Сокровище чаши - Александров Глеб Юрьевич - Страница 77

Наврунг спал, когда его разбудил голос Клуса.

- Мастер, пора.

Тихо, очень тихо отделился от крейсера маленький спасательный двухместный виман.

Потребовалось всё мастерство Наврунга, чтобы подвести виман почти вплотную к кораблю беглецов. Зависнув сверху над виманом Элиихи, Клус держал штурвал потными от волнения руками. Управлять виманом он учился очень давно. И с тех пор практики у него не было. Зато была ускоренность, и, даже если он допустит ошибку, скорее всего, успеет исправить её.

Разогнав сознание, Наврунг увидел, что мир замер, и даже огромная скорость виманов была для него совершенно неощутима. Неторопливо перешагнув на корабль беглецов, Наврунг спокойно добрался до нижней палубы, разбил окно и сквозь отверстие забрался вовнутрь. Усыпив ядом находившихся там мликов охранения, поднялся выше. Двухпалубный прогулочный виман был невелик, и вот уже комната Элиихи. Хозяин её сидел на мягком ковре, нервно перебирая пальцами замысловатые дорогие чётки. Взгляд его был направлен вперёд, но сам Элиихи явно не видел того, что перед ним, он не знал, что ему делать, и растерянность сквозила во всём его облике. Деревянная стрелка мягко вошла в шею, так что он даже не заметил. «Отвратительное зрелище», - подумал Наврунг и двинулся дальше.

Когда захваченный Наврунгом виман подошёл к зависшему крейсеру, солнце уже заставило посветлеть горизонт на востоке.

«Надо спешить, пока млики не сошли с ума», - подумал он. Весь обратный путь сон не отпускал Наврунга. Глубокий сон без сновидений – спасение.

Солнце уже поднялось над островами Торбея, и тёплый ветер стал быстро нагреваться. В южных экваториальных широтах летом жара начиналась уже с утра.

Лишённые своего царя, лишённые флота, лишённые приказов, млики как сиротливые дети стояли и смотрели вдаль, в небо и на море, ожидая чуда. И оно явилось в виде возвращающегося бело-голубого вимана Элиихи, так знакомого им, ведь этот катер – единственное судно островного государства. Увидев виман, они запрыгали от радости как дети и ринулись бежать вверх, к резиденции царя, стараясь успеть к посадке, чтобы встретить своего горячо любимого царя в момент его выхода из вимана.

Так и произошло. Когда виман пришвартовался к стоянке, почти все они сгрудились на небольшой лужайке перед резиденцией. И что же увидели они? Ничего. Быстрый, как горный ветер, Наврунг нейтрализовал их ещё до того, как они успели что-то понять. Клус едва успевал подносить новые мешки со стрелами из вимана к центру лужайки.

Так закончилось правление пьяницы и вора, лишённого каких-то нравственных устоев и полностью подвластного Ракшасу Ялонгу Бию царя свободных горцев, Элиихи Клаума Морта.

Наместником Наврунг по праву победителя назначил Клуса Мака, старшего офицера форта Удия.

История Тоя. Продолжение

После неприятной истории с исчезновением малыша и его возвращением, когда перепуганный маленький арий, в соплях и слезах, врезался в Анджа на улице, Тоя не выпускали за ворота. Андж готовился вывезти Тоя в безопасное место, где его бы никто не нашёл. Отец Анджа, Воарам Воя, был феодалом в гористой местности Южной Америки. Крепость находилась на высокой скале над долиной, называлась она Азен. Путь в неё лежал через Эраду, небольшой городок, столицу маленькой страны. Выхлопотав на службе отпуск, Андж уже на третий день после побега маленького ария был готов стартовать на стареньком вимане отца в сторону захода солнца.

В отчий дом.

Тоя искали. Смерть Ялонга Бия – это не рядовое событие. И люди Ракшаса, равно как и власти – все искали того, кто мог проникнуть в кабинет Ракшаса и полить кровью говорящего пса – а именно, маленького Тоя. Его искали все, а потому оставаться в Городе Золотых Врат было смертельно опасно.

Утром четвёртого дня, когда город ещё спал, а солнце только начало золотить облака, виман с Анджем и Тоем стартовал.

