Альмар. Мой новый мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 159

— Я думал, что северяне стали не те, если бросили свои земли и бежали, — сказал Ларг юноше. — Но после этой головы, я вас понимаю и не осуждаю. А вы, Дар, вроде бы преподавали в Академии? Я помню, как вы приходили к отцу.

— Да, милорд, — ответил маг. — Мне нравилось учить студентов, но ваш сын меня убедил, что сейчас есть более важные дела.

Ларг кивнул и ушел в свои комнаты, а мы прошли мимо караула к стоявшей у ступенек повозке. За возчика в ней сидел знакомый мне дружинник.

— Какой ужас! — передернула плечами Адель. — Какой же длины она была?

— Раза в три длиннее этой повозки, — ответил я. — Конечно, без лошадей. А в размахе крыльев — еще больше.

— Я такой еще не видел, — мрачно сказал Серт. — Меньших размеров были, но их убивали только тогда, когда попадали в ловушки. Они все очень похожи, отличаются только размерами и хвостами. У одних конец хвоста похож на что-то вроде весла, а у других на нем растет пучок перьев. Как же вы его убили?

— У нас не одни ружья, есть оружие и посильнее, — ответил я. — Из него эту тварь и завалили. Наверное, перестарались и использовали слишком много зарядов. Но мы с ней столкнулись впервые и боялись, что сможет улететь. Я думаю, граф, что после окончания войны мы вплотную займемся вашим севером и почистим его от тварей, чтобы вы смогли вернуться и нормально жить. Поможете, если я вам дам такое оружие?

— Конечно! — ответил он. — Мы не боимся опасности и борьбы, просто не хочется гибнуть зря. Если это получится, вы всегда сможете рассчитывать на нашу благодарность и поддержку!

— Идет твоя сестра, — сказала мне Адель. — Тоже пригласил полюбоваться? Как раз зрелище после обеда. Если бы мне не было жалко съеденного, точно все вывернула бы в эту повозку!

— Ну и на что здесь смотреть? — спросила Лара, подходя к телеге. — На этого юношу? Ничего, симпатичный! Мама!

— Если захочешь избавиться от обеда, делай это в кустики, — поспешно сказал я. — Мне эту голову отдавать главе города. Верт, сейчас ее у тебя выгрузят, а потом тебе нужно кое-что сделать. Сходи в столовую и найди там двоих темноглазых. Возьмешь их с собой в дружину, только пусть Саймур на всякий случай даст охрану. Спустишься с ними в подвал, в ту его часть, где нет оружия, и возьмете ящики, на которые они покажут. Часть оставите в моих комнатах, остальное развезете в мои покои в северном и южном дворцах.

Я закончил инструктировать дружинника, после чего все поднялись к комнатам магов, где я сдал Дара Эмме.

— Я думаю, что вы, граф, сегодня погостите у нас, — сказал я Серту. — Заодно сходите с нами на похороны погибших стражей.

— Мне рассказала сестра о том, что у вас здесь творилось, милорд, — сказал он. — Для меня такое дико. У нас жрецы — это те, к кому в первую очередь обращаются за помощью. Они и с болезнью помогут, и утешат. Их магия даже немного действует на тварей, и те становятся не такими быстрыми. Плохо только то, что к нам присылают самых слабых жрецов.

— Что у вас все разговоры о магии и тварях! — сказала сестра, бесцеремонно завладев рукой юноши. — Пусть они семейно пообщаются, а я вам, граф, покажу весь наш дворец, включая свои комнаты.

— Я у тебя так и не спросил, женат ли Серт, — сказал я, когда Лара удалилась со своей добычей. — Сестра наверняка нацелилась закончить осмотр дворца в постели.

— Жены у него нет, а любимой… наверное, тоже нет, иначе бы он отказался. Брат не такой мальчишка, каким кажется. Он еще твою сестру так погоняет, что ее потом от него придется отрывать насильно.

— Не вижу в этом необходимости, — сказал я. — Если у них все сладится, буду только рад. Мне твой брат понравился, и если Лара согласится стать графиней Вальшей…

— Ты что, серьезно? — удивилась она. — Так никогда не делали.

— Мало ли чего раньше не делали, — засмеялся я. — Я Ларе, можно сказать, обещал помочь устроить судьбу. Так что теперь дело за ней. Я думаю, что статус она поменяет, вот ваш север ей может не понравиться. Лично я от него был не в восторге.

