Против Маркиона в пяти книгах - Тертуллиан Квинт Септимий Флорент - Страница 57

1. Точно так же после прославления <Христом> веры сотника оказывается невероятным, чтобы тот, которого не касалась вера Израиля, признал, что не нашел таковой веры и в Израиле.[1259] Но и впоследствии она не могла его касаться, будучи еще незрелой, чтобы быть признанной или <с чем–либо> сравниваемой, чтобы не сказать: еще никакой. «Но почему ему нельзя было воспользоваться примером чужой веры?» Потому что, если бы это было так, <Христос Маркиона> сказал бы, что таковой веры и в Израиле никогда не существовало. Однако, говоря, что таковую веру Он должен был найти в Израиле, ***[1260] и Который пришел для того, чтобы найти ее, т. е. что Он — Бог и Христос Израиля. 2. Он не порицал бы ее, если бы не был ее Испытателем и Ревнителем; противник же предпочел бы, чтобы та, для ослабления и разрушения, а не для одобрения которой он пришел, оказалась таковой, каковой оказалась. Он воскресил сына вдовы.[1261] Свидетельство не ново. Это совершали и пророки Творца, — насколько же более <подобало это совершать Его> Сыну? 3. До такой степени <было очевидно, что> до сего момента Христос не ввел никакого иного бога[1262], что там <, где произошло воскрешение, > все прославляли Творца, говоря: Великий пророк явился среди нас, и призрел Бог на народ Свой,[1263] Какой Бог? Конечно, Тот, Чей народ и от Кого пророки. А если они прославляли Творца — Христос же, и слыша, и зная <это>, не поправил их, даже обращающихся в молитве к Творцу при столь великом свидетельстве воскрешенного мертвого, — то, без сомнения, или имела место проповедь Им не иного Бога, чем Того, Которому Он позволял прославляться в Своих благодеяниях и чудесах, или возникает вопрос, почему он позволял им так дол го заблуждаться, придя для того, чтобы исцелить их заблуждение? 4. Но «соблазняется Иоанн,[1264] услышав о чудесах Христа как <принадлежащего> другому <богу>». Но я прежде объясню причину возникновения соблазна <Иоанна>, чтобы тем легче мне было изобличить соблазн еретика. Когда уже Сам Господь Сил, Слово и Дух Отца действовал на земле и проповедовал, было необходимо, чтобы та доля Святого Духа, которая по образу присутствовавшей в пророках меры подготавливала пути Господни,[1265] уже отошла от Иоанна, т. е. вернулась к Господу как ко всеобъемлющей своей основе. 5. Итак, Иоанн, ставший уже обыкновенным человеком и одним из толпы, соблазнился, но <соблазнился> как человек, а не как ожидавший иного Христа или узнавший его; у Иоанна не было ничего, что спровоцировало бы это ожидание, так как Христос не учил ничему <принципиально> новому и не совершал ничего <принципиально> нового. Никто не испытывает сомнений относительно кого–либо, о существовании которого не знает, не ожидает и не понимает его; Иоанн же пребывал в уверенности, что нет Бога, кроме Творца, хотя бы как иудей, <не говоря уже о том, что он>[1266] также и пророк. Ясно, что легче допустить, что некто будет сомневаться[1267] в том, о чьем существовании он знает, но не знает, тот ли это. Итак, в страхе перед неизвестностью Иоанн говорит: Это Ты, что приходишь, или ожидать нам другого?[1268] Спрашивая просто, пришел ли Тот Самый, Которого ожидал. 6. (Это Ты, что приходишь? Т. е. Которому предстоит прийти; или ожидать нам другого? Т. е. существует ли другой, которого мы ожидаем, если Ты не Тот, пришествия Которого мы ожидаем?][1269] Ибо он ожидал, как все полагали, из–за схожести свидетельств,'[1270] что пока мог быть послан и пророк, от которого отличен, т. е. более велик Тот, Чье пришествие ожидали, а именно — Сам Господь.[1271] И соблазн Иоанна заключался как раз в его сомнении: Тот ли пришел, Которого ожидали, Которого он должен был[1272] узнать из предсказанных деяний.[1273] <В противном случае, >[1274] разве Господь возвестил бы Иоанну, что Он должен быть узнан благодаря этим самым деяниям?[1275] 7. Поскольку хорошо известно, что таковы предсказания в отношении принадлежащего Творцу Христа — как мы показали для каждого предсказания в отдельности, — то достаточно нелепо, что он (Маркионов Христос) возвестил о необходимости признать не принадлежащего Творцу Христа на основании того, на основании чего он, скорее, побуждал признать Христа, принадлежащего Творцу. Гораздо нелепее, если и свидетельство об Иоанне предоставляет Христос не Иоанна, подтверждая, что тот — пророк, и даже больше[1276] — ангел, цитируя написанное о нем: Вот, Я посылаю ангела Моего перед лицем Твоим, который приготовит путь Твой[1277] — уместно напоминая <при обращении > к прежнему образу мыслей соблазнившегося <впоследствии> Иоанна о пророчестве, дабы, подтвердив, что Иоанн Предтеча уже пришел, устранить сомнение того вопрошания: Это Ты, что приходишь, или ожидать нам другого?[1278] Ибо, когда Предтеча выполнил свою задачу, когда путь Господа был приготовлен,[1279] стало необходимо узнать уже Самого Того, Кому служил Предтеча.

7. Он больше[1280] всех, рожденных женами, но не потому он подчинен меньшему в Царствии Божьем, что речь идет как бы о царстве одного бога, малый в котором (царстве) будет больше Иоанна, и о принадлежащем другому <богу> Иоанне, который больше всех, рожденных женами. Ибо говорит ли Он о ком–либо малом, или о Себе Самом вследствие смирения[1281]—ибо считался меньшим, чем Иоанн, поскольку все устремлялись в пустыню скорее к Иоанну, чем к Христу: Что смотреть ходили вы в пустыню?[1282] — разницы нет: Творцу[1283] соответствует, чтобы и Иоанн принадлежал Ему — больший из рожденных женами, и Христос или любой малый, который будет больше Иоанна в Царствии <Бога>[1284] — также Творца — и который (малый) и ныне больше столь великого пророка, ибо не соблазнился о Христе, что тогда умалило Иоанна. 9. Мы уже говорили об отпущении грехов. Сюда же будет относиться пример той грешницы, свидетельствующий, что она, осыпая поцелуями стопы Господа, орошая их слезами, вытирая волосами, умащая благовониями,[1285] прикасалась к истинности подлинного тела, а не к пустому призраку, и что раскаяние грешницы заслужило прощение в соответствии с Творцом, имеющим обыкновение предпочитать <милосердие>[1286] жертве.[1287] Впрочем, если к раскаянию ее побудила вера, то, оправданная проистекающим из веры раскаянием, она от Того услышала: Вера твоя спасла тебя,'[1288] — Кто возвестил через Аввакума: Праведный из веры своей будет жить[1289].