Демоны в Ночь Мертвых (ЛП) - Кирк Алисса - Страница 26

Я застыла, внезапно осознав кое-что. Он очерчивал пальцами мои шрамы. Шрамы, о которых я забыла в эти краткие моменты, потерявшись в его прикосновениях. Я оторвала от него взгляд и отпрянула, крепко обнимая себя руками, пытаясь вернуть хоть какой-то контроль и наскрести хоть чуточку достоинства. Хотя это вряд ли.

— Тебе нужно идти.

Он протянул руку. Я вздрогнула. Он опустил ее. В последующем неловком молчании я чувствовала его сомнения, но не двигалась, отводя взгляд.

— Ладно, — сказал он, наконец, отступая назад и засовывая руки в карманы. — Но нам нужно прояснить пару вещей.

И именно тогда боковым зрением я увидела, как Тристан открывает свое окно и начинает карабкаться по дереву. О, нет.

— Э-э, знаешь что? — я заставила себя не смотреть в сторону. — Давай я выведу тебя вниз и наружу, а там мы поговорим.

Он покачал головой.

— Я просто вылезу из окна…

— О, нет, нет, нет, нет, — я бросилась к окну и коротко покачала головой Тристану, прежде чем задвинуть занавески, а потом прислонилась к подоконнику и повысила голос на несколько ступеней. — А знаешь, ты прав. Давай поговорим сейчас, Эйдан, раз уж ты здесь. В моей спальне. Со мной. Это прекрасный шанс для нас с тобой, Эйдан, чтобы немного посовещаться, поболтать, потолковать, узнать друг друга получше. Аврора и Эйдан. Эйдан и Аврора. Просто разговаривающие в спальне, — надеюсь, что говорила достаточно громко.

— Зачем ты это сделала? — сказал Эйдан, глядя на развевающиеся занавески, без сомнения, очарованный моими остроумными шуточками.

— Что? Ничего, просто я всегда задвигаю занавески ночью.

Кто-то постучал с той стороны. Рот Эйдана медленно изогнулся в хитрой улыбке. Я поморщилась. Он попытался пройти мимо меня, но я встала между ним и окном. Моя кожа касалась его одежды.

— Кто стучится тебе в окно, Аврора? — спросил Эйдан, все еще улыбаясь.

Слова хлынули непрерывным потоком:

— Я тоже задавалась этим вопросом, когда впервые услышала. Я спрашивала: «Эй, кто там за окном?», и это очень пугало меня, но потом я узнала, что это просто ветер. Он, ну, колышет ветки, и они стучатся о мое окно. Звучит как стук, да, но это просто ветер и к этому можно привыкнуть.

— Аврора! — позвал Тристан, стуча громче.

Замечательно.

— Думаю, к говорящим деревьям тоже можно привыкнуть? — Эйдан ступил ближе, едва сдерживая смех.

— Ага, — я толкнула его руками в грудь, но он наклонился и раздвинул занавески. Пойманная в ловушку между Эйданом и окном, я не могла сделать ничего, кроме как закрыть глаза и съежиться.

— Тристан, друг мой, — поприветствовал Эйдан, прежде чем сказать «Упс» и освободить мне дорогу.

Эйдан открыл окно и выглянул. Я заглянула ему через плечо и подавила смешок. Тристан раскачивался на ветке вверх ногами.

— Часто тут висишь? — спросил Эйдан.

— Вытащи меня, дебил.

— Говори, что хочешь, — сказала я. — Но это не он висит на дереве.

Тристан озадаченно на меня посмотрел.

— Ты что, в полотенце?

Я оставила Эйдана спасать Тристана и побежала в шкаф, жалея, что не могу для пущего эффекта хлопнуть дверцей, потому что услышат мои родичи. Поэтому я обошлась лишь раздраженным ворчанием. Я надела безразмерную футболку, фланелевые шорты и несколько раз глубоко вздохнула, прежде чем вернуться в комнату, где Эйдан снова лежал на кровати, а Тристан сидел на полу, все еще немного покрасневший. Если войдут родители, я останусь под домашним арестом лет до тридцати. Им нужно быстро убираться отсюда, но они были слишком заняты, ругаясь.

— Лицемер, — пробормотал Эйдан, пиная Тристана своим тяжелым ботинком.

Тристан ударил его по ноге.

— Я пытаюсь сделать для нее как лучше.

— Говоришь всем оставаться в сторонке, а сам каждую ночь лазишь к ней в комнату?

— Я не лазаю к ней в комнату. Я пытаюсь держать ее подальше от нас.

