, и в воду. Джайс тоже ее любит и изменять не собирается. У них уже двое детей, но Марион подумывает о третьем.

Но это старшие дети. Они явно пошли в родителей и рано начали половую жизнь. Дети от Ганца совсем другие. И пока никто не женат и не замужем.

Старший сын от Ганца, Томас, Томми…

Он же барон Тримейн. Наследный и вполне довольный своей жизнью. Рьяный продолжатель дела отца. Иногда так и тянет подарить ему трубку и кепи, благо, сказки о бароне Холмсе разошлись по королевству и пользуются большой популярностью. Их даже на ярмарках показывают. Можно сказать, народное признание. И все же он скорее талантливый одиночка, чем организатор и управляющий. Эти способности вполне проявляет второй сын. Барон Август Брокленд, также наследный. Говорят, имя не определяет судьбу? Скажите это Августу-младшему, который не вылезает с верфей, стараясь построить на них малым не космический корабль. И на море его также укачивает, как и деда, как и мать.

Хотя внешне оба сына – копии Ганца. Сыграла же природа шутку с генами.

Дочка. Алина. Младшая. Любимый и обожаемый всем семейством бесенок с зелеными глазами и темными локонами. Красотка и вредина.

Придворные кавалеры уже строят ей глазки, но шестнадцатилетняя хитрюга крутит ими, как кольцами на пальцах, – а выбрать пока никого не выбирает.

Лиля не заключала помолвки, отлично понимая, что с таким состоянием ни один из ее детей непристроенным не останется. Тут уж скорее стоит вопрос, как отсеять охотников за приданным.

Трое детей, двое с титулами, малышка получит поместье после ее смерти и весьма нескромную сумму сразу.

В дверь поскреблись и внутрь просунулся любопытный носик Алины.

– Мам, ты очень занята?

– Ужасно.

– Ужасное занятие – или ужасно, что я тут?

– И то, и другое, так что тебе надо от престарелой мамаши? – насмешливо поинтересовалась Лиля.

– Мам, меня завтра пригласили покататься верхом. Я возьму Лидарха?

– Нет. Ташлаха – и никаких разговоров. Лидарха я тебе не доверю, он пока еще слишком бестолковый.

– Ну ма-аамаааааа….

В ребенка полетела подушечка с кресла. Алинка тут же замолчала и исчезла за дверью.

– Между прочим, это Роман Ивельен! – донеслось из-за двери.

вернуться

14

«Если хочешь быть счастливым, будь им»: 80-й афоризм из собрания мыслей и афоризмов «Плоды раздумья» (1854) Козьмы Пруткова. Прим. Алекса