Вопросы социализма (сборник) - Богданов Александр Александрович - Страница 149

Свое отношение к философии Ф. Ницше Богданов сформулировал следующим образом: «Ницше — мыслитель крайне сложный, и авторитарные элементы в его мировоззрении выражены не менее резко, чем индивидуалистические… самая „душа“ человека для него распадается на господина и раба» (Богданов А. А. Падение великого фетишизма. М., 1910. С. 60).

(3) Берне Л. (1786–1837) — немецкий публицист и художественный критик, идейный вдохновитель литературного движения «Молодая Германия». Прославился статьями и памфлетами, с позиций мелкобуржуазного радикализма обличающими монархически-полицейский режим, национализм и политический индифферентизм; в конце жизни увлекся идеями христианского социализма и «католической демократии».

(4) Витализм — восходящее к Аристотелю учение о наличии в живых организмах качественно особых факторов, отсутствующих в неорганической природе. Возрождено в конце XIX в. немецким биологом Г. Дришем (1867–1941), обосновывавшим существование в организме автономной, присущей только живым телам целесообразно действующей силы — энтелехии, или фактора Е.

(5) А. А. Богданов излагает здесь распространенное в большевистской среде понимание этики революционера. Сравните: «…стократ заслуживает название героя тот, кто предпочитает лучше умереть в прямой борьбе с защитниками и оберегателями этого гнусного порядка, чем умирать медленной смертью забитой, надорванной и покорной клячи» (Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 5. С. 14). «… Работа в ряду и шеренге убедит в истине марксизма все жизнеспособные элементы…» (там же. Т. 12. С. 65). «Социалисты-революционеры создают Гершуни, Каляевых, мы создаем тоже бесстрашных борцов, но рядовых, но в коллективе, в полку, в войске. Мы воспитываем иные добродетели, чем уважение к общим гражданским правам, к тому, что нельзя красть носовых платков, что личность священна согласно кантовским императивам» (Воронский А. К. Избранная проза. За живой и мертвой водой. М., 1987. С. 547). Под влиянием коллизий революции, гражданской войны и начала социалистического строительства в СССР отдельные большевики мучительно осознавали односторонность этики революционной борьбы.

А. А. Богданов в статье «Законы новой совести» (1924) писал: «Надо помнить, что всякое объективно-лишнее истребление и разрушение, всякая ненужная жестокость преступны по отношению к человечеству, деморализуют коллектив и уменьшают энергию, которой он может располагать в дальнейшей борьбе и в труде. Сколько обманутых, сражавшихся за реакцию, стали потом драгоценными солдатами революции, сколько техников и ученых, сначала враждебных ей, стали потом незаменимо полезными работниками в ее строительстве! И насколько лучше овладевать дворцами для народа, чем их разорять. Член великого коллектива не должен уподобляться жалким дикарям-погромщикам, опустошающим завоеванную страну — свое достояние. Но слишком легко сладкая месть за свои пережитые страдания одевается в костюм „необходимой жестокости“, — нужно большое внимание к своим целям и мотивам, даже для крупных и высокосознательных работников, чтобы избежать преступных ошибок этого типа» (Богданов А. О пролетарской культуре. Л.; М., 1924. С. 341).

(6) «Грядущее рабство» (рус. пер — СПб., 1884) — сочинение английского философа — позитивиста и социолога Г. Спенсера (1820–1903), направленное против социализма.

(7) Глава из 7-го издания «Краткого курса экономической науки» (1906 г. — первое легальное издание). В 1–6 м изданиях по цензурным обстоятельствам глава о социализме отсутствовала.

(8) Впервые опубликовано в 1908 г.

Утопический роман Богданова синтезировал черты его многогранной личности: революционные устремления, разработка социалистического идеала, обобщение тенденций развития науки и техники, увлечение астрономией и проблемой продления человеческой жизни путем переливания крови.

