Дозор. Трилогия - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 169

169

– Антон, ну ты хоть что-нибудь скажи! – не выдержала Светлана и посмотрела на него. – Тебя что, все это не касается?

– Очень надеюсь, что касается напрямую, – ответил Антон. – И думаю, что мы должны выйти сейчас к Гесеру. Ему там тоже несладко – сидеть и ждать.

– Он уже все знает... загодя... – Светлана отвернулась.

– Нет. Не знает. Если мы и впрямь не пешки, то не знает.

Слабо звякнули струны гитары. Игорь, облокотившись о стену, взял в руки инструмент. Он запел так тихо, что замолчать пришлось и Светлане, и Антону.

Бесы просят служить, Но я не служу никому. Даже себе, даже тебе, Даже тому, чья власть Если он еще жив – То я не служу и ему. Я украл ровно столько огня, Чтобы больше его не красть...

Игорь отложил гитару, бережно опустил на кресло. Так оставляют инструмент, когда уверены, что скоро вернутся.

– Пойдемте, что ли?

Эдгар вошел в зал заседаний Трибунала первым из Темных. Как положено. Одновременно с Антоном, вошедшим через противоположную дверь. Они вежливо склонили головы, приветствуя друг друга. Особой обиды на Светлого Эдгар не чувствовал и рассчитывал на некую ответную взаимность чувств.

Да, по сравнению с маленькой запущенной комнаткой в МГУ этот зал производил впечатление! Европа, что ни говори!

Каменные своды – тяжелые, давящие и одновременно дающие ощущение защищенности, спокойствия. Простая металлическая люстра – но с парой сотен свечей, и Эдгар готов был поклясться, что свечи горят не первую сотню лет. Бернское отделение Инквизиции, говорят, размещалось в ультрасовременном здании, Пражское, наоборот, в древнем.

Второе Эдгару нравилось больше.

Круглый зал был поделен на две части: одна облицована светлым мрамором, другая – темным. В этой наглядной простоте, демонстрирующей две Силы, было что-то одновременно и наивное, и возвышенное. Маленькие конторки, место обвинителей, стояли в центре, вокруг круглой решетки, закрывающей темную дыру в полу.

Треугольный клинышек серого мрамора рассекал зал почти до половины. Это было место Инквизиторов, и те, конечно же, уже были на месте. Семеро. В общем-то Инквизиция не считалась силой, равной Дозорам, но среди этих семерых, как знал Эдгар, скрывалось двое Великих – Темный и Светлый. Пожалуй, при желании Европейское бюро могло бы схватиться с Гесером и Завулоном на равных.

Это радовало.

Вслед за Антоном вошли еще трое Светлых Москвы. Гессер... ну да, конечно же, куда им без Гесера! Светлана... тоже понятно. И этот, узбек, секретарь или порученец Гесера.

А из-за спины Эдгара уже шли по коридору Темные. Завулон... Эдгар почувствовал приближение шефа, невольно обернулся – и поймал дружелюбный кивок главы московских Темных. Ну-ну, улыбайся, иуда... да ты похуже Иуды будешь, тот хоть учителя предал, а ты – ученика!

Но тут вслед за Завулоном вошли еще двое. И если Анну Лемешеву Эдгар был готов увидеть, то вот Юрия, насмешливо подмигнувшего ему Юрия, так вовремя предупредившего его о происках Завулона Юрия, – никак!

– Эдгар заставил себя отвернуться от коллег и смотреть лишь вперед.

Игоря ввели последним. Два Инквизитора, из рядовых, шли рядом с ним, молча сопровождая к решетчатому кругу трехметрового диаметра в центре зала.

Никакой особой магии в этом круге не было или Эдгар ее не чувствовал. Да и механизм, позволявший когда-то мгновенно перевернуть решетку и обрушить обвиняемого в глубокий подвальный колодец, производил впечатление давным-давно заржавевшего и не использующегося. Но стоять на круге, похоже, было бы неуютно.

Впрочем, Игорь на это внимания не обращал. Встал в центре круга, скрестив руки на груди.

– Именем Договора...

Из группы Инквизиторов вышел единственный, не носивший серого плаща. Витезслав, Высший Вампир.

