21 урок Мерлина. Практика магического знания друидов - Монро Дуглас - Страница 78

- Все в порядке, Мерлин... - сказал я, сдаваясь, - если ты уверен, что это самый лучший путь для меня, значит, я больше не буду возражать. Ты еще никогда не направлял меня на неверный путь.

Мы горячо обнялись, с трудом сдерживая слезы. Почувствовав в воздухе какую-то грусть, Соломон вдруг вскочил мне на плечо и ласково клюнул меня в ухо.

- А теперь, пока еще не слишком поздно, я должен вас покинуть, - прервал Мерлин наше прощание, - потому что Сноудон находится на расстоянии почти пяти лиг отсюда, а меня ждут у двора еще до наступления ночи, Экториус... я надеюсь, что ты проявишь исключительную заботу о моем питомце, помни это! Ты должен хорошо подготовить его к тем бурям и испытаниям, которые ждут его в недалеком будущем. - И, дружески похлопав меня по плечу, маг вместе со своей птицей направился в сторону леса.

- Не горюй, Артур, - еще раз донесся до меня голос Мерлина, ...потому что ты всегда будешь в поле моего зрения... вот увидишь! - И он исчез за деревьями. Чувствуя себя несчастным и покинутым, я повернулся к своему новому опекуну.

- Простите мне мои чувства, сэр... Я уверен, что вы будете для меня прекрасным учителем... дело в том... что все это для меня слишком неожиданно. Я не был подготовлен к событиям сегодняшнего дня.

- А может быть, это и к лучшему, - ответил Экториус, - потому что, если бы тебя предупредили заранее, ты мог бы спрятаться в садах Joyous Gard или еще где-нибудь - как сделал однажды я!

- Вы... вы знаете Joyous Gard? - спросил я, почувствовав, что интерес к собеседнику возрастает.

- Конечно, а почему бы и нет? Ведь много лет назад - еще будучи мальчиком - я тоже какое-то время жил на горе Ньюэйс и, когда мне пришлось ее покинуть, тоже испытывал те же чувства, что и ты теперь. Но пошли... давай воспользуемся рецептом Мерлина, чтобы разогнать грусть. Сейчас мы совершим путешествие по землям Каэргаи, пока не стемнело. Я уверен, что это место тебе покажется тоже по-своему удивительным!

Экториус не преувеличивал. Здесь была большая площадка удлиненной формы для стрельбы из лука и зеленая лужайка для занятий всевозможными видами фехтования. На берегу озера Бала был сооружен деревянный пирс, к которому было пришвартовано несколько небольших лодок. Но больше всего поразило мое воображение большое квадратное поле, покрытое коротко подстриженной травой, через центр которого проходила приземистая живая изгородь, - точная копия арены среди болот Бодмин, где я когда-то состязался с Морфином.

Мы ходили по садам и ущельям, пока солнце окончательно не скрылось за горами, обрисовав их вершины сверкающим ореолом. Тогда мы набрали полные охапки дров, которые были аккуратными штабелями сложены у крыльца, и вошли в дом. Внутри дом был так же очарователен, как и снаружи: полы, выстланные зеленой плиткой, тяжелые резные балки и широкие окна. В самом центре нижнего этажа стоял большой круглый камин, высокая каменная труба которого уходила прямо в потолок. И именно здесь скоро заплясало веселое пламя.

Обследуя все вокруг, я во всем ощущал влияние друидической магии, полки были уставлены разноцветными стеклянными банками с травами, рядом стояли ряды книг и повсюду лежали звездные карты, фигурки, инструменты, которыми пользуются Барды... и все они казались мне чуждыми в этой обстановке. Это место определенно не было пещерой мага, а просто домом, жилищем человека, который воспитывался как маг, и оно отличалось изяществом, которое трудно было увязать с занятиями кельтского Друида. Но когда я вернулся к Экториусу, чтобы помочь ему подготовить деревянный стол для ужина, я вдруг ощутил присутствие уникальной личности, у которой можно научиться новому подходу к магии. Другими словами, я постепенно начинал понимать, почему Мерлин предпочел именно этого человека и именно это место.

