Альмар. Мой новый мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 184

— Что они там делают? — задрав голову, спросил Бродер, который первым вышел из кареты. — Неужели мало одной паутины?

Я тоже посмотрел на крышу нового дворца, по которой ползали дружинники.

— Шустрая девица! — прокомментировал я увиденное. — Вон она, видите? Руководит нашими дружинниками. Правы психологи, вряд ли американскому радисту помогали полсотни наших парней. Как бы они не провалили крышу.

— Любуетесь? — спросил подошедший Гожин. — Американцы тоже посмотрели и сейчас грызут себе локти. Почему-то они сюда ни одной своей девицы не прислали. Может быть, просто не нашли красивых?

— Одна, которая ушла в их экспедицию, была очень даже славная, — сказал я. — Только сдвинутая на женском равноправии. Меня за то, что я ее пожалел, обвинила в сексизме. Ладно, хватит говорить о бабах, скажите лучше, куда дели нашего янки.

— Сидит в одной из двух оставшихся свободными комнат и мечтает об успехе своего фильма, — засмеялся Алексей. — Я его фильма не видел, но и так ясно, что карьеру он себе сделал.

— Меня сейчас больше интересует не его карьера, а то, чтобы этот карьерист побыстрее отправился домой. Что с Матвеевым?

— С Иваном? А что с ним может быть? — спросил Алексей. — Посмотрел на картины людского горя, тоже сделал кучу снимков и вволю пострелял. Сейчас сидит в моей гостиной и перечитывает отчет, который уже написал в Верте.

— Давайте всех сюда, — скомандовал я. — И пусть не забудут свои вещи. А мы пока сбегаем за теми американцами, которые гостят у Серта.

Я открыл канал в лагерь, и мы пошли от палатки к палатке, спрашивая встречных саев о темноглазых. Хоть американцы не носили темных очков, это название землян почему-то прижилось и здесь. Много времени на поиски мы не потратили. Когда я последним вернулся к новому дворцу, наши подопечные были в сборе.

— Вас больше, поэтому с вас и начнем, — сказал я американцам, открывая канал в ангар. — Быстрее, парни, не задерживайте!

Они бегом бросились в канал, после чего я его закрыл и повернулся к Матвееву.

— Ну что, Иван Федорович, какие впечатления от поездки?

— Очень противоречивые, — сказал он. — Народ у вас сильный и здоровый, причем я даже на севере не видел бедных, хотя живут там хуже. Твари к нашим динозаврам, по-видимому, никакого отношения не имеют, по крайней мере, те, которых я видел. Но вам от этого не легче, наоборот. Эти явно теплокровные и на них низкие температуры мало влияют. У беженцев фактически нечем обороняться, поэтому многие не дошли. Я там такого наснимал, что большую часть снимков можно показывать только специалистам. Помощь вы получите однозначно. Что вам нужно больше всего?

— Я думаю, что американцы нам добавят палаток, — сказал я. — Но у меня большая часть беженцев пришла без ничего, а впереди зима. До весны мы из-за штормов не сможем даже организовать лов рыбы, а цены на продукты питания уже начали расти. Золото у меня есть, но оно нужно для закупки оружия. Если сейчас не оказать помощь тем, кто остался, побегут и они. Вот тогда будет страшно. Я просто не смогу помочь такой массе народа, а твари потянутся за теплом и уходящим мясом. Я увеличиваю армию, но она еще неготова и слишком мала. А у соседей должно быть еще хуже. Если по доброте душевной подкинете продовольствия и теплых одеял, мы этого не забудем.

— А использовать нашу армию? — спросил он. — Понятно, что не всю, но хоть часть?

— Нет, — отказался я. — Вашей армии слишком много нужно, да и не очень она приспособлена для такой работы. Если сможете помочь оружием и транспортом, помогите, а драться мы будем сами. Я вас могу забросить в три места: склад оружия, помещение, где нас ждала экспедиция, и комната переговоров в Москве. И учтите, что у вас сейчас ночь.

— Давайте последнее, — выбрал он. — Комната под постоянным наблюдением, так что мне в ней ночевать не придется.

— Милорд, — соединился со мной Саймур. — К вам прибыл вольный барон Зак Сольдер.

— Подождите, лейтенант, — ответил я. — Закончу одно дело, тогда поговорим.

