Правила притяжения (ЛП) - Элькелес Симона - Страница 56

— Это значит, что я не хочу об этом говорить.

Я подхожу к ней и кладу ладонь ей на руку, останавливая ее.

— Мам, что происходит? Скажи мне. — Я с трудом сглатываю слюну. Я не буду сидеть и смотреть, как парень, которого я люблю, несчастен от того, что он тоже меня любит. Это того не стоит. Я отпущу его, если это сделает его счастливым. — Мне нужно знать.

Когда она смотрит на меня, ее глаза полны слез. Что-то точно не в порядке.

— Твой отец сказал, что позаботится обо всем. Я доверяла ему последние двадцать лет и не собираюсь останавливаться сейчас.

— Это что-то связанное с Карлосом? Что-то связанное с тем за что его избили? Он в опасности?

Мама кладет руку мне на щеку.

— Киара, солнце, иди в школу. Прости, что я немного не в себе сегодня утром. Скоро все закончится.

— Что закончится, мам? — спрашиваю я в панике. — Просто ссскажи мне.

Она делает шаг назад, по-видимому, взвешивая последствия раскрытия мне их секретов.

— Твой отец сказал, что все будет нормально. Он вчера очень долго разговаривал с Томом и Девидом, его армейскими друзьями, которые работают в Управлении по Борьбе с Наркотиками.

— Мне плохо, — говорю я.

— Все будет хорошо, Киара. А теперь готовься к школе, и ни единого слова никому об этом.

— Завтрак готов? — спрашивает мой брат, заходя на кухню.

Мама возвращается к тесту.

— Почти. У нас на завтрак блины.

Брендон одаривает ее своим знаменитым надутым выражением лица, от которого в нашем доме не может устоять никто. Интересно, это когда-нибудь у него пройдет. Но зная Брендона, он все еще будет использовать его, даже когда ему будет пятьдесят.

— Можешь добавить в них шоколадную крошку? Пожаааааалуйста.

Моя мама вздыхает, и целует его в щеку.

— Окей, но иди обуйся, чтобы не опоздать на автобус.

Пока она смазывает маслом сковороду, я захожу к папе в кабинет. Я знаю, что это плохо, и абсолютно неправильно, но я сажусь перед компьютером и проверяю историю, сначала в интернете, а потом каждую из открытых его папок. Если тут есть хоть немного информации, мне нужно знать. И поскольку никто мне ничего не говорит, у меня не остается выбора, кроме как самой найти ответы.

К несчастью для моего отца и к счастью для меня, он не удалил его историю. Я открываю все над чем он работал за последние двадцать четыре часа. Я смотрю на письмо, которое он написал своему боссу о введение нового учебного плана, начало теста для его урока, и таблицу с какими-то номерами.

Я изучаю таблицу. Это выписка… с деталями их банковского счета. Последняя трансакция датирована сегодняшним днем - минус пятьдесят тысяч долларов - оставляющая на счету моих родителей что-то около пяти тысяч долларов. В описании всего одно слово - НАЛИЧНЫЕ.

Мой папа снял с банковского счета сегодня пятьдесят тысяч долларов. Это как-то связано с тем, что Карлоса избили, не знаю откуда, но я просто уверена в этом.

— Киара, блины готовы! — кричит мама с кухни.

Она точно не скажет мне, зачем мой отец снял столько наличных. Я прикидываюсь наивной, и ем свои блины с беспечной улыбкой на губах.

Как только мы заканчиваем завтрак, мама торопит Брендона на улицу, чтобы не пропустить автобус. Я быстренько проскальзываю в кабинет отца к его компьютеру, у меня появляется еще одна идея: я открываю программу с картами, которой пользуется мой отец и просматриваю его последний поиск. Как я и думала, два последних адреса мне не знакомы.

Первый рядом с Эльдорадо Спрингс, а второй в Браш, городке в полутора часах езды от моего дома. Я знаю, что там много проблем с наркотиками. Что происходит?  Я быстро записываю адреса и пытаюсь выглядеть спокойно, когда мама возвращается в дом.

В школе, когда я открываю шкафчик, я нахожу внутри две розы - красную и желтую, лежащие поверх моих книг. Они связаны вместе четками из черного бисера. Там также лежит записка. Я не сомневаюсь, что они от Карлоса.

Я приседаю у шкафчика, и читаю записку, написанную на листе, вырванном из тетради.

