Альмар. Мой новый мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 138

— Ладно, — согласился я. — Лошади действительно очень хорошие. К вам будет просьба, майор, загрузить бронежилеты в кареты. Палатки мы начнем выносить немного позже, а жилеты мне нужны срочно.

Я сходил каналом в свою гостиную и вернулся с Гератом, после чего он ушел к гвардейским казармам, чтобы я мог открыть к ним канал. Когда я это сделал, и гвардейцы забрали обе кареты, мы занялись экспедицией.

— Собрали людей, профессор? — спросил я Уилсона.

— Все готово, и люди, и грузы, — ответил он. — Они сейчас снаружи. Вам ведь все равно, откуда нас отправлять или всех обязательно заводить в ангар?

— Нам все равно, — сказал я. — Показывайте.

Мы вслед за профессором вышли из ангара к большой группе всадников и заводных коней. Ученых, как и обещали, было десять человек, включая профессора, а сопровождали их двадцать пять бойцов. Сами ученые были вооружены не намного хуже своих коммандос. Не знаю, что американцы взяли с собой, но даже верховых лошадей со всей сторон обвешали сумками, а вьючные, которых было примерно столько же, несли их столько, что были видны только морды и хвосты. Если я и преувеличиваю, то ненамного.

— Трое охранников должны спешиться, — приказал я. — Пусть кто-нибудь возьмет их лошадей под уздцы. И приготовьте оружие. Если на той стороне будут твари, лошади могут испугаться и вам помешать. Эти трое идут сразу, как только я открою канал. Если все будет нормально, один вернется и даст нам знать. Тогда как можно быстрее проходят остальные. Идите, Герат, и будьте осторожней. И достаньте свой револьвер!

Он исчез, и я тут же пробил канал, и махнув рукой отобранным бойцам. Они бросились в портал, а мы остались ждать. Все заметно нервничали, но больше всех психовал я, прекрасно понимая, что кольт в руках мага это не оружие, а психотерапия. Черт, нужно было взять еще виды внутренних помещений, и первым идти туда. Хотя Адель здесь была слишком давно, и многое могло измениться.

— Все нормально, — сообщил высунувшийся из портала боец. — Быстро проходите!

Экспедиция влетела в канал галопом, а когда в нем скрылась последняя лошадь, не удержавшись, зашел и я. Прямо передо мной виднелось то, что жена назвала дворцом. Я бы это сооружение назвал замком, только у него не было крепостной стены. Двухэтажное кирпичное строение с небольшими дверями, бойницами вместо окон и полным отсутствием балконов, лепнины и другого украшательства мрачно возвышалась над такими же, только одноэтажными, домами. Недавно прошел дождь, и в покрывавших брусчатку небольшой площади лужах отражалось низкое, забитое облаками небо. Было сыро, холодно и как-то тревожно.

— Быстро ведите лошадей к воротам! — крикнул я американцам. — Сейчас их попробуем открыть.

Дверь, к счастью, никто не запирал, поэтому я прошел коридором на задний двор, осмотрелся и, не увидев опасности, пробежался до ворот. Отодвинуть засов и распахнуть створки было делом одной минуты.

— Действуйте, — сказал я майору Эвансу. — Смотрите, вон там находится конюшня. Сами укроетесь во дворце. С печами и канализацией, я думаю, разберетесь. Только слуг здесь нет, и воду из колодца придется носить самим. Прощайте, майор, сегодня я постараюсь заняться вашим связистом. И будьте осторожны. Герат, сейчас идем в дружину.

Стоявший рядом с американцами маг кивнул и исчез, а следом за ним ушел и я. В качестве опорной точки Герат выбрал задний двор, на котором сейчас, кроме нас двоих, никого не было.

— Не забудьте потом восполнить силы от моего накопителя, — сказал я ему. — Вам сегодня еще работать и работать.

— Спасибо, обязательно воспользуюсь, — поблагодарил маг. — А дружинники на нас уже не реагируют. Прошлый раз сразу сбежались.

— Мне нужно поговорить с Алексеем, а потом вас отправим, — сказал я. — Пойдемте внутрь: ни к чему вам стоять на ветру.

Рассохина я после недолгих поисков нашел в подвале, где он вместе с Филом возился с какими-то ящиками.