Я проложил канал в нужную комнату, и Матвеев, кивнув нам на прощание, ушел в портал.

— Барон Сольдер, — сказал я Бродеру. — Что-то я не помню таких баронов ни среди вольных, ни среди обычных.

— Вы его и не можете помнить, милорд, — ответил он. — Зантор не давал вам знаний по дворянству Дарминии. Неужели он оттуда приехал?

— Возвращаемся, — сказал я. — Завтра идти в Госмар, поэтому будет неплохо узнать у этого Сольдера, что в нем творится. Проследите, Гожин, чтобы Алена здесь не сильно распоряжалась, а то она скоро у вас займет место Дарка.

— Интересно, с чем он приехал, — сказал Бродер, когда наша карета в окружении эскорта выехала за ворота дворца. — Я ожидал, что к нам кого-нибудь пришлют, но не так скоро.

— Удивительно, что так поздно приехали, — возразил я. — Им сейчас труднее, чем нам. Мы примерно в равных условиях, но у нас сильная власть и хорошо вооруженная армия, а у них, скорее всего, до сих пор нет герцога. Огнестрельное оружие если и осталось, то совсем немного, а патроны к нему на деревьях не растут. А с чем приехал… Звать меня на трон Дарминов он не будет, да я бы и не пошел. А вот поинтересоваться тем, как я отнесусь к правлению у них своего брата, могут. Вряд ли моим мнением стали интересоваться, если бы на трон взошел кто-нибудь из их графов. А, может быть, их сильно придавили твари, и это основная причина визита. Ладно, к чему гадать: все равно через несколько минут все узнаем.

— Саймур, — вызвал я лейтенанта. — Где ваш барон? Мы уже подъезжаем к воротам.

— Я его держу в дежурке, — ответил он. — Вы с ним будете говорить в Зале малых приемов?

— Слишком много чести для барона, пусть даже и вольного, — ответил я. — В вашей дежурке и поговорим.

По крыше кареты застучали капли дождя, который почти тут же превратился в ливень, поэтому кучер подогнал ее к ступенькам парадного входа. Здесь нас уже ждал дружинник, который приоткрыл дверцу кареты и передал нам плащи. Через минуту я был в дежурке, в которой помимо лейтенанта находился приехавший барон. Я избавился от мокрого плаща и, мысленно поблагодарив за него Саймура, приказал ему выйти.

— Но, милорд, — запротестовал он. — Я не могу оставлять вас наедине! Этот Сольдер очень силен, к тому же он маг. Кто знает, что у него на уме? Вы с ним вполне можете беседовать мысленно.

— Ладно, оставайтесь, — согласился я и повернулся к барону.

— Я не собираюсь вас куда-то приглашать, — сказал я ему. — И доверять вам нет оснований. Поэтому разговор будет здесь в присутствии лейтенанта. Если он вам мешает, разрешаю общаться мысленно.

— Если вы ему доверяете, у меня тоже нет причин от него что-то скрывать, — вслух ответил Сольдер. — Я к вам приехал не сам по себе, а от тех членов Совета графов, которым повезло уцелеть.

— И много таких уцелевших? — спросил я. — Спрашиваю, чтобы знать, кого вы представляете.

— Двенадцать, — ответил он. — Северянам не до нас, и они давно не участвуют в работе Совета, шесть графов бежали в Гардарию и не собираются возвращаться, а остальные погибли.

— Ничего себе! — удивился я. — Это кто же так выбил ваши графские роды? К нам сами графы не заявлялись, а Салей, насколько я знаю, убил лишь нескольких.

— Власть притягивает, — криво улыбнулся он. — У нас даже некоторые бароны пытались…

— Дальше можете не продолжать, — прервал я его объяснения. — Мало вам было Салея с его темноглазыми и проигранной войны, так вы еще между собой развязали бойню. Ладно, это дело ваше. Говорите, барон, с чем приехали.

— Есть мнение посадить на трон вашего брата…

— Глупое мнение, — жестко сказал я. — Если вы приехали с этим, то зря потеряли время. Герт очень удобная фигура для ваших графов, но в спокойное и благополучное время, а не сейчас! Страна понесла огромные потери, на носу вторжение тварей, а ваши герцоги хотят посадить на трон пустышку. У них, вообще-то, есть ум? Герт враждебно относится ко мне и всем моим начинаниям, поэтому никакой помощи от меня можете не ждать!