Мировые войны и мировые элиты - Перетолчин Дмитрий - Страница 89

В марте 1941 года, когда Кейтеля ознакомили с планами вторжения в СССР, в Лондоне проводит посвященное ленд-лизу совещание Аверелл Гарриман, партнер Тиссена по ряду банковских структур, владелец и совладелец Hamburg-Amerika-Linie и Brown Brothers Harriman, выгодоприобретатель раздела польской промышленности, бывший владелец марганцевых концессий в Грузии, лишившийся их в 1928 году. Он, ближайший консультант Рузвельта и движущая сила его «Нового курса», в СССР вернется в составе делегации на Московском Совещании стран-союзников, будет курировать взаимодействие по ленд-лизу [73][74]. Гарриман был близок к еще одному консультанту Рузвельта, новому главе Комитета по военной продукции и главе администрации по осуществлению ленд-лиза Гарри Гопкинсу, бывшему золотоискателю, который «ошибался в еврейском районе Нью-Йорка Ист-Сайд» [75][76].

«Во времена покойного президента Рузвельта существовал американский Ришелье. Это был личный советник президента Гарри Гопкинс, который сопровождал его чуть не каждый день, и которому поручали деликатные государственные миссии… Те, кто знал Гопкинса… говорят, что его советы во всех делах были решающими».

Считается, что Гарри Гопкинс «был человеком Бернарда Баруха» [76], но начинал он социальным работником, главой туберкулезной ассоциации у Рокфеллера [77]. В годы руководства министерством торговли, его помощником работал Нельсон Рокфеллер, сын Джона Рокфеллера-младшего [78]. Кроме всего прочего Гопкинс состоял советником ФБР [77] и видимо советовать у него удавалось так хорошо, что президент США признавался, что «Гарри Гопкинс… способен убедить и меня» [79]. В результате такой способности Гопкинс вскоре стал «альтер эго» Франклина Рузвельта, вплоть до того, что даже жил в Белом доме [78]. «Гитлер совершенно не заслуживает никакого доверия», — жаловался в декабре 1938 года Ялмар Шахт [60] руководителю экономического департамента английского Foreign Office Ф. Эштон-Гуэткину, который в свое время настаивал на экономической помощи Германии под предлогом того, что «слабый, истеричный, сильно вооруженный индивид представляет опасность для самого себя и для других» [71]. Оба видимо никак не ожидали такого неожиданно осмотрительного поведения от «слабого и истеричного индивида», в 1932 году обнадеживавшего директора I.G. Farben реанимацией идей Второго рейха: «Мы не сможем прокормить себя на своей земле… Окончательное решение — это расширение жизненного пространства, а также сырьевой и продовольственной базы народа» [14].

«… Чемберлен и поехал в Мюнхен, чтобы устранить препятствие, каким была Чехословакия, на пути Гитлера на восток. Вторжение в Чехословакию было дополнением к Мюнхенскому соглашению. Прежде чем ринуться в войну против Советского Союза, Гитлер должен был захватить Чехословакию»

Кроме того, помимо политической интриги и торговли за колониальные территории Гитлера также «раскачивал» генерал-майор Карл Хаусхофер (Karl Haushofer), стоявший за спиной у него в период написания «Mein Kampf» [81]. Кстати, аспирант Карла Хаусхофера, Генрих Гаттинау, написавший под руководством профессора докторскую диссертацию «Значение урбанизации Австралии для будущего белой расы», был личным помощником Дуйсберга и позже Боша, курируя отношения между I.G. Farben и NSDAP [12][15]. Сам же известный геополитик вместе с сыном, Альбертом Хаусхофером, консультируют и фюрера, и Геринга [82]. Младший Хаусхофер будет впоследствии казнен, но прежде чем Гитлер по достоинству оценит его консультации, в идейном поле за его авторством появится видение Третьего рейха в составе которого присутствует и Литва, и Латвия, и Эстония, и области Кавказа, и Украина. Риббентроп настоятельно просил Гитлера провозгласить Европейскую конфедерацию, как только Германия добьется крупного успеха в войне с СССР [44].

