Райский пепел (СИ) - Архипова Анна Александровна - Страница 60

Гости в зале, услышав выстрел совсем рядом с собою, закричали. Кто-то заметался из стороны в сторону, пытаясь найти убежище – кто-то застыл, как каменное изваяние. Охрана бросилась к месту происшествия, но прийти на помощь сразу им не удалось, потому что стрелять через толпу высокопоставленных лиц они не решились.

Сперва Наталия не почувствовала боли, когда пуля жадно вгрызлась в ее тело чуть выше груди, а только лишь острое жжение. Девушка покачнулась на каблуках и, начав заваливаться назад, попыталась опереться на стол и найти в нем опору. Ноздри защекотал запах порохового дыма. Она вперилась в лицо японки, читая в нем свой смертный приговор. Та, взбешенная тем, что пуля не нанесла жертве смертельной раны, принялась неистово дергать курок, стремясь опустошить обойму.

Наталия упала на пол. Но не потому, что ее подкосили выстрелы, нет. Девушка упала, когда на нее навалилось тяжелое тело Коеси Мэриэмона – так неожиданно возникшее между нею и Джинхаро Хисой – и ставшее преградой для смертельных снарядов. Она даже не поняла, как все произошло… Как Коеси Мэриэмон, до этого находившийся в пьяной прострации, вдруг пришел в себя и, вскочив, закрыл собою невесту своего сына. Наталия лишь чувствовала, как вздрагивало его тело, когда одна за другой пуля впивалось в него. Она чувствовала, как он, обмякая и увлекая за собою на пол, продолжает сжимать ее в объятиях.

Одновременно несколько охранников открыли огонь по Хисе. Две пули разорвали ей грудь, а следующая пробила черепную коробку, разбрызгав ее содержимое вокруг. Женщина, из которой вместе с кровью и мозгом, выплеснулась жизнь, рухнула на пол.

Господин! Госпожа!

Коеси Мэриэмона приподняли, высвобождая от его тяжести, Наталию. Старик был в сознании и кашлял кровью – его рот искажала гримаса, но не боли, а, скорее, какой-то животной силы – ярости, возобладавшей над немощью бренного тела.

Врача сюда! – кричал кто-то басом. - Скорее вызывайте бригаду медиков!

Наталия сидела на полу, подле отца Акутагавы. Прижимая ладонь к своей ране - а из под пальцев вытекала горячая кровь и бежала вниз, смачивая вечернее платье, в которое она была облачена. Широко распахнутыми глазами она смотрела на раненого старика и была не в силах понять, зачем…

Зачем он спас ее? Ведь Коеси Мэриэмон ненавидел невесту своего сына! Он был против их планов на брак – о чем не забывал напомнить при любом удобном случае…

Заметив, что Мэриэмон пытается что-то произнести, она нагнулась к нему, стараясь услышать:

Акутагава… - шептал тот. – Акутагава…

Кто-нибудь… – проговорила Наталия хрипло, но ее голос потонул в общем гаме. Тогда она повысила тон до требовательного крика: - Кто-нибудь сообщите Акутагаве Коеси о случившемся!

Кто-то из охранников послушно схватился за рацию, исполняя приказ княжны Харитоновой. Эта весть достигла Акутагавы как раз в тот момент, когда в сопровождении телохранителей, поднялся на этаж, где находились его покои.

Там в его отсутствие должно было дежурить около десятка опытных охранников – но даже им было бы трудно держать под контролем все выходы и входы, учитывая, что все замки на них были электронными. В радиоэфире же висела тишина – на все запросы охрана никак не реагировала. Молчал и Сугавара – вот уже несколько минут.

И от этого тревога Акутагавы только усиливалась. Он стремился шагать впереди, но Такесима – сквозь зубы ругаясь, что тот не защищен бронежилетом – то и дело оттеснял назад, закрывая собой. Он тоже чуял подвох – поэтому-то и вызвал подкрепление, но ему еще нужно было добраться сюда. Перед тем как перейти с лестничных пролетов на этаж, телохранитель заставил хозяина остановиться у дверей:

Дождемся подкрепления здесь и тогда войдем.

Я не буду ждать, - категорично ответил Акутагава, проверяя затвор на пистолете. – Войдем так.

