Выбрать книгу по жанру
Фантастика и фэнтези
- Боевая фантастика
- Героическая фантастика
- Городское фэнтези
- Готический роман
- Детективная фантастика
- Ироническая фантастика
- Ироническое фэнтези
- Историческое фэнтези
- Киберпанк
- Космическая фантастика
- Космоопера
- ЛитРПГ
- Мистика
- Научная фантастика
- Ненаучная фантастика
- Попаданцы
- Постапокалипсис
- Сказочная фантастика
- Социально-философская фантастика
- Стимпанк
- Технофэнтези
- Ужасы и мистика
- Фантастика: прочее
- Фэнтези
- Эпическая фантастика
- Юмористическая фантастика
- Юмористическое фэнтези
- Альтернативная история
Детективы и триллеры
- Боевики
- Дамский детективный роман
- Иронические детективы
- Исторические детективы
- Классические детективы
- Криминальные детективы
- Крутой детектив
- Маньяки
- Медицинский триллер
- Политические детективы
- Полицейские детективы
- Прочие Детективы
- Триллеры
- Шпионские детективы
Проза
- Афоризмы
- Военная проза
- Историческая проза
- Классическая проза
- Контркультура
- Магический реализм
- Новелла
- Повесть
- Проза прочее
- Рассказ
- Роман
- Русская классическая проза
- Семейный роман/Семейная сага
- Сентиментальная проза
- Советская классическая проза
- Современная проза
- Эпистолярная проза
- Эссе, очерк, этюд, набросок
- Феерия
Любовные романы
- Исторические любовные романы
- Короткие любовные романы
- Любовно-фантастические романы
- Остросюжетные любовные романы
- Порно
- Прочие любовные романы
- Слеш
- Современные любовные романы
- Эротика
- Фемслеш
Приключения
- Вестерны
- Исторические приключения
- Морские приключения
- Приключения про индейцев
- Природа и животные
- Прочие приключения
- Путешествия и география
Детские
- Детская образовательная литература
- Детская проза
- Детская фантастика
- Детские остросюжетные
- Детские приключения
- Детские стихи
- Детский фольклор
- Книга-игра
- Прочая детская литература
- Сказки
Поэзия и драматургия
- Басни
- Верлибры
- Визуальная поэзия
- В стихах
- Драматургия
- Лирика
- Палиндромы
- Песенная поэзия
- Поэзия
- Экспериментальная поэзия
- Эпическая поэзия
Старинная литература
- Античная литература
- Древневосточная литература
- Древнерусская литература
- Европейская старинная литература
- Мифы. Легенды. Эпос
- Прочая старинная литература
Научно-образовательная
- Альтернативная медицина
- Астрономия и космос
- Биология
- Биофизика
- Биохимия
- Ботаника
- Ветеринария
- Военная история
- Геология и география
- Государство и право
- Детская психология
- Зоология
- Иностранные языки
- История
- Культурология
- Литературоведение
- Математика
- Медицина
- Обществознание
- Органическая химия
- Педагогика
- Политика
- Прочая научная литература
- Психология
- Психотерапия и консультирование
- Религиоведение
- Рефераты
- Секс и семейная психология
- Технические науки
- Учебники
- Физика
- Физическая химия
- Философия
- Химия
- Шпаргалки
- Экология
- Юриспруденция
- Языкознание
- Аналитическая химия
Компьютеры и интернет
- Базы данных
- Интернет
- Компьютерное «железо»
- ОС и сети
- Программирование
- Программное обеспечение
- Прочая компьютерная литература
Справочная литература
Документальная литература
- Биографии и мемуары
- Военная документалистика
- Искусство и Дизайн
- Критика
- Научпоп
- Прочая документальная литература
- Публицистика
Религия и духовность
- Астрология
- Индуизм
- Православие
- Протестантизм
- Прочая религиозная литература
- Религия
- Самосовершенствование
- Христианство
- Эзотерика
- Язычество
- Хиромантия
Юмор
Дом и семья
- Домашние животные
- Здоровье и красота
- Кулинария
- Прочее домоводство
- Развлечения
- Сад и огород
- Сделай сам
- Спорт
- Хобби и ремесла
- Эротика и секс
Деловая литература
- Банковское дело
- Внешнеэкономическая деятельность
- Деловая литература
- Делопроизводство
- Корпоративная культура
- Личные финансы
- Малый бизнес
- Маркетинг, PR, реклама
- О бизнесе популярно
- Поиск работы, карьера
- Торговля
- Управление, подбор персонала
- Ценные бумаги, инвестиции
- Экономика
Жанр не определен
Техника
Прочее
Драматургия
Фольклор
Военное дело
Криївка - Вільчинський Олександр - Страница 20
Але дядько може донести мамі. Він, окрім того, що перший на вулиці скнара, то ще й пліткар, мама сама так каже, та й баба Христя його також не любить.