— Ничего ты не понимаешь, — рассердилась на меня жена. — Ты туда попал в разгар осени, а она у нас, кстати, наступает раньше, чем здесь. Посмотришь на столицу через десять дней. А летом там, знаешь, как хорошо? Нет этой удушающей жары, просто тепло. А какие там сосновые леса! Стволы в два обхвата, а верхушки так высоко, что задевают облака!

— Так уж и задевают, — улыбнулся я. — Фантазерка.

— Ну почти задевают! Подумаешь, немного преувеличила. Я, когда была маленькой, любила бегать в ближайший лес. Не одна, а со слугой, который за мной присматривал. Тогда еще твари были редки, а в лес они вообще не совались. Я ложилась в мягкий мох и смотрела на верхушки сосен и проплывающие между ними облака. Только у нас на севере такое пронзительно-голубое небо, здесь оно какое-то выцветшее. И облака самых причудливых форм плывут и меняются на глазах. Я лежала и загадывала, во что превратиться облачко. Иногда даже угадывала. Знаешь, как летом в наших лесах пахнет хвоей и грибам? А как поют птицы? Раньше пели, потому что твари жрут не только саев и их скот, лесной живностью тоже не брезгуют.

— Очистим мы ваши леса! — пообещал я, обняв жену. — Не знал, что ты у меня такая патриотка. Но это и правильно: родина одна, и ее положено любить.

— Я ее и так люблю, — сказала она. — Но тебе расхваливаю не из-за своей любви, а потому что там на самом деле хорошо. Думаешь, северяне там живут просто от нечего делать? Свободной земли на юге сколько хочешь, но они прикипели к своей. Кирен, а что мы будем делать завтра? Брата я отведу, а потом?

— Выведите оттуда всех рабочих. Палатки они поставили, а остальное доделают сами беженцы. Охотники пусть пока останутся там. Возьмешь у Сигара триста ружей и патроны и все переправишь брату, а охотники пусть покажут, как пользоваться.

— А чем будешь заниматься ты?

— С утра схожу в ангар за американцами и пушкой, а позже нужно навестить Алексея. У него уже должны быть результаты.

— А что такое пушка?

— Это вроде ружья, но вот с таким стволом, — я показал размер ствола руками. — Взял для того чтобы обстрелять дом Гордоя, если он упрется и не пустит дружину. Там такие пули, что нетрудно развалить стены.

— Милорд, к вам прибыл гонец от командующего гвардией генерала Стока, — доложил связавшийся со мной Саймур. — Куда его направить?

— Я уже у своих комнат, — сказал я. — В них и направляй.

— Кто-то связался? — угадала Адель.

— Саймур передал, что прибыл гонец с фронта. Заходи, сейчас все узнаем. Вряд ли Сток посылал бы гонца просто так.

Наверное, гонец и сопровождавшие его дружинники не шли, а бежали, потому что появились почти тотчас же после моего разговора с лейтенантом.

— Разрешите? — приоткрыл дверь дружинник. — Милорд, к вам прибыл гонец из гвардии. Вводить?

— Конечно, — кивнул я. — Что за церемонии?

— Извините, — смутился он. — Лейтенант приказал наблюдать. Оружие-то у него не забрали.

— Сержант Гарт Лажни! — представился рослый и крепкий на вид парень. — Милорд, мне поручено отдать в ваши руки этот пакет!

— Давай, — сказал я, протянув руку. — И скажи своими словами, как у вас идут дела.

— Война выиграна, милорд, — сказал сержант. — Большого сопротивления не было. Темноглазые ушли без боя, и сейчас пытаемся выяснить, куда. Армии, по сути, не было, только много дружин и отрядов ополчения, которые занимались грабежами. Нашего прихода никто не ждал, поэтому мы не столько с кем-то дрались, сколько гонялись за противником. А когда по ним с тыла ударил отряд капитана Сажа, все просто стали разбегаться. В баронских дружинах при этом еще сохранился хоть какой-то порядок, а в ополчении каждый спасался как мог. Сейчас остатки Дарминов истребляет не столько гвардия, сколько те отряды, которые нам дали в усиление.

— А что по трофеям? — спросил я.

— Винтовок захватили мало, — ответил он. — Патронов к ним почти нет. Но того, с помощью чего разрушали стены, взяли много. Еще у пленных находим немало золота и драгоценностей. Вашу долю, милорд, должны отправить с первым же обозом. Но это у нас, а что захватил капитан Саж, мы не знаем. Когда я уезжал, мы еще с ним связи не имели.