Роман с интересом был воспринят в большевистской среде, увидевшей «добросовестное изложение социалистической программы пролетариата в том виде, как она понималась революционным крылом социал-демократии» (Б. Легран: Предисловие к кн.: Богданов А. Красная звезда. Л., 1929. С. 4). По свидетельству рабочего С. Долныкова, в романе, вышедшем в эпоху реакции, увидели ласточку на скорое возрождение революции (Пролетарская культура. 1918. № 3. С. 31). Н. И. Бухарин вспоминал, что революционная молодежь с «трепетом и восторгом» читала страницы «прекрасной „Красной звезды“» (На новом поле. М., 1928. С. X.) А. М. Горький, читавший роман в рукописи, отметил: «И нравится, и нет, но — вещь умная» (Архив А. М. Горького. Т. XIV. С. 20). Восторженной рецензией откликнулся на появление «Красной звезды» А. В. Луначарский, подчеркнувший, однако, что от «кристальной атмосферы разумности» социалистического Марса «веет холодком» Луначарский тонко подметил самокритику автора, противопоставившего «Марсову культуру с ее рационализмом и позитивизмом — буйной, юношеской земной культуре, которой гораздо труднее достигнуть гармонии, но которая обещает нечто гораздо более богатое, чем схематичная и сухая, при всей ее величавой стройности, культура марсиан» (Образование. 1908. № 5. С. 119–120).

После переиздания романа в 1918 г. в нем выделяли способность изображением «идеального, но вполне осуществимого будущего вдохнуть бодрость в людей, утомленных жестокой международной и социальной войной» (Вестник жизни. 1918. № 1. С. 119) и антитезу представлениям о «карточном социализме», сложившимся под влиянием «военного коммунизма» (Пролетарская культура. 1918. № 3. С. 31). Даже в 1929 г. Б. В. Легран (член партии с 1901 г.) писал о «необыкновенной полноте художественной правды», с которой Богданов обрисовал организацию производства и уклад общественных отношений в обществе, где завершился процесс отмирания государства с его аппаратом принуждения «Красная звезда» рассматривалась в ряду классических социалистических утопий.

В 60 — 80е гг. историки научной фантастики акцентировали внимание на богатстве научно-технических прогнозов Богданова, предсказавшего космические корабли с атомными двигателями, роль автоматизации, вычислительных машин, синтетических материалов, стереокино и др. (см.: Рюриков Ю. Б. Через 100 и 1000 лет М., 1961. С. 86; Бритиков А. Ф. Русский советский научно-фантастический роман. Л., 1970. С. 49–55; Парнов Е. И. Зеркало Урании. М., 1982. С. 54). Одновременно отмечалась конкретизация Богдановым идей великих утопистов прошлого (см.: Брандис Е., Дмитревский В. Через горы времени М.; Л., 1963. С. 138), талантливое соединение технической утопии с идеей социальной революции и научными представлениями о коммунизме (А. Ф. Бритиков). Ю. М. Медведев (Русская фантастическая проза XIX — начала XX в. М., 1986. С. 692) рассматривает кульминационные сцены романа как переосмысление Богдановым призыва Ф. М. Достоевского «Главное — люби других, как себя» применительно к глобальным кризисным ситуациям современности. Ранее Е. Брандис и В. Дмитревский выделили гуманистическую идею «союза миров», родственную Великому Кольцу в «Туманности Андромеды» И. А. Ефремова.

Издание художественных произведений Богданова в США (1984) снабжено весьма содержательными статьями историка литературы Р. Стайтса и науковеда Л. Грэхэма (отметившего, в частности, что Богданов блестяще предвосхитил многие проблемы «постиндустриального общества»: опасность атомной энергии, загрязнение окружающей среды, недостаток естественных ресурсов и пищи).

Р. Стайте подчеркивает, что Богданов рассматривал социализм как результат не только социальной, но и научно-технической революции. Оба автора выделяют вложенные в уста математика Стэрни предупреждения Богданова о возможных деформациях «социализма в одной стране». Подробный анализ литературы о Богданове-фантасте дан в обзоре Г. Гловели в сборнике ИНИОН «Социокультурные утопии XX в.» (Вып. 6. М., 1988).

Печатается с сокращениями.

(9) Кюри, Мария (Склодовская, 1867–1934) и Пьер (1859–1906) — французские физики, пионеры изучения радиоактивности.