Той не мог оторваться от окна. Земля всё уменьшалась, а затем стала плавно сдвигаться назад – так высоко Той ещё не летал и с такой высоты Землю не видел. Их никто не преследовал, горизонт был чист во все концы, и путешествие не прерывалось ничем. Материк показался вдалеке расплывчатой зелёной полосой, когда солнце уже вошло в зенит. Ещё пару часов спустя маленький городок распахнул им свои дружеские объятия, и дом отца приветливо встретил странников. Обычно отец жил в городе, где текла вся окружающая жизнь. Крепость же Азен была родовым гнездом, местом отдыха и надёжной защитой от неприятелей, которых уже давно не было в жизни семьи Воарама Воя. Отец Анджа встретил их радостно, и уже к вечеру Той свободно ориентировался в доме, знал, где и какие помещения, какие входы и выходы, кто живёт и чем занимается. В жарком климате тенистый дом с толстыми стенами был островком рая, особенно после напряжения последних дней, когда непрестанное ожидание опасности быть разоблачёнными не отпускало обоих – Анджа и Тоя.

Девять дней они провели в гостеприимном доме отца Анджа. Девять незабываемых дней, наполненных отдыхом, приятным общением и вниманием добрых людей. Вкусная пища, бассейн и солнце - и тревоги стали уходить. Замок Ракшаса Бия очень быстро стал улетучиваться из памяти Тоя, как страшный сон, пугающий в момент просыпания, но забывающийся уже к завтраку. Солнце, много солнца, добрые открытые лица людей, тепло сердца сделали своё дело, и маленькое съёжившееся от страха сердечко стало оттаивать.

Той стал подходить к взрослым с вопросами. Он уже неплохо знал язык атлантов и свободно мог говорить на нём. Вопросы волновали его очень важные.

Что за птица сидит на дереве?

Что за кошки играют в пыли? А можно с ними?

Что за ягоды на кустах ограды? Можно их есть?

А можно не вылезать из бассейна?

А руками есть почему нельзя?

А почему все такие большие?

А где у них тут буйволы? И есть ли буйволиное молоко?

А почему дома все каменные и деревянных нет?

А почему не видно летающих кораблей?

Наступил момент, когда эти вопросы стали сыпаться как из рога изобилия и Андж был вынужден объяснить малышу Тою, что так много вопросов – это не хорошо. Почему? – последовал новый вопрос.

Родители Анджа были людьми добрыми и гордились своим сыном. Соседи любопытствовали изрядно, каждый день приходили в гости посмотреть на Анджа, на Тоя и послушать о жизни в столице. С каждым днём Той чувствовал себя всё больше в своей тарелке. Он садился гостям на колени и выспрашивал их о местной жизни. Рассказывал о своей деревне и приключениях, о похищении, о замке Ракшаса. О говорящей собаке и огромном глобусе, о страшных воинах и о самом Ракшасе, знаменитом Ялонге Бие, имя которого заставляло головы добрых простаков вжиматься в шеи. Это были очень, очень хорошие дни для изголодавшегося по нормальному человеческому теплу малыша. Андж же не находил себе места. Их искали, и разговорчивость Тоя, которого невозможно было заставить замолчать, могла выдать их. Но ничего с этим поделать было нельзя.

И вот утром девятого дня пребывания их в этом благословенном месте прилетел виман. Это был друг Анджа. Он спешил предупредить беглецов, что место их тепершенего пребывания стало известно родственникам Ялонга Бия и сюда уже летят на боевом вимане. У них нет времени и надо срочно бежать. Пользоваться виманом для побега смысле нет – боевой виман преследователей уничтожит их в воздухе, а на земле есть шанс добраться до замка в горах, принадлежащего отцу Анджа. Так и решили. Наспех собравшись и попрощавшись с родителями, Андж и Той быстрым шагом направились к окраине города. Солнце входило в зенит, когда они вошли в густую тень деревьев. Как раз в это время виман преследователей высадил на пыльную городскую площадь десяток атлантов в чёрных плащах. Погоня началась. Прилетевшие атланты были близко, очень близко. Но беглецы их не видели. Город Азен находился на склоне горы, покрытой густым ковром деревьев. Внизу были джунгли, местами обжитые для ферм, а местами совершенно дикие. Родовой замок Анджа находился в трёх днях пути к западу от города, и идти предстояло по склону горы, пробираясь сквозь нехоженые леса, полные опасностей для городских жителей.