– Що, хлопці, воюєте? – нагадує про себе дядько. – Дивіться, мою солому не спаліть.
– А хіба вона ваша? – хмикає Володька.
– Но-но, Рудий, не дрочися… До вечора нехай тут полежить, а ввечері перенесу, буде корові на підстилку. – Дядько нарешті вилазить із-під шлеї рядна, обтрушується від соломи.
– Я бачив і на Бучині таку купу, – шепоче мені Володька, наче справжньому союзнику. – Цю не будемо, бо пойме, а ту, на Бучині, треба спалити. – Володька завжди надто радикальні ідеї штовхає, і це мені також не подобається.
Славко із Грициком тим часом засипають у Володьчин самопал сірку, притовкують її грубим стальним дротом, що служить шомполом, і ним же пропихають пижа з газети. Славко виймає з нагрудної кишені малюсіньку бекасячу шротину, а зверху затовкують ще одного пижа.
– Ну, будеш стріляти? – простягає він самопала Володьці.
Той здивований, але самопала бере.
– В горобця? – уже й посміхається.
– Чекай, нехай дядько піде. – Брат усе ж перехоплює мій схвильований погляд.
– Ну давай, копайте ямки.
– На яку ширину?
– Там, де старі стояли, там побачиш…
– А сокира? – зупиняється Славко.
– Забув, – аж присідає від розпачу Володька.
– Якого ж ти йшов… Добре, пішли тоді на Бучину постріляємо, – пропонує Славко. – Ворота тоді завтра.
Ми залишаємо дядька з його соломою, а вже спустившись у долину, бачимо, як він із намотаним на руку рядном дивиться за нами.
– Ще мені опришко, – оглядається Славко.
– Гнида, – цвиркає крізь зуби Володька. – Давай йому солому спалимо!
– Ти теж опришко… Щоб показати себе придурками?..
З долини на горбок, а за ним уже й Бучина. Деякі стовбури старих буків, вузлуваті, з вирізаними написами, а чи й просто рубцями-шрамами на м’якій корі. Найгрубіші з них можна обняти, лише взявшись за руки утрьох, а то й учотирьох.
– Ну то як, палимо солому? – не вгавав Рудий, але Славко вже й не відповідав.
– Тут десь було вирізано «Україна 1950», то, дід казав, бандерівці вирізали. Він як приїхав раз ліс рубати на Матівеччину, вони прогнали.
– Там, де криївки? – спитав я.
Більше для хлопців, ніж для себе, бо Славко мені вже раз восьмий про той напис розказує, але ми його так і не знайшли. Хоча, може, й хлопцям уже так само розказував, і вони також шукали, я не знаю.
– Ага, до речі, тут також, дивися, місце могло б бути для криївки… – каже Славко.
– До села заблизько.
– Але то може бути й добре. А як під хатами були криївки?..
– Звідси обстрілювати добре, дивися, – показав Грицик на садки й хати за деревами.
Ми були на самому початку лісу, й крізь дерева добре проглядався той куток нашої вулиці, що за горбком разом з насипом і «будою», що якраз їхала по ньому.
– Криївка не для того, щоб обстрілювати, а щоб затаїтися і чекати слушної нагоди, – Славко робить три кроки вбік, три назад, а потім уперед, до Бучини.
До глибокого рова, за яким уже починаються велетенські дерева, метрів тридцять, не більше.
– То хочете побачити, чи ні? – піднімає у витягнутій руці самопала Володька. – Сірників ще тільки на раз буде?
– То ми Грицика пошлемо…
– Та нє, не піду, давайте краще криївку копати, – нагадує Грицик.
– Криївку копати, кажеш? – перепитує Славко і роззирається довкола. – Тільки про це нікому…
– Яку криївку? – нарешті і до Володьки доходить. – А як же «ірокези» і ворота?
І справді, ми якось і забули про них, Юру Вербицького – Вербу і його команду, ми їх ще називали «ірокезами». Юра, його брат Валєрик, він же Валєльик, а ще малий Меша Ваврищук.
Славко перший почав їх так називати. Спочатку лише малого, коли тому «чижиком» під школою ледь ока не вибило. Тоді Славко порівняв його з Моше Даяном, ізраїльським генералом, що також ходив з перев’язаним оком, а брат тоді не пропускав жодних новин про війну у Єгипті… Але прижилося не Моша, а Меша.
Колись, ще у класі п’ятому-шостому, Верба, його Валєрик і Меша гралися в індіанців, чіпляли на себе пір’я, і від Позіхайла до соснини то була їхня територія. Але мама з татом у Юри з Валєльиком були вчителями, і мама у Меши також, і ми їх не дуже любили. Вони це відчували і намагалися триматися окремо.
