Июнь 41-го. Окончательный диагноз - Солонин Марк Семенович - Страница 71

По приказу командующего 5-й Армией генерал-майора Потапова, отданному в начале четвертого часа утра 22 июня, командиры соединений вскрыли «красные пакеты» и приступили к выполнению задач по плану прикрытия. В частности, Боевой приказ № 1 для 22-го мехкорпуса [92] предписывал выход в район южных и юго-западных пригородов Ковеля к 8 утра М-3, а для 41-й танковой дивизии этого корпуса — к 17–00 М-1. [269] В результате утром 22 июня 41-я танковая дивизия — главный из реально находившихся в критической точке резервов командования 5-й Армии — ушла на север по дороге Владимир-Волынский — Ковель, буквально «распахивая дверь» перед наступающими по луцкому шоссе немцами. Две другие дивизии 22-го мехкорпуса (19-я тд и 215-я мд) двинулись из района Ровно опять же к Ковелю.

Доклад «О боевых действиях 19-й танковой дивизии за период 22.6–22.7 41» позволяет проследить маршрут, по которому дивизия выдвигалась к Ковелю. [237] Это отнюдь не автострада Ровно, Луцк, Ковель. Многокилометровая колонна танковой дивизии ползла по лесу, примерно в 10–20 км севернее шоссе, но т. к. в лесу прямых тропинок не бывает, то маршрут движения представляет собой сложную, извивистую кривую. В результате и без того неблизкий путь значительно увеличил свою протяженность, и к северо-восточным пригородам Ковеля дивизия подошла лишь поздним вечером 23 (двадцать третьего) июня.

То, что танковая дивизия, оснащенная малосильными Т-26, смогла пройти за двое суток порядка 200 км по дремучему лесу, может считаться беспримерным достижением (немецкие танкисты в такие места и «носа не казали»). Ничего, кроме вреда (потеря времени, повышенный расход бензина, переутомление водительского состава), такое «достижение» не дало, а дивизия в результате оказалась в 50 км от поля предстоящего боя. Почему для марша не воспользовались шоссейной дорогой? Никакого ответа, никакого обсуждения этого вопроса в докладе нет. Но можно предположить, что разгадка весьма проста: выдвижение происходило по предвоенному плану прикрытия (это и вовсе не «догадка», а факт), план этот, будучи составной частью общего оперативного плана войны, предусматривал как можно более скрытное выдвижение войск Красной Армии к границе; вот поэтому огромную грохочущую стальную колонну и убрали «с глаз долой» в глухой лес.

Задачи, предусмотренные довоенным планом прикрытия, добросовестно (упорно, бездумно, тупо — читатель может выбрать свой вариант) выполнялись весь день, ибо, как пишет Владимирский, «в течение 22 июня командующий Армией и штаб еще не располагали данными об обстановке, которые требовали бы изменения группировки сил и внесения корректив в задачи войскам, определенные планом прикрытия». С тем же стоическим спокойствием Владимирский констатирует: «Мосты [через Буг] находились под охраной войск НКВД, которые не подготовили их к взрыву, и поэтому они достались противнику в полной исправности». [43] В результате первые часы войны на луцком направлении прошли вполне стандартно. В Журнале боевых действий 3 ТК вермахта читаем:

«3.45. 44-я пехотная дивизия. Мост через р. Буг у Гродек (ж/д мост юго-западнее Устилуг. — М.С. ) взят…

4.00. 298-я пехотная дивизия на дороге Забуже, Выдраница (севернее Устилуг. — М.С. ). Никакого артиллерийского огня противника…

4.35. 44-я пехотная дивизия достигла западной окраины леса южнее Березина (н.п. в 3 км от Буга. — М.С. ) . Никакого сопротивления противника у переднего края обороны…

5.00. 298 пд в 3.50 начала строительство моста через Буг у Лушков (н.п. в 4 км северо-западнее Устилуг. — М.С. ) . Начата переправа легкой артиллерии… 44 пд начала строительство военного моста. Два понтонных моста готовы…

5.50. Донесение в штаб 1-й Танковой Группы. Русские застигнуты врасплох. На передовой только дозоры (часовые)…

6.40. 298 пд дивизия ротой Шульце взяла мосты у Пятыдни (н.п. у пересечения автострады рекой Луг, примерно на полпути между Устилуг и Владимир-Волынский; рота Шульце будет и далее неоднократно упомянута как передовой отряд дивизии. — М.С. )… Командующий 1-й Танковой группы разрешил введение в бой танковых дивизий.