«…Вы посмотрите что получилось: Чехословакию в 1938 году сдали без боя — 45 дивизий с прекрасными бронетанковыми силами, с хорошей авиацией. Польская армия, ну ясно — за месяц польской армии, еще 45 дивизий, не стало. Французская армия в 40-м году капитулировала — 110 дивизий! «Почему? — я задаюсь вопросом: — есть ли белые пятна?» Есть белые пятна, когда шла французская компания, вы знаете, что французская армия была прижата к Ламаншу и не только французская, там было еще помимо значит шестнадцати французских дивизий, десять английских и двенадцать бельгийских дивизий. Триста тысяч человек!.. и вот огромная махина во главе с фельдмаршалом Рунштедтом с двумя танковыми армиями Гота и Листа вдруг останавливается перед Дюнкерком, и не сбрасывает всю эту махину в море. Возникает вопрос — почему? И в это же время Гесс оказывается в Англии. А зачем прилетел Гесс, здесь тоже есть эти документы — договариваться с англичанами о совместной войне против Советского Союза».

О том, что полет бывшего студента Хаусхофера Рудольфа Гесса 10 мая 1941 года был заранее согласован, говорится в докладе адъютанта Гесса майора Карла-Хайнца Пинча (Karl-Heinz Pintsch), составленном им в 1948 году в советском плену [83], что косвенно подтверждается тем, что в Третьем рейхе жена Гесса спокойно получала за мужа пенсию, равную пенсии государственного министра [84]. В качестве версии, объясняющей его последующую загадочную судьбу, можно предположить, что в результате его полета были согласованы последние условия, дававшие Гитлеру уверенность, что Третий рейх не останется один на один против СССР. «По-своему он совсем не дурак. Он [Гитлер] никогда не бросится в войну, если будет считать, что может проиграть ее» [65], - уверял министра иностранных дел Великобритании Галифакса полномочный посол И.М. Майский, а значит, Гесс получил убедительные гарантии того, что Гитлеру войну выиграть помогут, и…

«…Теперь, когда нацистская тварь была порождена окончательно, она сделала именно то, чего от нее ожидали, — вырвалась из своей душной теплицы и в положенное время бросилась на Россию»

После, использовав Гесса для подтверждения всех требуемых гарантий, его просто ликвидировали, о чем есть ряд важных свидетельств, которые требуют отдельного рассмотрения. Итак, в то время как Гиммлер мечтательно делил СССР на протектораты США, Германии и Англии, где Третий рейх получит территорию до реки Обь, Альберт Хаусхофер, спланировавший полет Гесса [47] в записке для МИД Германии рассуждал более трезво: «…война, вероятно, не будет выиграна никем», потому что «насильственное покорение русской Евразии так же мало достижимо, как завоевание Китая» [85]. 3 июня 1942 года помощник министра юстиции США Тэрмонд Арнольд выступил в Ассоциации адвокатов штата Иллинойс: «Небольшая группа американских дельцов, входящая в эти международные картели… исходит во всем из предположения, что война закончится вничью…». Наиболее точно план отразила Временная национальная экономическая комиссия США, созданная перед вступлением Америки в войну: «Вполне возможно, что демократические страны одержат победу над агрессорами лишь для того, чтобы оказаться под властью экономических групп, обладающих такой концентрированной мощью и влиянием, какими ни одна подобная группа не обладала до войны» [8]. В июле 1941 года Гарри Гопкинс, наблюдавший, находясь в Москве самое трудное время начала войны, вернулся с прогнозом — Россия выстоит [75], все идет по плану.

После войны в США группа экономистов подсчитала, что при тех темпах подготовки Германия была бы готовы к полномасштабной войне лишь к 1945–1947 гг. [80], однако перед началом войны начальник штаба США, подыгрывая общему спектаклю, уверял, что Красная армия будет разбита через несколько недель [4]. Заблуждение дошло до того, что как указывал К. Бертон: «Для войны с Россией подготовка была более тщательной, но… Вскоре после нападения выпуск некоторых важных типов снаряжения был сокращен в предвидении того, что война скоро окончится…» [1].