Он толкнул дверь и шагнул в коридор. Такесиме пришлось выскочить следом и, обогнав его, пойти вперед. Двое охранников шли бок обок с Акутагавой. Коридор едва-едва освещался небольшими лампами, далеко отстоящими друг от друга, и погружали углы и повороты в предательский сумрак.

Пшикнула рация, призывая обратить на себя внимание. Охранник нажал на кнопку, откликаясь на призыв. Побледнев, он остановился, и, заикаясь, проговорил, обращаясь к Акутагаве:

Господина Коеси только что серьезно ранили. В него стреляли…

Тот остолбенел на мгновение. И это мгновение стало роковым.

Берегитесь! – раздался надрывный крик.

Это был голос Юки, тут же захлебнувшийся от того, что ему зажали рот. Коннор Ваалгор, внезапно появившийся из-за угла, открыл огонь.

Стрелял он метко – но в свою цель он не попал. Такесима, стоявший впереди хозяина, принял порцию метких выстрелов на себя – и, изрешеченный свинцовыми убийцами, упал. Акутагава почти мгновенно отреагировал ответным огнем, но враг успел скрыться за поворотом. Все произошло так быстро, что охранники – не обладавшие подходящей сноровкой – даже не успели вскинуть оружие.

Будешь стрелять, Коеси? Вдруг попадешь в Юки? – расхохотался Коннор из-за угла.

19

Юки не стал валяться в постели, после того как Акутагава ушел. Приняв душ, он устроился на диване, включив телевизор и отрешенно уставившись в экран. На душе было не слишком ясно – но это и не удивительно! Все, что произошло… не могло не оставить своего отпечатка на нем…

Очередная сводка новостей рассказывала о предстоящих завтра событиях: а именно – помолвке Акутагавы и Наталии. Уже знакомые слова и обороты. СМИ говорят об одном и том же – повторяя заученные фразы о любви, связавшей двух людей из разных миров. О том, что, несмотря на сопротивление родителей княжны Харитоновой, помолвка все же состоится – а спустя несколько месяц и свадьба. Завтра Акутагава и Наталия наденут на пальцы друг друга кольца, под оглушающие аплодисменты гостей…

«А ведь я планировал помешать этому! Даже смешно… Сначала заявил, что ревную, а затем благословил его на этот брак! – думал Юки, рассеянным жестом взлохмачивая себе шевелюру. – Мне не хватило дальновидности, чтобы предусмотреть все возможные последствия… Опять! Даже если я и научился чему-то, пока находился у Коннора, но мне никогда не сравниться ни с ним, ни с Акутагавой, ни с Ивом. Может быть, отныне мне стоит последовать мудрому совету последнего - перестать пытаться исправлять то, что уже не исправишь?.. И как я… нет, как мы с Акутагавой будем жить дальше? Не знаю… Но, если уж я решил все так, то не собираюсь об этом сожалеть…»

Внезапно какой-то шорох заставил его насторожиться. Сквозь звуки, издаваемые телевизором, он расслышал, как деликатно щелкнул замок на входной двери. Кто-то вошел в номер и, ступая неслышно по коридору, шел в направлении гостиной. Юки обернулся – но не со страхом – а с напряженным ожиданием.

Надеюсь, не помешал? – Сугавара, несмотря на презентабельный костюм и прическу, умудрялся моментами выглядеть все тем же лохматым и небрежным Ботаником.

Нет. Проходи, - ответил молодой человек, сдержав вздох разочарования. Он был почти уверен… уверен, что это вернулся Ив.

Да, тот ушел. Но все же такая мысль мелькнула у Юки.

Вижу, ты не слишком обрадовался моему появлению, - заметил Сугавара, окинув его пристальным взглядом.

Нет, что ты! Я рад тебя видеть. Правда, очень рад… Проходи же! Выпьешь чего-нибудь?

Я на службе.

Ты всегда на службе, в любое время суток! - рассмеялся Юки, стараясь скрыть свою неловкость. Он поднялся с дивана и ушел к бару. – Как и Такесима. А где он, кстати?

Сопровождает Акутагаву на ужин. Мы разделились с ним на этот вечер.

Акутагава не хочет, чтобы меня охраняли люди, которым он не доверяет. А вам с Такесимой он доверяет… - резюмировал тот, возясь с бутылками. Он разлил по двум стаканам немного виски, щедро разбавил его содовой и приглашающим жестом протянул телохранителю приготовленную порцию.