Сказки про настоящих принцесс - Коган Евгений - Страница 11

Глава Х

в которой Оля знакомится с очередным, четвертым по счету, гномом, но, к сожалению, все никак не может с ним поговорить

Оля сидела у окна и скучала. Это была такая благостная скука, когда все вокруг, кажется, движется очень медленно, никуда не надо торопиться, делать нечего, а вокруг разлит солнечный свет и счастье. Это была такая скука, из которой совершенно не хочется выходить, а, скорее, наоборот, в состоянии такой блаженной скуки хочется находиться как можно дольше, потому что именно в такие минуты кажется – все вокруг будет хорошо, всегда будет хорошо, и нет никаких забот и волнений, и всегда будет светить солнце, и птицы будут петь, а бабочки будут порхать с цветка на цветок, словно бы в танце под одним им слышимую музыку. Именно в таком состоянии Оля сидела у окна и скучала, когда в дверь раздался тихий, но настойчивый стук. Кто там, спросила Оля и нехотя повернулась к двери. Однако из-за двери сначала не донеслось ни одного звука, а потом снова раздался стук. Кто, ну кто там, снова спросила Оля и прислушалась. И снова из-за двери никто не ответил. Чего же вы молчите, сказала Оля, молчите и стучите. Она поднялась со стула и медленно пошла к двери, в которую опять тихонечко постучали. Я иду, иду, сказала Оля и, потянув за фигурную литую ручку, открыла дверь. На крыльце стоял гном.

Привет, сказала Оля и задумалась о том, как назвать гостя, потому что, как принцесса уже поняла, все гномы были на одно лицо. Ну, во всяком случае, ей так казалось. Поэтому она решила никак его не называть, а просто сказала – привет. Сказала и вопросительно посмотрела на гостя. Гость отрицательно покачал головой, а потом пожал плечами и кинул взгляд в комнату. Ой, простите, спохватилась Оля, чего же это мы на пороге-то стоим. Заходите, заходите, конечно, не стесняйтесь. Хотите чаю? Мы с вами знакомы? Оля произнесла последние вопросы так быстро, что гном растерялся. Он начал кивать, отвечая на вопрос по поводу чая, а потом сразу замотал головой на тему того, знаком и он с хозяйкой дома. В результате он так смешно замотал головой, что Оля не выдержала и рассмеялась. Гном расстроился и снова пожал плечами. Простите, сказала Оля, подавив улыбку на лице, я не хотела вас обидеть. Так мы с вами знакомы? Гном снова отрицательно замотал головой. А почему вы не хотите со мной разговаривать, снова спросила Оля. Гном снова замотал головой, на этот раз более активно. А, догадалась Оля, вы просто не можете говорить, да? Да, кивнул гном и удовлетворенно вздохнул. Потом подошел к столу, взгромоздился на табуретку и призывно посмотрел на Олю. Да, сказала Оля, сейчас мы будем пить чай. Было бы здорово, конечно, узнать, как вас зовут, ну да ладно. Гном улыбнулся. А вы давно молчите, спросила Оля. Гном кивнул. Очень давно? Гном снова кивнул. Неужели с самого детства, всплеснула руками Оля. Гном снова кивнул. Может, с рождения, догадалась Оля и вопросительно посмотрела на гнома. Гном опять кивнул и отхлебнул чай из большой чашки. Понятно, вздохнула Оля. Гном улыбнулся в ответ, видимо, имя в виду, что ничего страшного – подумаешь, говорить не может, зато он очень внимательно слушает и слышит то, чего другим гномам услышать никак не удается. Оля, конечно, не поняла всего того, о чем подумал гном, но, видя его довольную улыбку, догадалась, что никаких особых неудобств гном по этому поводу не испытывает. И, тоже улыбнувшись, принялась за свой чай, придвинув поближе к гному плошку с вареньем и протянув ему большую ложку, которую гном с удовольствием сжал в своем кулачке.

Так они сидели и пили чай, и их дружеское молчание иногда прерывалось вопросами Оли, на которые гном чаще всего отвечал кивком головы, потому что Оля старалась быть внимательной к гости и задавала ему те вопросы, на которые ожидала получить положительный ответ. Гному это нравилось – ему казалось, что между ним и принцессой достигнуто взаимопонимание – то взаимопонимание, которое не часто встречается между двумя совсем незнакомыми друг с другом людьми, встретившимися то ли случайно, а, может, и совсем неслучайно. В жизни гномов вообще редко что-то происходит случайно, и Маар, а именно так звали молчаливого с рождения гнома, знал это наверняка. Знал и верил. Поэтому он с удовольствием пил чай, ел большой ложкой варенье и украдкой посматривал на Олю, стараясь делать это так, чтобы она не заметила его взглядов. Но Оля, как и всякая женщина, конечно, подмечала про себя эти взгляды и даже улыбалась в душе, но старалась не показывать, что все видит. Потому что, думала принцесса, если гном старался скрыть эти взгляды, – значит, на то были свои причины. И еще, думала принцесса, ей не подобает показывать, что она видит обожание во взглядах тех, с кем общается, все-таки она – принцесса, а им, принцессам, свойственна всеобщая любовь. Но ей все равно было очень приятно.

