Миры Роберта Хайнлайна. Книга 6 - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 61

— Начинайте разворот, — послышался голос сержанта.

— О-о… — произнес Мэтт, подтянул колени к груди и обнял их руками. Звезды стремительно понеслись вокруг него. Он заметил, что корабль оказался в поле зрения, но было уже слишком поздно. Мэтт попытался остановить вращение, широко расставив руки и ноги, и все-таки не сумел сохранить направление на корабль.

— Не волнуйтесь, все хорошо, — посоветовал сержант. — Не надо сворачиваться в такой тесный клубок, и в следующий раз вытягивайтесь чуть раньше. У нас много времени.

Мэтт опять свернулся в клубок, но на этот раз не прижимал колени к груди. Корабль снова показался в поле зрения, хотя и гораздо дальше. На этот раз он выпрямился до того, как шлем скафандра был на одной линии с кораблем. Фигуры на его поверхности казались совсем крохотными и продолжали уменьшаться. Расстояние превышало триста футов. Мэтт выбрал чей-то шлем в качестве цели, включил двигатель и начал отсчет.

В первые секунды ему показалось, что он неподвижно висит в пространстве, и его охватило беспокойство. Фигурки на поверхности корабля не увеличивались и начали медленно отходить в сторону. Ему захотелось снова включить двигатель, но объяснения Ханако были совершенно ясными — и он удержался.

Корабль исчез из поля зрения; Мэтт собрался в клубок, чтобы побыстрее завершить разворот. Когда корабль снова показался в поле зрения, он был гораздо ближе, и Мэтт почувствовал облегчение. Два небесных тела — корабль и космонавт — сближались со скоростью пяти футов в секунду, что равняется скорости медленно идущего пешехода.

Прошло чуть больше минуты после того, как Мэтт выключил ракетный двигатель. Мэтт согнулся, приподнял колени и совершил мягкую посадку в десяти футах от инструктора.

Цокая магнитными подошвами, Ханако подошел к Мэтту, прижал свой шлем к его шлему, чтобы можно было говорить с глазу на глаз, не включая радио.

— Молодец, парень. Мне понравилось, как ты сохранял самообладание, когда увидел, что промахнулся в первый раз. Итак, я перевожу тебя в группу более опытных курсантов.

Мэтт едва не забыл выключить радио.

— Спасибо, сержант! — воскликнул он, не скрывая восторга.

— Меня-то за что благодарить — ведь это ты справился с задачей, а не я. — Сержант включил радио. — Продолжаем тренировку. Номер четыре!

Мэтту хотелось поскорее вернуться обратно, отыскать Текса и с гордостью рассказать о своем успехе, но оставалось еще семь курсантов. Несколько человек справились с заданием, остальных сержанту пришлось подтаскивать на страховочном тросе.

Последний курсант превзошел всех остальных. Он не выключил ракетный двигатель, несмотря на неоднократные команды сержанта Ханако. Курсант летел прочь от корабля по кривой и начал кувыркаться; сержант травил и травил страховочный трос, пытаясь остановить вращение курсанта и повернуть его к кораблю. Прошло пятьдесят долгих секунд, и двигатель выключился из-за того, что кончилось топливо; к этому моменту курсант был уже в тысяче футов и продолжал быстро удаляться от корабля.

Сержант отлавливал курсанта подобно рыболову, борющемуся с барракудой; наконец ему удалось медленно и осторожно — потому что скорость курсанта была уже велика, а прочность троса тоже имела пределы — подтянуть неудачника к поверхности корабля.

Когда наконец курсант встал на обшивку корабля, и магнитные подошвы его сапог надежно прилипли к стали, сержант закрепил его коротким страховочным тросом и устало вздохнул.

— Вот это да? — заметил он. — Я уже подумал, что придется лететь за ним и буксировать обратно… — Он подошел к курсанту, прижал свой шлем к его шлему и выключил радио.

Курсант, однако, не догадался выключить свой передатчик, и остальные курсанты отчетливо слышали его объяснения.

— Не знаю, сержант, — растерянно отвечал курсант. — Со стартовой кнопкой все в порядке — я просто не мог заставить себя пошевелиться. Отчетливо слышал ваши команды, но не мог даже двинуть пальцем.