Ужин был великолепным. Мы наслаждались (потому что это действительно было наслаждением!) горячим вегетарианским супом и печеной тыквой, политой густыми сливками и приправленной травами. Но вкуснее всего оказался хлеб - воздушный и хрустящий, он был испечен из свежей овсяной муки с медом и совершенно не был похож ни на какой хлеб, который мне приходилось есть прежде. Каждый Друид стремится хорошо овладеть всеми видами искусств, и в свое время я тоже учился искусству приготовления любой пищи - и даров леса, и обильных домашних припасов. И хотя пища, стоявшая передо мной, была новой и совсем непохожей на то, что я ел раньше, тем сильнее мне с каждым глотком хотелось узнать способ ее приготовления. Окончив ужин, мы перешли в кладовую, которая была заполнена бесчисленными сосудами с самыми разнообразными овощами и фруктами.

- Это мое хранилище, - с гордостью констатировал Экториус, - здесь я сохраняю самые лучшие плоды последнего урожая - совсем как белка, которая запасает орешки и ягоды, готовясь к зимним холодам!

Мы прошли в самый конец хижины, где стояли отдельно ряды маленьких бутылочек, заполненных разноцветными жидкостями.

- А это мои меды, - продолжал он. - Я не сомневаюсь, что тебе никогда раньше не приходилось пробовать подобного напитка, но сегодня канун твоего дня рождения - и канун Белтана, - и я думаю, мы можем отважиться взять одну-две бутылочки. Назови свой любимый аромат.

- Малина... или роза, - секунду подумав, выпалил я.

- Тебе повезло! - засмеялся Экториус, - у меня есть и то и другое. Смотри!

Подняв облако пыли, он достал с задней полки две темно-зеленые бутылки и протянул их мне. На их ярлыках было написано именно то, что я выбрал.

- Что касается меня, - продолжал он, - то я предпочитаю вересковый мед, традиционный для майского праздника.

Мы закрыли за собой дверь в холодное помещение и вернулись в дом - к теплому камину, распространяющему сладкий запах яблок. Отковырнув воск, которым были закупорены наши бутылки, мы сели на большие подушки, набитые сосновыми иглами, чтобы наслаждаться и огнем камина, и напитками. И занятия этого дня, и ненавязчивость Экториуса позволили мне наконец почувствовать себя почти как дома: как будто мы с этим человеком были друзьями уже много лет.

- Давай я немного расскажу тебе о том, почему ты оказался здесь, - сказал он, прервав ленивое молчание. - Мир Ньюэйса, откуда ты пришел, резко отличается от внешнего мира людей. Там, в горах, вы вели изолированную жизнь, скрытую от человеческих глаз. Но известно, что в твоем будущем в равной степени будут присутствовать как внутренний, так и внешний миры, а поэтому необходимо, чтобы ты научился владеть клинком так же хорошо, как ты владеешь грамотой. В конце концов, Британия населена не племенами сущностей стихий, с которыми ты привык легко справляться с помощью своего искусства и магии! Нет, это сложный мир волнений и жестокости, в котором царит жадность и кровопролитие и который нуждается в защите. Поэтому мы должны развить в тебе острый здравый смысл и крепкие рефлексы - подготовить тебя к выполнению твоей задачи, так, чтобы в один прекрасный день ты смог осознать ее и вернуть этим землям мир и стабильность. Моя роль состоит в том, чтобы по возможности играть роль посредника между множеством мелких британских королевств, не отдавая предпочтения ни одному из них. Я прихожу и ухожу, когда я хочу, прислушиваясь к настроениям и заботам, стараясь помочь людям лучше понять своих соседей. Я желанный гость при многих дворах и храмах, я сею среди них доброжелательность... и учу их дипломатии, с которой ты теперь должен познакомиться, - вот что поручил мне Лорд Мерлин.

- Но зачем мне это может понадобиться? - спросил я. Экториус, прежде чем ответить, бросил в мою сторону беглый взгляд.

- О, об этом мне не позволено говорить, - сухо ответил он. - Все, что я могу сказать, это то, что Мерлин, появился здесь несколько месяцев назад и поручил мне для пользы Королевства научить тебя некоторым вещам. Но я очень рад, что мне выпала эта честь и что я несу ответственность за такого симпатичного молодого человека, как ты. Я чувствую, Артур, что нас с тобой ждет волнующий год.