Античная драма - "Софокл" - Страница 34

34

Эдип

Питомец вечной ночи, никому, Кто видит день, — и мне, — не повредишь!

Тиресий

Да, рок твой — пасть не от моей руки: И без меня все Аполлон исполнит.

Эдип

То умысел Креонта или твой?

Тиресий

Нет, не Креонт, а сам себе ты враг.

Эдип

О деньги! Власть! О мощное орудье, Сильней всех прочих в жизненной борьбе! О, сколько же заманчивости в вас, Что ради этой власти, нашим градом Мне данной не по просьбе, добровольно, Креонт, в минувшем преданный мне друг, Подполз тайком, меня желая свергнуть, И подослал лукавого пророка, Обманщика и плута, что в одной лишь Корысти зряч, в гаданьях же — слепец! Когда, скажи, ты верным был пророком? Скажи мне, ты от хищной той певуньи Избавил ли сограждан вещим словом? Загадок не решил бы первый встречный, — К гаданиям прибегнуть надлежало. Но ты не вразумился птиц полетом, Внушением богов. А я пришел, Эдип-невежда, — и смирил вещунью, Решив загадку, — не гадал по птицам! И ты меня желаешь выгнать вон, Чтоб ближе стать к Креонтову престолу? Раскаетесь вы оба — ты и он, Ревнитель очищенья!.. Я бы вырвал Признанье у тебя, не будь ты стар!

Хор

Мне думается — произнес он в гневе Свои слова, а также ты, Эдип. Нет, как исполнить божье повеленье, — Вот мы о чем заботиться должны.

Тиресий

Хоть ты и царь, — равно имею право Ответствовать. И я властитель тоже. Я не тебе, а Локсию слуга И в милости Креонта не нуждаюсь. Мою ты слепоту коришь, но сам, Хоть зорок ты, а бед своих не видишь — Где обитаешь ты и с кем живешь. Ты род свой знаешь? Невдомек тебе, Что здесь и под землей родным ты недруг И что вдвойне — за мать и за отца — Наказан будешь горьким ты изгнаньем. Зришь ныне свет — но будешь видеть мрак. Найдется ли на Кифероне место,[89] Которое не огласишь ты воплем, Свой брак постигнув — роковую пристань В конце благополучного пути? Не чуешь и других ты бедствий многих: Что ты — и сын, и муж, и детям брат!.. Теперь слова Креонта и мои В грязь втаптывай. Другой найдется смертный, Кого бы гибель злейшая ждала?

Эдип

Угрозы эти от него исходят? О, будь ты проклят! Вон ступай отсюда! Прочь уходи от дома моего!

Тиресий

Я не пришел бы, если б ты не звал.

Эдип

Не знал я, что улышу речь безумца. Иначе не послал бы за тобой.

Тиресий

По-твоему, безумец я? Меж тем Родителям твоим казался мудрым.

Эдип

Кому? Постой… Кто породил меня?

Тиресий

Сей день родит и умертвит тебя.

Эдип

Опять слова неясны, как загадки.

Тиресий

В отгадыванье ты ли не искусник?

Эдип

Глумись над тем, чем возвеличен я.

Тиресий

Но твой успех тебе же на погибель.

Эдип

Я город спас, о прочем не забочусь.

Тиресий

Иду… Ты, мальчик, уведи меня.

Эдип

И пусть уводит… Мне невмоготу Терпеть тебя. Уйдешь — мне станет легче.

Уходят.

СТАСИМ ПЕРВЫЙ

Хор

Строфа 1 Но кто же он? О ком скала вещала в Дельфах? Ужаснейшим из дел кто руки обагрил? Верно, он бежал быстрее Вихрем мчащихся коней: На него, во всеоружье, Налетели в блеске молний Зевсов сын и сонм ужасных, Заблужденья чуждых Кер.[90] Антистрофа 1 С Парнаса снежного нам просияло слово. Злодея нам велит безвестного искать. Бродит в чащах он, в ущельях, Словно тур, тоской томим, Хочет сбросить рок вещаний Средоточия земного,[91] — Но вещанья роковые Вечно кружатся над ним. Строфа 2 Страшным, вправду страшным делом Нас смутил вещатель мудрый, Согласиться я не в силах И не в силах отрицать. Что скажу? Душа в смятенье. Тьма в былом и тьма в грядущем. Никогда — ни теперь Не слыхал я, ни прежде, Чтобы род Лабдакидов И Полибом рожденный Друг от друга страдали. Ныне против Эдипа Я не вижу улик И отмстить не могу Неизвестному Лая убийце! вернуться

89

Киферон — гора на границе Аттики и Беотии.

вернуться

90

Керы — богини рокового конца.

вернуться

91

…средоточия земного… — Мраморный конус, стоявший в дельфийском храме, называли «пупом земли».