8 — 00. Донесение о ситуации в штаб 1-й ТГр: две трети артиллерии 44 пд на восточной стороне Буга…

10–15. Мост у Городло (7 км северо-западнее Устилуг. — М.С. ) готов. Две трети дивизионной артиллерии 298 пд на восточном берегу…» [238]

К моменту начала войны 87-я стрелковая дивизия оставалась в лагерях у Владимир-Волынского, у границы находилось лишь по одному батальону от каждого из трех полков дивизии, направленные туда для участия в авральном строительстве ДОТов, да редкая цепочка погранзастав. К 10 часам утра (по «советскому времени») к полю боя начали подходить основные силы 87-й сд. С этого момента и до вечера 23 июня в полосе между реками Буг и Луг полыхало ожесточенное сражение, в отдельные моменты которого немцы на некоторых участках были отброшены к границе.

Командующий 5-й Армией приказал командиру 41-й танковой дивизии оставить в районе Владимир-Волынского и передать в оперативное подчинение 87-й стрелковой дивизии один танковый полк; приказ был выполнен ровно наполовину и в помощь пехоте оставили два танковых батальона [93]. [239] Как бы то ни было, контратаки советских войск с участием танков отмечены, и в ЖБД 3 ТК вермахта, правда, судя по контексту, речь идет о мелких группах танков, а вовсе не о двух батальонах (порядка 100 танков). Вечером появилась и советская авиация — запись в ЖБД 3 ТК от 21.00 фиксирует «два воздушных налета противника на Устилуг». Это был первый, единственный и при том весьма успешный эпизод боевых действий бомбардировочной авиации ВВС ЮЗФ первого дня войны: 34 бомбардировщика СБ двумя волнами с высоты 1–2 км сбросили «на скопление танков и пехоты противника» 226 бомб ФАБ-100, безвозвратных потерь самолетов не было. [240]

В целом бой у границы развивался для немцев гораздо менее успешно, чем у правого соседа, в полосе 48-го танкового корпуса. На второй день войны, в 12.45 23 июня, на командный пункт 3-го Танкового корпуса прибыл сам командующий ГА «Юг» фельдмаршал Рундштедт; в результате обсуждения сошлись на том, что «противник перед 3 ТК сильнее, чем у соседей, так как русские стараются защитить Владимир-Волынский и важную дорогу с запада на восток». [238] Противник не был сильнее (многочисленнее), противник оказался упорнее, но и это упорство не смогло кардинально изменить ситуацию. Сил 87-й сд хватило лишь на то, чтобы два дня удерживать центральный участок полосы обороны у шоссе Устилуг, Владимир-Волынский. Южнее ничего и никого, кроме гарнизонов ДОТов укрепрайона, не было.

К полудню 23 июня 44-я пехотная дивизия вермахта прорвалась через линию ДОТов и начала охват 87-й сд с юга. Появление немецких мотоциклистов на фланге и в тылу дивизии привело к обычным для Красной Армии последствиям — части беспорядочно отошли к реке Луг и за нее, при этом гаубичный артполк дивизии оказался за р. Турья в 17 км севернее Владимира-Волынского, а 16-й стрелковый полк откатился аж до Озютычи (н.п. на правом берегу Турьи в 25 км восточнее Владимира-Волынского).

К утру 24 июня основные силы 87-й сд были окружены в районе Селец (н.п. у реки Луг в 8 км южнее Владимир-Волынский). Сохранившие боеспособность подразделения продолжали сопротивление весь день 24 июня и на рассвете 25 июня, прорвав кольцо окружения, ушли в глухой лесной район в междуречье Турьи и Стохода. В этом бою погиб командир дивизии, генерал-майор Ф. Алябушев. Оперсводка штаба ЮЗФ № 14 от 30 июня сообщает: «Личный состав 87-й сд в количестве 200 человек под командой [начальника штаба дивизии] полковника Бланка прорвался из окружения и присоединился к 15 СК». [241] 200 человек из примерно 6–7 тыс. человек, оказавшихся в окружении [94].