Вместе со всей группой Мэтт вернулся в шлюз; его настроение было уже не таким восторженным, как раньше. Судя по всему, думал он, за ужином будет еще один свободный стул. Начальник Академии — коммодор Аркрайт — считал, что отчисленного курсанта нужно отправлять с «Рэндольфа» как можно быстрее. Мэтт не имел намерения оспаривать справедливость действий коммодора, но его неприятно поразила неумолимая жесткость в их осуществлении; он почувствовал, что холодный ветер неудачи пролетел совсем рядом.

Но как только сержант отпустил курсантов, Мэтт снова приободрился. Он быстро снял свой скафандр, осмотрел его и повесил в шкафчик, как этого требовали правила, и сразу помчался в свою каюту, отталкиваясь на поворотах от стенки движениями, совсем не предусмотренными уставом.

Мэтт влетел в каюту и принялся стучать в дверь комнатушки Текса. Ответа не последовало — Текса не было в каюте. Не оказалось дома и Пита с Оскаром. Расстроенный, Мэтт забрался в свою каютку и включил учебную кассету.

Не прошло и двух часов, Текс ворвался в каюту в тот самый момент, когда Мэтт собирался на обед, и закричал:

— Эй, Мэтт! Поздравь космонавта!

— Что случилось?

— Я только что успешно сдал экзамен по основам Маневрирования в космосе. Сержант сказал, что это был лучший первый полет, который он когда-либо видел!

— Вот как?

— Точно. Да ты понимаешь: меня теперь пустят в Увольнение на космическую станцию Терра!

Станция Терра

— Увольняющимся с корабля пройти на борт шаттла!

Мэтт застегнул молнию космического скафандра и поспешно проверил его. Оскар и Текс, стоявшие у двери, торопили его, потому что курсанты, получившие разрешение на увольнение, уже проходили через двери воздушного шлюза. Старший курсант, исполняющий обязанности вахтенного офицера, быстро осмотрел Мэтта и закрыл дверь шлюза позади него.

Воздушный шлюз представлял собой длинный коридор, закрывающийся с обеих сторон герметическими дверями. Он вел в ангар, углубленный в борту «Рэндольфа»: там стояли ракетные шаттлы. Давление в коридоре начало понижаться и наконец сравнялось с наружным. Дверь, ведущая в ангар, открылась; перехватывая руками натянутый трос, Мэтт попал внутрь шаттла и обнаружил, что для него, последнего из всей группы, не осталось свободного места.

Выпускник, сидящий в кресле пилота, поманил его к себе. Мэтт пробрался к нему и прижал свой шлем к его шлему.

— Мистер, — спросил пилот, — вы умеете управляться с инструментами?

Полагая, что речь идет о несложной контрольной панели шаттла, Мэтт ответил:

— Да, сэр.

— Тогда садитесь в кресло второго пилота. Какова ваша масса?

— Двести восемьдесят семь фунтов, сэр, — Мэтт сообщил пилоту общую массу своего тела и космического скафандра.

Он быстро пристегнулся, затем посмотрел по сторонам, стараясь найти Текса и Оскара. Ему казалось, что он получил весьма ответственное задание, хотя, если говорить по правде, шаттлу нужен второй пилот, как свинье — запасной хвост.

Пилот ввел массу своего нового второго пилота в компьютер, который сделал необходимые поправки в расположение центра тяжести и инерционный момент, задумчиво посмотрел на экран и бросил Мэтту:

— Попросите Д-3 поменяться местами с Б-2.

Мэтт включил радио и отдал приказ. После толкотни, длившейся несколько секунд, крупный и рослый курсант поменялся местом с невысоким щуплым юношей. Затем пилот сделал знак курсанту, управляющему механизмами ангара; шаттл был выведен из корабля удерживающей его механической рукой и оказался в космосе.

Шаттл представляет собой пассажирскую ракету в своей первобытной простоте, и его можно описать, как ракетный двигатель с закрепленными на нем фермами, к которым пристегиваются пассажиры. Поскольку шаттл летает только в безвоздушном пространстве, ему не требуется обшивка и обтекаемая форма.