— Отдохните оба, — сказал я им после приветствий. — Алексей, у меня к вам очень важный разговор.

— Если важный, тогда пойдемте ко мне, — ответил он. — А ты, Фил, отдыхай, раз разрешили.

— Что с патронами для гвардейцев? — спросил я у майора, пока добирались до его комнат.

— Отправили два часа назад, — ответил он. — И патроны, и немного бронежилетов. А они вернули не только наши жилеты, но еще добавили сотню своих. Так что у меня сейчас только у сорока дружинников нет защиты.

— Скоро будет, — пообещал я. — И у вас, и у стражи. Сегодня всю армию пустим в дело. Как ваши ребята посмотрят на то, что им судьба сидеть здесь?

— А то вы сами не знаете, — усмехнулся он. — Все рвутся в драку и будут… недовольны. Это самое мягкое слово в вашем языке, которое можно применить. Но они уже поняли важность дисциплины и дальше ворчания дело не пойдет.

— Значит, Сигар с ними справится?

— Должен справиться, — уверенно сказал Алексей. — Очень хороший воин и толковый командир. Ребята его уважают.

— Вы подумали о моем предложении? — спросил я. — Пойдете к руководству?

— Зачем вам это нужно? — задал он вопрос. — Война в любом случае закончится раньше, чем вы что-нибудь получите из России. И американцы дадут вам достаточно, чтобы справиться с тварями.

— Знаете поговорку о ласковом теленке? — сказал я. — Но это только один момент. Второй — это то, что мало разбить тех, кто вторгся в наши пределы. Хочу я или нет, но придется наводить порядок у соседей. И чем сильнее у меня будет армия, тем меньше понесем потерь. И с тварями не все так просто и однозначно. Мне недавно напомнили, что одной обороной войну не выиграть. Напомнили по другому поводу, но это можно применить и к тварям. И наконец, у меня есть и внутренние враги. И это не только братство, из-за которого я вынужден вас здесь держать. Наше общество застыло в развитии, и с этим нужно что-то делать. Нельзя же у вас вечно покупать оружие и боеприпасы. У нас под боком целый мир, полный тварей, на истребление которых мне не хватит никакого золота. Значит, нужно как-то развиваться самим. И не обязательно при этом во всем повторять путь земного человечества. Но стоит мне начать резко менять жизнь, и я сразу же столкнусь с сопротивлением. Пока идет война, на многое закрывают глаза. Но она не будет длиться вечно. В любом случае я сейчас без помощи извне не удержусь, а долго играть с Америкой у меня тоже не выйдет. Я ведь не один буду с ними работать. Постепенно многие саи поймут, что стоит только пойти на уступки, и американцы их завалят всем, что только может пожелать большинство. Нас ведь не так и много, поэтому для Штатов это не проблема. Потом за первой уступкой последует вторая… Мы ведь, в сущности, ничем не отличаемся от индейцев и можем очутиться, как они, в резервациях. А Америка приобретет нетронутый мир. Я не думаю, что это многих обрадует, кроме самих американцев.

— Уговорили, — сказал Алексей. — Я попробую. Вы, помнится, говорили о каком-то прикрытии. Что имелось в виду?

— То же, что и у американцев, — ответил я. — Президент России не любит фотографироваться в своей резиденции, но все равно такие фотографии есть. В конце концов, достаточно даже фотографии одного из домов, чтобы высадить штурмовую группу. То же и с парламентом, и с правительством. Мощный взрыв или налет боевиков — какая разница? Американцы это поняли, поймут и ваши. Я никого не шантажирую и ни к чему не принуждаю, просто защищаю своих. Не захотят иметь со мной дела, и не надо! Но своих людей я тронуть не позволю. А если вы к ним пойдете с моими предложениями, станете своим. И что важно, мне никто в ответ навредить не сможет. Хорошая позиция?

— Хорошая для вас, — сказал Алексей. — Для остальных больше подойдет определение "сильная". Когда мне идти?

— В Сан-Антонио сейчас три дня, — посмотрев на дисплей телефона, сказал я. — Значит, в Москве двенадцать ночи. Давайте мы вас отправим завтра примерно в это же время. Попадете в столицу ранним утром. А пока займетесь охотниками. С вами Зарток еще не связывался?