А ще у Вербицьких був старший брат Микола, але він уже вчився у Львові, в університеті. У нас у школі в спортзалі з ним навіть зустріч була, він розповідав, як поступив, і про навчання своє. А ще сказав, що Львів – дуже гарне українське місто… Нам сподобалося, як він це сказав. Дивно так прозвучало, дуже піднесено.
Час від часу ми стикалися з нашими «ірокезами» у лісі, але не билися. Із Зозулевими билися, а з ними – ні. Ми з ними грали у футбол: чотири на чотири, і їхні ворота тепер на Позіхайлі також уже стояли, а наші старі ворота були трохи більші, ніж у «ірокезів», і ми їх ще минулого тижня вихитали.
Матч мав відбутися післязавтра, і ми ще мали день, щоб свої поставити, але Славко вирішив, щоб ми це зробили нині.
– Треба пристрілятися, – сказав тоді Славко.
Він і тепер про це каже, бере у мене городника й, перестрибнувши рів, гострим кінцем видряпує на сірій корі грубезного бука щось схоже на коло, а у ньому ще одне, менше. Перестрибує назад і відміряє від рова десять довгих кроків.
– Ну, давай! – киває до Володьки. – Плі!
Рудий витягує праву руку із самопалом, прицілюється. Він, звичайно, знає, що ці мідні трубки часом вибухають, у Синівцях недавно одному хлопцеві півноса відірвало, і тому відставляє самопала якомога далі. Але ж треба ще встигнути швидко черкнути сірника. Він черкає лівою, підносить до прорізу у трубці й знову миттєво відставляє руку із самопалом, навіть встигає прискалити око…
Спершу спалах, потім постріл.
– Ага, хлопок! – захоплено дивується навіть Славко.
Але свіжої вм’ятинки у корі бука ні в окресленій Славком мішені, ні поза нею ми, як не придивлялися, так і не знайшли.
– Бац – і мимо, – коментує Володька.
Через насип, який нам було видно між деревами, повільно котиться білий із червонястою смугою автобус.
– Уже кременецький, – проводить його поглядом Грицик. – Мені о пів на першу маму везти корову доїти під Гори.
– Добре, йди… Як завжди, йому щось везти! – кидає Славко без зла, коли малий уже пішов.
Коли ми вернулися на Позіхайло, дядька там уже не було, а у принесеній ним соломі можна було полежати й порадитися про майбутній матч з «ірокезами». Славко був упевнений, що ми їх переможемо.
– Ти будеш у захисті, – ще раз повторив він мені. – А ти, Володько, на воротах…
– А може, на ворота ти? – той пробує заперечити, але якось мляво, не так, як він часом уміє.
Володька також знає про оте Славкове потіння. Може, ми одночасно й подумали про це. Хоча мені також важко уявити Рудого у нападі, та й мені у захисті, звичайно, легше. Грицика також на ворота не поставиш – ні у напад, ні у захист, отож для малого залишається півзахист. Утім, коли гра йде чотири на чотири, до того ж на галявині, хоч і великій, але все ж лісовій, всі елементи футбольної тактики носять досить умовний характер.
У «ірокезів» у нападі, вочевидь, також буде сам Верба на воротах, можливо, Валєрик, а те, де буде Меша, великого значення не мало. Єдине, що могло мати значення, кого вони візьмуть четвертим? Що ж, поживемо – побачимо. Славко навіть припускав, що то може бути хтось із Зозулиних, а враховуючи, як вони більше грають по ногах, ніж по м’ячеві, для нас це було б дуже погано…
А ще у мене було відчуття, що Славко чогось недоговорює. Щось його начеб гнітило й бентежило, і додавало упертості водночас, він часом був начеб сам у собі, слухав і не чув, а думав про щось своє, потаємне… Володька впевнений, що все це через Олю.
Того ранку я записав у щоденнику: «Зранку гонив пасти корову на Попову Гору. Було похмуро і вітряно, віяв різкий, поривчастий вітер, і взагалі було дуже сумно. Але коли перевів свій погляд на нашу руду корову, що байдуже пощипувала траву, а потім і на село у долині і на довколишніх горбах, де живуть мої однокласники, де всі хлопці – Славко, Володька, малий Грицик та всі інші – і всі переживають цю негоду, чекають сонця, кращих днів, хандра одразу ж минула. А до обіду й випогодилося, і потім ми із хлопцями ще ходили до лісу… А ще сьогодні рівно рік, як я почав вести щоденника. Тепер це вже майже звичка, а спочатку, пригадую, якими незграбними були мої перші записи».
- Предыдущая
- 20/32
- Следующая