Так они сидели почти до вечера. Оле нравился ее молчаливый собеседник, да и гному, кажется, совершенно не хотелось уходить. Но вот солнце за окном начало садиться, и гном, выглянув на улицу, посмотрел на Олю виноватым взглядом. Вам уже пора, спросила Оля. Гном кивнул и развел руками, показывая, что ему очень не хочется покидать этот гостеприимный дома, но, мол, пора и честь знать, к тому же, – дела не ждут. Мне было очень приятно с вами познакомиться, сказала Оля и улыбнулась. Надеюсь, что мы с вами еще не раз увидимся и поболтаем… Ой, запнулась Оля, извините, я имела в виду… Что же я имела в виду, задумалась Оля, но вспомнила, что гномы, кажется, все-таки умеют читать мысли людей, хотя бы иногда. Она посмотрела на гнома – он стоял у двери и улыбался. И его улыбка показалась Оле чуть грустной. Хотя, успокоила себя Оля, наверное, это мне только показалось. Спасибо, что зашли, обязательно приходите еще. Гном кивнул и чуть заметно поклонился. Передавайте привет Лябуху, Пого и Горину, сказала Оля. Гном опять кивнул. До свидания, сказала Оля. Гном снова кивнул и тихонько закрыл за собой дверь. Оля услышала, как он спускается по ступенькам крыльца, а потом, вернувшись к столу, быстро убрала посуду и накрыла плошку с вареньем блюдечком. Хороший такой, подумала Оля, вспоминая незваного гостя, и снова улыбнулась.

Когда Оля выглянула в окно, ей показалось, что из-за дальнего дерева выглядывал гном, который недавно вышел из ее дома. Он, правда, сразу исчез за деревом, но Оле все-таки показалось, что она его видела. И видела, как он с грустным выражением лица смотрел на ее домик, окруженный цветами. Впрочем, вполне возможно, ей это просто показалось.

Глава XI

в которой король Игнат XI, отец принцессы Ольги, решает провести на центральной площади цирковое представление для всех, а сама принцесса начинает задумываться о том, с какой это стати она торчит в глуши

Король Игнат XI сидел в глубоком удобном кресле и читал письмо, еще вчера вечером пришедшее от дочери, принцессы Ольги. Он читал его уже в третий раз – первый раз король прочел его, как только почтальон принес вечернюю корреспонденцию. Второй раз король прочел письмо перед самым сном, ока его жена наводила ночной марафет. Наконец, сегодня утром он проснулся и, после завтрака, погрузился мягкое глубокое кресло, чтобы еще раз прочесть его. Король почти утонул в этом кресле, сделанном по специальному заказу несколько лет назад заезжим мастером. Королю очень нравилось это кресло, но он не часто баловал себя, позволяя развалиться в нем, пока его никто не видит. Игнат XI был настоящим королем, и, хотя страна его была, прямо скажем, небольшой, он все равно с самой юности обязался вести себя подобающе. И уж точно не разваливаться в кресле на глазах у прислуги. Но сегодня, в заслуженный выходной, он решил позволить себе расслабиться. И, удобно разместив свое тело в этом самом кресле, принялся медленно и вдумчиво читать письмо от дочери, которую очень давно не видел.

Читая и перечитывая аккуратные строчки, написанные почти детским почерком юной девушки, король в очередной раз понял, что очень соскучился по дочери. Он не мог поговорить об этом ни с кем. Порой, бывало, его так и подмывало обсудить свои чувства с женой, но он боялся, что королева не поймет его отцовских тревог – она ведь была не родной матерью принцессы Ольги. В глубине души король понимал, что королева, конечно, все поймет, а он, наоборот, ошибается по ее поводу, но все равно что-то его останавливало. Последнее время он часто вспоминал сказки, которые слышал в детстве – про никчемного, безынициативного короля, его несчастную забитую дочь и злую сумасбродную мачеху-королеву, творящую беззаконие во дворце и во всем государстве. Хотя его собственная жена, конечно, была не такой.