Эйдан пожал плечами.

— Зачем?

Тристан выглядел несчастным.

— Мы уже потеряли друга однажды.

Эйдан всмотрелся в его лицо.

— Ты знаешь, кто она, — это было констатирование факта. — Ты сделал проверку. Ты знаешь, кто она, и лгал нам.

— Ты знаешь? — сказал Тристан, прислоняясь к стене.

Эйдан бросил одну из моих подушек в Тристана.

— Да, я знаю, — он указал на меня. — Наша старая подруга, Рори.

Тристан опустил голову назад и застонал.

— Ой, да ладно, — Эйдан усмехнулся. — Ты странно себя вел. Джейдан проверил. На это ушло меньше десяти минут.

— Так, хватит говорить обо мне так, словно меня тут нет. Зачем вы здесь? Это не важно. Убирайтесь. Сейчас же. Мы можем поговорить завтра.

Эйдан посмотрел на меня с подозрением.

— Почему ты не упоминала, что мы были друзьями?

— Аххх, — гениально ответила я. Надо работать на ФБР.

— Он сказал тебе этого не делать, да?

Я открыла рот, но Тристан оборвал меня:

— Только потому, что знал, что ты выкинешь что-нибудь. Давайте будем дружить, вытянем у нее информацию, посмотрим угроза ли она.

— Нам бы не пришлось через это проходить, если бы ты ничего не утаил.

— Ладно, я не должен был лгать, но…

— Ты же знаешь, как это бывает.

— Что бывает? — потребовала я, уже устав, что говорят обо мне и меня же игнорируют. — Почему я могу быть угрозой?

Они оба повернулись ко мне, почти удивившись, что я тоже в комнате.

Тристан прищурился.

— Что ты делала в полотенце? — он посмотрел на Эйдана. — Что ты задумал?

Эйдан закинул руки за голову и ухмыльнулся.

Тристан сердито на него посмотрел.

— Вы с Матиасом это придумали?

— Никто ничего не придумывал, — по крайней мере, я так думала. — И теперь, раз уж мы с вами такие друганы, что происходит между вами и Матиасом?

— Ничего, — сказали они хором.

Что ж, хоть в чем-то они были согласны друг с другом.

— Аврора! — крикнула мама.

— Черт, — я судорожно замахала руками. — Валите! — я потянула и, наконец, вытолкала их к окну.

Я услышала, как кто-то идет по лестнице, и поторопила этих идиотов. Посмотрев на меня так, что, мол, этот разговор не закончен, они вылезли в окно и на дерево. Я закрыла и заперла окно, не ожидая, что это как-то поможет, но пытаясь хоть как-то контролировать ситуацию и больше не принимать сегодня ночных гостей.

Я вышла в коридор, когда Луна возникла наверху лестницы.

— Наконец-то. Теперь разберись со своим психованным котом, чтобы он дал нам поесть.

Она потопала вниз.

Я нахмурилась, сердце колотилось о ребра. На кухне я споткнулась о Ван Хельсинга, который терся о мои лодыжки. Я взяла его на руки и понесла на газон, поджав пальцы, когда они коснулись мокрой травы. Он вырвался из моих рук и побежал по тротуару.

Потрясно. Ночная жизнь дикой природы подает домашних животных в качестве основного блюда на свой шведский стол. Глупый Хельсинг не обращал внимания на то, что я его зову. Я шлепала по холодному асфальту, влажный воздух обдувал мне ноги. На левой стороне улицы дома заканчивались у опушки леса. Хельсинг пустился по тропинке и исчез из вида.

— Ох, чтоб тебя.

Я побежала, но когда добралась до грязной дороги, Хельсинг уже несся к лесу. Я остановилась, вдыхая резкий запах влажных сосен и глядя на наполненный темнотой и опасностью лес. Впереди, прислонившись к дереву, стояла женщина.

— Можете поймать его?

Она вышла из тени. Красивая. В деловом костюме. Привеееет, Бойкая Пенелопа.

Она замахала руками, показывая мне остановиться. Я замедлилась.

Она крикнула:

— Возвращайся! — еще сильнее размахивая руками. — Что-то идет…

Я замерла, услышав животный крик. Я покрутила головой, но темные улицы были пусты. Женщина сделала шаг вперед, качая головой, ее волосы теперь были черными с ярко-оранжевой прядью, под цвет блузы под угольно-черным пиджаком. Вместо туфлей-лодочек на ней были высокие сапоги. И колготки в клеточку?

Я хотела спросить ее, что было не так, но ответ как раз вышел из-за угла.