— Неужели это Киара Уэстфорд? — говорит Тук, подходя ко мне. — Та, что не отвечает на мои звонки?

Я прижимаю цветы, четки и записку к своей груди.

— Привет. Извини, все сейчас просто кувырком.

Он хмурит брови.

— Что это у тебя?

— Подарок.

— От мексиканца?

Я смотрю вниз на изумительные цветы.

— У него неприятности, Тук. Мой отец с ним, и моя мама странно себя ведет, и мне нужно им как-то помочь. Я не могу просто оставаться в неведении, когда им всем гггрозит опасность. Я чувствую себя такой бббеспомощной. Я просто… не знаю, что ддделать.

Даже не замечая того, я перебираю бусины четок пальцами.

Тук затаскивает меня в пустой класс.

— Что за неприятности? Прекрати трястись, ты меня пугаешь.

— Я не мммогу ничего с этим поделать. Я думаю, что это что-то связанное с Карлосом и каким-то торговцем наркотиков. Я схожу с ума, потому что мой отец думает, что он Рэмбо и может все исправить. Полиция вроде тоже подключена.

У меня такое чувство, что он пытается прыгнуть выше головы, Тук. Я даже не знаю, кто это, этот торговец наркотиками, все что я знаю, так это то, что Карлос назвал его Дьяволом, по-испански - El Diablo.

— El Diablo? — Тук качает головой. — Это мне ни о чем не говорит. Знаешь, с кем тебе надо поговорить?

— С кем?

— С Рамом Гарсия. Его мама работает в  Управлении по Борьбе с Наркотиками. Она как-то приходила к нам на открытый урок, рассказывала о своей работе.

Я целую Тука в щеку.

— Тук, ты гений! — говорю я и убегаю в поисках Рама.

Полчаса спустя я сижу напротив Миссис Гарсия, мамы Рама. Она одета в темно-синий костюм с белоснежной рубашкой, и выглядит очень профессионально. Когда Рам дал мне ее номер, я позвонила ей из машины и рассказала все, что знаю. Я никогда раньше не пропускала школу, но это при том, что раньше я никогда так не волновалась о папе и Карлосе.

Миссис Гарсия только что закончила телефонный разговор с моей мамой.

— Она едет сюда, — говорит она мне. — Но вам придется остаться здесь на несколько часов. Я не могу позволить вам уйти из здания.

— Я не понимаю, — говорю я ей. — Почему?

— Потому что ты знаешь адрес в Браше. Это может поставить людей в опасное положение. — Миссис Гарсия вздыхает и кладет локти на, заваленный папками, стол. — Честно говоря, Киара, твой отец, Карлос и Алекс впутались во что-то, над чем мы работаем уже несколько месяцев.

— Пожалуйста, скажите, что им не грозит никакая опасность, — молю я, мое сердце начинает стучать все быстрее и быстрее.

— Мы сообщили нашим агентам, работающим в банде под прикрытием, что твоему отцу и братьям Фуэнтес нужна будет защита. Они настолько в безопасности, насколько они могут быть, учитывая то, что они сейчас в середине полицейского налета на банду, торгующую наркотиками. Я уверена, что твой отец будет осторожен.

— Откуда вы знаете?

— Он работал с нами раньше в нескольких операциях под прикрытием, — говорит она. — Он держит нынешнюю операцию в секрете от Карлоса и Алекса в их же интересах. Чем меньше они знают, тем лучше.

Что? Мой папа работал на Управление по Борьбе с Наркотиками? Когда? Он никогда раньше это не упоминал. Я всегда видела его как моего отца, а не как какого-то мужчину, работающего под прикрытием с полицейскими. Все, что я знала, так это то, что у него есть друзья среди военных, с которыми он иногда встречается.

Миссис Гарсия видит непонимание на моем лице, она встает из-за стола и садится передо мной на корточки.

— Твой отец был в очень серьезных боевых миссиях с нашими агентами. Его очень уважают, и он знает, что делает.

Она смотрит на часы.

— Все, что я могу тебе сказать, это то, что за ними наблюдают, и наши агенты хорошо натренированы для такого рода операций.

— Мне не важно, что они хорошо натренированы, — мои глаза наполняются слезами, и я думаю о тех вещах, которые хотела сказать Карлосу, но сдержалась, и все то время, когда я могла сказать папе, насколько я его ценю.