– Мы – Иные. Мы служим разным силам... Эдгар механически повторял слова Договора, пытаясь сообразить, с чего Витезслав начнет. И как ему теперь выпутываться...

– Сегодня Европейский трибунал Инквизиции должен разбирать иск Ночного Дозора города Москвы, Россия, к Дневному Дозору города Москвы, Россия, – сообщил вампир, когда Договор был прочитан. – Встречный иск Дневного Дозора Москвы к Ночному Дозору Москвы входит в данное разбирательство. Предметом его является дуэль Свеглого мага Игоря Теплова и Темной ведьмы Алисы Донниковой...

Пока все шло без сюрпризов... Эдгар почувствовал, что вцепился в темное, прохладное дерево конторки, усилием воли заставил себя успокоиться В конце концов он опытный юрист. И чем судебное разбирательство людей отличается от суда Иных?

Разве что формой приговора...

– Однако порядок разбирательства будет несколько изменен, – сказал Витезслав. – Трибунал вынужден решить еще два вопроса, связанных с основным иском. Первый относится к секте Темных, называющих себя Братья Регина, виновных в нападении на схрон Инквизиции, похищении артефакта Коготь Фафнира, контрабандном ввозе его в Россию и оказании сопротивления Московскому Ночному Дозору. Введите обвиняемых.

Еще два молодых Инквизитора ввели четырех финнов. Легкие улыбки появились на лицах всех Иных – все-таки более карикатурной четверки представить было невозможно.

– Вероятно, нет необходимости повторять обстоятельства прискорбного инцидента, – сказал вампир. – Все присутствующие ознакомлены с собранными Инквизицией материалами по данному делу. Дело Инквизиции – вынести приговор. Справедливый, беспристрастный и суровый.

По лицам четверки было понятно, что на снисхождение они и не надеются.

– Преступление такой тяжести, как нападение на сотрудников Инквизиции и похищение из схрона опаснейшего артефакта, карается безусловным развоплощением, – произнес вампир. Сделал паузу и добавил, заставив финнов вскинуть головы: – Но... Но обвиняемые не принимали непосредственного участия в Бернском инциденте. Как следует из материалов дела, руководство секты, к сожалению, погибшее при задержании, принудило четырех молодых магов выступить в роли курьеров. Поэтому Инквизиция классифицирует их действия лишь как контрабанду и оказание сопротивления Ночному Дозору Москвы. Смягчающими обстоятельствами также являются: глубокое и искреннее раскаяние, помощь следствию после задержания, молодость обвиняемых, отсутствие правонарушений в прошлом. Если Ночной Дозор Москвы может привести еще какие-либо смягчающие обстоятельства и снимет личные обвинения против Темных магов – Инквизиция вправе смягчить приговор.

На стороне Светлых поднялся Гесер. Развел руками:

– Ночной Дозор Москвы не имеет... личных претензий к обвиняемым. К тому же мы считаем, что руководство секты Братья Регина было спровоцировано на преступление неким... неким неизвестным Темным магом.

– Это не доказано, – сказал Витезслав.

– Не установлена лишь личность провокатора, – улыбнулся Гесер. – Факт его существования сомнению не подлежит.

Витезслав кивнул. Обернулся на шестерку своих товарищей. Несколько мгновении шел беззвучный обмен мыслями между Инквизиторами. Потом Витезслав повернулся к четырем застывшим финнам.

– Именем Договора. Учитывая снисхождение Ночного Дозора, отсутствие тяжких последствий и прочие смягчающие обстоятельства, Инквизиция предоставляет вам право выбора наказания. Вариант первый – вы приговариваетесь к смерти через повешение без ущемления в гражданских правах...

Здоровенный негр тяжело вздохнул, китаец и финн схватили его под локти, поддерживая.

– Второй вариант наказания – отныне и до конца ваших дней вам запрещается пользоваться магией. Вы вправе прожить обычную человеческую жизнь, не продлевая ее магическими способами и не улучшая качество данной жизни.

Финны остолбенело смотрели на Инквизитора. Завулон тоненько хихикнул, но тут же принял серьезный вид.