Миллион запретных наслаждений - Паркер К. Л. - Страница 101

— Можешь…

— Погоди-ка, — прервал меня Харрисон. — Не нужно так быстро сдаваться, Ной.

— Что ты делаешь? — Дэвид удивленно воззрился на отца. — Ты эти вопросы не решаешь.

— Вот как раз я и решаю. Если разобраться, твои акции по-прежнему контролирую я. Достаточно моего слова и заявления правления, чтобы ты вылетел из дела. Ты позор компании, ты и мой позор. Я больше не стану терпеть вой выходки. Стань взрослым наконец.

Харрисон потянулся через стол и взял контракт из рук Дэвида, который был слишком потрясен, чтобы возражать. Быстро окинув бумагу взглядом, он протянул ее мне.

— У тебя есть еще копии? — спросил он Дэвида. Тот молча покачал головой. — Хорошо. — Потом он повернулся к Скотту. — А ты что здесь забыл?

— Похоже, я тоже заинтересован в этом деле.

— Каким образом?

Скотт кивнул на ноутбук Мейсона.

— Видео не должно увидеть свет. Если это случится, мне с вашим сыном можно будет готовить места на кладбище.

— Если я дам гарантию, что этого не случится, ты можешь пообещать, что никогда больше не будешь иметь дел с Дэвидом?

— Могу. Мне не нужны неприятности. У меня есть свой бизнес, и я не хочу его потерять.

Харрисон повернулся ко мне, вопросительно подняв брови.

Я кивнул в знак согласия, понимая, что не получу всего, что ожидал от сделки. Но если все будет в порядке с Лейни, пусть остальное решает карма.

— Видео будет уничтожено. А теперь проваливай отсюда, а то весь зал провонял.

Скотт не заставил себя долго ждать. Оно и понятно — Харрисон, с его взглядом Клинта Иствуда, ни у кого не вызывал желания задержаться хоть на минуту дольше.

— Похоже, чаши весов склонились на твою сторону, Ной, — сказал он, снова поворачиваясь ко мне. — Что теперь будешь делать?

— Он купил шлюху! — завопил Дэвид, явно возбужденный таким поворотом событий.

Харрисон направил на него трость.

— Еще одно слово, и я откажусь от тебя. — Он снова повернулся ко мне. — Итак, Ной?

Я посмотрел вверх, но увидел не потолок, а безграничные дали, которые находились за ним. Все, что я сейчас сделал, было не только для меня, но и для моих родителей. Они наблюдали за мной даже после смерти. Я не позволю запятнать их память, а их наследие — часть этой памяти.

Опустив голову, я увидел Дэвида Стоуна в новом свете и даже почти испытал некое сочувствие к нему. Хоть отец его был одним из величайших людей, которых я встречал, Дэвид никогда не стремился чему-то у него научиться. Но он поставил под удар все, что было дорого мне, поэтому жалеть его я не мог.

— Послушай меня, Дэвид, — негромко процедил я. — Дело не только в том, что я могу опубликовать твое маленькое порно и уничтожить тебя, на этом видео доказательства твоей причастности к торговле наркотиками и людьми. И не будем забывать второе видео с попыткой изнасилования. Ты можешь очень много лет провести в тюрьме.

Дез подалась вперед и прибавила:

— И для информации: огромный мексиканец по имени Чавез уже тебя дожидается, сука.

Харрисон, как видно, только сейчас заметил ее, но, судя по его виду, был впечатлен. Дез всегда так воздействовала на людей. Я не сомневался, что он захочет продолжить с ней знакомство.

Дэвид всем своим видом напомнил мне загнанную в угол крысу, которой некуда бежать и некуда спрятаться.

— Чего ты хочешь? — процедил он сквозь стиснутые зубы, явно недовольный тем, что приходится признать поражение.

Я ухмыльнулся так же самодовольно, как он ухмылялся все время с того дня, когда я застал его в ванне с Джули. А потом картинно протянул руку и как будто достал маленький кусочек сыра, который держали его крошечные лапки.

— Немного. Всего лишь твою половину компании. За свободу это не такая уж большая цена. Как думаешь?

— Откуда мне знать, что ты не распространишь видео?

— Ты этого и не можешь знать, — откровенно ответил я. — Но, как ни больно мне на это идти, я даю тебе слово. Если ты выполнишь свою часть сделки, я выполню свою. Можешь поблагодарить за это Дилейн. Она гораздо милосерднее меня.

