Гостеприимная Арктика - Стефанссон Вильялмур - Страница 105

Идя по колее, Кэстель местами находил жестянки, из которых Бернард и Томсен кормили собак. Видно было, что во время пути вдоль западного побережья корм состоял из вареного риса с тюленьим жиром, но на северном побережье корм уже состоял только из риса. В высшей степени странно, что как на первом складе, так и на остальных все мешки с сахаром остались невскрытыми. Собаки ослабели оттого, что, когда запас жира истощился, их кормили одним рисом; но в отношении питательности 2 1/4 кг сахара равноценны килограмму жира, и собаки охотно едят сахар из чашки, пахнущей тюленьим жиром или какой-нибудь другой привычной для них пищей. Следовательно, Бернард и Томсен вполне могли заменить жир сахаром и этим спасли бы как своих собак, так и самих себя. Но они не догадались этого сделать, что и явилось основной причиной их гибели.

В 20 милях к западу находился второй склад. Здесь мешки с сахаром тоже оказались нетронутыми, хотя некоторые другие припасы были взяты. Дальше к западу колея на побережье прервалась; несмотря на долгие поиски, Кэстелю не удалось найти ее продолжения ни на суше, ни на береговом льду. По-видимому, мы никогда не узнаем, где и как погиб Бернард. Во всяком случае, до «Полярной Звезды» он не добрался, так как там его следов не оказалось.

Так я потерял двоих из числа моих лучших товарищей. Наряду со Стуркерсоном и Уилкинсом они больше всех содействовали успеху деятельности нашей северной партии и погибли во время отважной попытки, направленной к той же цели.

ГЛАВА LV. РАЗРУШЕНИЕ «МЭРИ САКС»

В июне Кэстель и Чарли прибыли на мыс Келлетт и застали здесь только Биндера и Мэйсика.

Оказалось, что братья Калиан, посланные сюда Гонзалесом в ноябре, нашли здесь только эскимосов, которые сообщили, что Бернард должен был вернуться через 2–3 недели. Тщетно прождав его до января, братья Килиан отправились обратно к «Белому Медведю», захватив с собою эскимосов. У мыса Келлетт остался только Биндер, к которому впоследствии присоединился Мэйсик.

Кэстель решил, по возможности, выполнить инструкции, посланные мною в свое время Бернарду, как начальнику базы, а именно — отремонтировать «Мэри Сакс», спустить ее на воду и ожидать нас. Теперешние обитатели базы вполне могли справиться с задачей ремонта судна, так как все были опытными моряками и мастерами на все руки. Они проконопатили и покрасили корпус, привели в порядок такелаж, отремонтировали двигатель и заменили поврежденный гребной винт запасным. 6 августа, действуя домкратами, благополучно спустили судно на воду. Но тут на сцену появился «Белый Медведь».

До этого момента Гонзалес более или менее следовал моим инструкциям, посланным через Стуркерсона, а именно предоставил ему снаряжение для обследования о. Виктории и затем, дождавшись возвращения партии Стуркерсона из этого путешествия, отплыл на «Белом Медведе» из бухты Уоркера к мысу Келлетт[37]. Но здесь он приказал Кэстелю и его товарищам перейти на «Белого Медведя» и объявил, что «Мэри Сакс» будет оставлена. Стуркерсон и все остальные поняли это в том смысле, что Гонзалес намерен оставить ее мне в пригодном для плавания состоянии, чтобы я и моя партия могли воспользоваться ею для возвращения на родину. Однако, к удивлению всех, Гонзалес приказал вытащить «Мэри Сакс» на берег и распилить ее фок-мачту на дрова, которые затем были использованы для камбуза «Белого Медведя» (хотя Леви и утверждал, что у него и без того было достаточно дров). После этого с «Мэри Сакс» были взяты на «Белого Медведя» реи грот-мачты, все паруса, инструменты из машинного отделения и горючее для двигателей.

Я полагаю, что, когда Гонзалес разрушал «Мэри Сакс», его мотивы были следующие. Поразмыслив на досуге, он решил, что его прошлогодний образ действий едва ли будет одобрен морским ведомством Канады, когда оно получит от меня соответствующую информацию. Придя на «Белом Медведе» к мысу Келлетт и узнав, что я туда еще не прибыл, Гонзалес сообразил, что если он лишит меня возможности выбраться с Земли Бэнкса до наступления зимы, то первым вернется в Канаду и, отчитавшись в мое отсутствие перед морским ведомством, успеет получить свою плату и скрыться, прежде чем будет привлечен к ответственности. Если же возник бы вопрос, почему была разрушена «Мэри Сакс», то Гонзалес намерен был заявить, что нашел ее непригодной для плавания.

С Биндером и Мэйсиком Гонзалес заключил соглашение о том, что они будут жить на базе и охранять небольшой склад припасов, оставленный для меня. В виде компенсации за это Гонзалес оставил Биндеру и Мэйсику продовольствие и охотничье снаряжение, а также разрешил окончательно сломать «Мэри Сакс», чтобы построить дом, причем рекомендовал сделать это как можно скорее.

Таково было положение, которое я застал на нашей базе, придя туда после 24 часов ходьбы. Оно могло бы послужить хорошей темой для одного из романов Роберта Стивенсона, где часто фигурируют жертвы пиратов, покинутые на необитаемом острове. Сходство еще усугублялось тем, что в числе снаряжения, оставленного для меня Гонзалесом, не было саней и других предметов, необходимых для санного путешествия. Следовательно, для того чтобы выбраться с Земли Бэнкса, нам приходилось не только дождаться зимы, но еще и отправиться обратно на северо-восточную оконечность острова и привезти оставленные там наши сани; на это потребовалось бы еще 2 месяца утомительной работы.

Мои три спутника, с вьючными собаками, прибыли к мысу Келлетт на 3 дня позже и далеко не оценили стивенсоновской романтики нашего приключения. Они долго возмущались поведением команды «Белого Медведя» и жаждали поскорее вернуться в цивилизованный мир, чтобы воздать ей по заслугам[38]. Особенно обидно было сознавать, что к тому времени, когда мы доберемся до Канады, уже будет поздно, так как задолго до того вся команда получит плату и покинет корабль.

Мы начали было собираться к мысу Рессельс за санями, рассчитывая заготовить осенью запас оленьего мяса, с тем чтобы в феврале переправиться по льдам через море Бофора к мысу Батэрст. Но 26 августа к мысу Келлетт неожиданно подошел корабль. Это был «Вызов» Кроуфорда.

Я тут же договорился с Кроуфордом и купил у него «Вызов» за 6 000 долларов, предоставив в придачу все наши запасы, оставшиеся на Земле Бэнкса, а также «Мэри Сакс» с ее двигателями. Нам все это было теперь бесполезно, а Кроуфорду могло очень пригодиться. Через сутки он и его команда перешли на берег, а мы отплыли на «Вызове», взяв с собою Мэйсика в качестве боцмана и Биндера в качестве механика.

Стояла прекрасная погода, и дул легкий попутный ветер. Чтобы как можно быстрее продвигаться на запад, мы решили не заходить на промысловую станцию у мыса Батэрст и взяли курс на о. Гершеля. Однако вскоре показались сплошные льды, заставившие нас отклониться на юго-восток.

На следующее утро мы снова пережили приключение, которое было бы уместно в романе для юношества. Над морем стоял туман; но в нем образовался просвет, и в 2 милях от нас мы увидели... «Белого Медведя». Он шел нам навстречу, и его команда, очевидно, ничего не подозревала.

Я решил, что мне не следует показываться, пока суда не сойдутся вплотную, а потому ушел в каюту. Тем временем наши люди, шутки ради, а может быть, и из опасения, что «Белый Медведь» вздумает удрать, подняли сигнал бедствия. По-моему, это было излишне, так как в здешних водах встретившиеся суда всегда вступают в переговоры и Гонзалес, не подозревавший моего присутствия, подошел бы к нам и без сигнала.

Когда суда достаточно сблизились, наши люди окликнули команду «Белого Медведя» и, сообщив, что я нахожусь на «Вызове», передали ей от моего имени приказание пришвартоваться к ближайшему ледяному полю. Читателю нетрудно будет представить себе, какой эффект это произвело на «Белом Медведе».

Когда оба судна пришвартовались, капитан Гонзалес немедленно явился на «Вызов» для объяснений. По его словам, он разрушил «Мэри Сакс» потому, что убедился в ее непригодности для плавания, с чем якобы согласились и четыре судовых офицера. Но когда я опросил последних, они категорически отрицали это.

37

Впрочем, перед уходом партии Стуркереона на о. Виктории Гонзалес потребовал, чтобы они вернулись к 1 августа, угрожая в противном случае отплыть и бросить их на произвол судьбы. Это заставило партию Стуркерсона работать в условиях крайней спешки и не позволило довести обследование до конца.

38

Сгоряча мы вообразили, что Гонзалес разрушил «Мэри Сакс» и покинул нас на Земле Бэнкса при соучастии большинства команды. Непричастными к этому делу мы считали только Стуркерсона, Хэдлея и Кэстеля, (Биндер передал мне письмо от них, в котором сообщалось, что они протестовали против этих деяний, но тщетно).