— Или я, — вставила Дез.

— Итак, твой ответ, Стоун? — сказал я.

— Хорошо. Она твоя. Все это твое, — сдался он.

— Собрание откладывается, — тоном победителя произнес я и вышел из зала, прихватив Дез и Мейсона, чтобы забрать выигрыш.

Принадлежавшая Дэвиду половина компании была для меня всего лишь приятным бонусом. Дилейн была настоящей наградой, которой я собирался насладиться в полной мере.

— До сих пор не могу поверить, что все закончилось, — сказала Лейни с пассажирского места в моем «ламборгини», когда мы ехали по трассе I-55 в Хиллсборо.

После собрания членов правления прошла уже почти неделя, и после пережитых напряженных событий нам обоим нужно было хорошенько отдохнуть. Хиллсборо был достаточно спокойным городком, чтобы провести в нем отдых, а заодно и навестить Талботов. Лейни думала, мы остановимся в отеле, и до поры до времени переубеждать ее я не хотел.

— Приехали, киса. — Я поднес обе ее руки к губам и поцеловал левый безымянный палец с многозначительной улыбочкой.

— Ой, а вот коттедж, — простодушно произнесла Лейни, увидев, куда мы приехали.

Когда я отпустил ее руку, чтобы сбавить скорость и свернуть на подъездную дорожку, брови ее насупились.

— Ной, нет. Мы же не собираемся делать это снова.

Не отвечая, я открыл дверь и вышел из машины. Когда я подошел к ее стороне и открыл дверь, она уже сидела, упрямо сложив на груди руки.

— Нет, Ной, сексом будем сколько угодно заниматься в гостинице, но не здесь. Прошлый раз нас чуть не застукали.

— Нас не застукают, — заверил я.

Неохотно она пошла следом со мной. Держа за руку, я провел ее во двор и оттуда, не останавливаясь, направился в сторону пруда с беседкой.

— Что ты делаешь? Ты с ума сошел? — Она все крутила головой по сторонам, выискивая соседей.

— Вообще-то, да. — Я затащил ее на ступеньки беседки и подвел к качелям. — И это ты виновата. Ты сводишь меня с ума.

Я развернул ее спиной к качелям и, легонько нажав на плечи, усадил. Солнце уже клонилось к горизонту, и оранжево-розовое сияние озаряло ее идеальные черты. Утиное семейство подплывало к противоположному берегу пруда, их умиротворенное покрякивание было единственным звуком, нарушавшим сказочную тишину.

Я встал перед ней на колено, заметив ее озадаченное выражение.

— Лейни, я хочу исполнять любые твои желания. Прошлые, настоящие, будущие. Но сейчас я просто не могу себя простить за то, что не сделал этого раньше, — сказал я и извлек из кармана темно-синюю коробочку.

Она ахнула и прикрыла пальцами рот.

— О, Ной…

— Знаешь, для будущей миссис Кроуфорд твой безымянный палец выглядит слишком голым. — Я улыбнулся и поднял бархатную крышку.

Это было уникальное кольцо, созданное для единственной женщины и передающееся по наследству. Платиновые завитки, усыпанные бриллиантами на три карата, затейливо оплетали центральный сапфир, ограненный восьмигранником. Ничего экстравагантного, кольцо покоряло своей простотой.

Достав кольцо, я потянулся к ее дрожащей руке.

— Оно принадлежало моей матери, а теперь я хочу, чтобы оно стало твоим.

Надев кольцо на палец, я посмотрел ей в глаза. По ее щекам катились слезы, а улыбка была такой обворожительной, что у меня дух захватило. Я пожалел, что не нанял художника, который запечатлел бы этот миг во всем его безграничном великолепии, обессмертив во времени.

С нежным поцелуем я произнес:

— Я люблю тебя, Дилейн Талбот.

— Знаю. Я тебя тоже люблю, — прошептала она и посмотрела на кольцо. — Какое красивое. Спасибо.

— Пожалуйста. Но это еще не все, — произнес я с дьявольской улыбочкой, вставая.

Она вскинула голову.

— Не все? Что еще?

— Идем. — Я взял ее за руку и поднял с качелей.

Мне казалось, что я волок ее за собой, и, наверное, стоило немного сбавить скорость, но уж слишком мне не терпелось показать ей следующий сюрприз. Не доходя до «ламборгини», я свернул и направился к порогу коттеджа.