Альмар. Мой новый мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 194

— Воздух не такой уж холодный, — крикнул я. — А этот ветер ненадолго. Хорошо, что дождей уже не будет до весны, а ветер можно перетерпеть.

Мы забрались в карету, которая покатила к воротам. За нами на лошадях пристроились дружинники эскорта. Лошади недовольно фыркали и отворачивали морды от ветра, а дружинники подняли воротники курток. Мы не стали заезжать в новый дворец, высадили Алексея у ворот и поспешили домой. Я уже покинул карету и прошел в подъезд, когда вызвал отец.

— Можешь зайти ко мне? Это очень важно.

— Только что приехал, — ответил я. — Сейчас зайду.

Когда я прошел в его гостиную, помимо Хонга с Сардеем в ней находился высокий и крепкий мужчина, напомнивший своей фигурой жреца братства. Судя по уставшему лицу и запыленной одежде, он прибыл откуда-то издалека. Здоровяк закрывался магией и, судя по наличию восьмого центра силы, был жрецом. Такое могли определять только сами жрецы, ну и мы теперь. Но и он во мне увидел силу жреца и растерялся. Я прошел в кабинет Ларга и увидел его у окна с какой-то бумагой в руках.

— Прочитай, — сказал он и протянул ее мне. — Это письмо от дяди.

— Это не письмо, а ультиматум, — сказал я, прочитав короткую записку. — Меня убьют, жену тоже убьют, моим магам… ну это вообще противно читать. Это послание передал тот жрец, который торчит в гостиной?

— Почему жрец? — спросил отец. — Он представился нашим дворянином с границы. Передали пакет и оплатили доставку. Обычное дело.

— Это хорошо, что он скрыл свою суть и вам солгал, — сказал я. — Раз он не парламентер, то с ним будет совсем другой разговор.

Я положил записку на стол и вышел в гостиную. Первым делом я лишил жреца магии, а потом дал мысленный приказ Хонгу. Гном обладал громадной силой, поэтому вырубил жреца с первого удара, после чего снял с его штанов пояс и принялся сноровисто связывать руки.

— Что думаешь с ним делать? — спросил выглянувший из кабинета отец.

— Если бы я боялся угроз Гордоя, я бы с ним совсем не связывался, — сказал я отцу, одновременно через Саймура вызвав дружинников. — Поэтому ничего он не получит. Если бы этот тип представился его доверенным лицом, я бы его отпустил, только не здесь, а на границе, куда отправил бы под охраной. Но он соврал, поэтому лишился неприкосновенности. Это один из моих врагов, а с врагами я церемониться не собираюсь. Отдам его Эмме, может быть, ей удастся прочесть в его голове что-нибудь полезное. А потом используем это тело для нужного мне человека. А дядя пусть ждет ответа, чем больше пройдет времени, тем лучше. Скоро ему будет не до меня.

— Тебе виднее, — вздохнул он. — Только береги жену и будущего ребенка. Теперь ей для охраны двух дружинников будет мало.

— Охрану увеличим, — пообещал я. — И сделаем так, что на дружинников не будет действовать магия жрецов. Наверное, этим займется барон Ольт — это его прямая обязанности. Дружинников много, поэтому охрану будем увеличивать всем.

Вошедшие дружинники поклонились отцу, подхватили связанного жреца и выволокли его в коридор. Я вышел следом и прошел за ними к комнатам Эммы.

— Кто это? — спросила она, наблюдая, как дружинники приматывают жреца к одному из стульев ее гостиной.

— Посланник Гордоя, — пояснил я. — Но представился мелким дворянином с нашей границы. Привез мне ультиматум насчет алтаря. Если я его верну, то, может быть, убьют сразу и безболезненно. В противном случае буду долго мучиться и не один, а в большой компании.

— Я в этой компании буду? — спросила она.

— А ты как думаешь? Охрану всем увеличим и в качестве охранников возьмем наших магов из дружины и прогоним всех через алтарь. А ты будь осторожней. Через месяц Гордою будет не до алтаря. Но это мстительная гадина, поэтому не будем расслабляться. А у жреца нужно покопаться в голове. Наверняка ему известны хотя бы атакующие воздействия. Нам тоже не помешает их знать. Потом ему нужно будет стереть личность.

— Еще один старец? — спросила она.

— Что-то вроде того, — ответил я и повернулся к зашедшей в гостиную Алене. — Что сделала круглые глаза? Никогда не видела преступников? На этого можешь посмотреть, он тебя не укусит. Не бойся, через пару часов его уберут, так что он тебе спать не помешает.

— А что он сделал? — с любопытством спросила она.

— Пока еще ничего, — ответил я. — Но если бы его не схватили, убил бы меня, мою жену, Эмму, ну и еще кое-кого. Говорю потому, что кое-кто у нас слишком доверчивый и наивный. Тебе, Алена, нужно быть осторожнее. Любой жрец увидит у тебя силу бога, а это уже достаточный повод для убийства. А ты сейчас ни защититься, ни ударить не сможешь. Лучше бы тебе уехать в дружину. Не хочешь? Тогда, по крайней мере, старайся далеко не удаляться от Эммы. У нас все под охраной, а у тебя ее нет. И ты весь день мотаешься бог знает где, никого не ставя об этом в известность. Мне не хочется тебя хоронить и еще меньше хочется отвечать за твою смерть перед крутым дедом. И заметь, что я тебя на алтарь не тянул, сама забралась.

Я вышел в коридоре, где столкнулся с Гератом.

— Хотел зайти к Эмме, — пояснил он.

— Лучше зайдите позже, — сказал я. — У нее срочная работа.

— Вы к себе, милорд? — спросил он. — Я почему спросил… Давайте я вас немного провожу, заодно и поговорим. Можно пообщаться мысленно, но лучше так. У меня сегодня было свободное время, и я решил пройти в кабачок на Круглой площади. Раньше, когда у тройки были только обязанности и почти не было работы, я в него частенько захаживал. Понятно, что не пить, а просто пообщаться с интересными личностями, которые там частенько собираются за кружкой пива. Посидишь, послушаешь, а иной раз и сам скажешь что-нибудь умное. В этот раз я тоже услышал немало интересного. Кто-то очень умело настраивает против вас горожан. Основная мысль всех пересудов следующая. Вы вытягиваете золото из дворян и купцов, запугивая всех северными тварями. Наличия таких тварей никто не отрицает, просто пытаются внушить, что их очень мало. Мол, тридцать лет северяне с ними справлялись, справятся и сейчас. Я одной компании напомнил о сбежавших северянах и услышал, что это вы подбили сбежать своего родича графа Вальша, а потом поделились с ним золотом. Во второго графа они не верят и даже не захотели меня слушать. Голова дракона, конечно, страшная, но такой дракон был один на весь север. Я думаю, что такие разговоры ведутся не только в столице. Не удивлюсь, если эти слухи распространяют даже по деревням. Многие графы и раньше были вами недовольны, а теперь вы еще заставили их платить. А уцелевшие бароны с запада обвиняют вас в том, что из-за бездействия власти они лишились своих замков и родни. Я бы не стал оставлять такое без внимания.

— Я поговорю с бароном Ольтом, — сказал я. — Спасибо за предупреждение.

— Это еще не все, — нерешительно сказал он. — Понимаете, милорд, если вы сейчас перебьете всех тварей на севере, то здешним саям потом уже никто не докажет, что вы их спасли. На севере у вас будет сильная поддержка, но северяне у нас никогда не пользовались большим влиянием. Да что там влияние, их даже не уважали. Не знаю, откуда пошло такое отношение, но это уже традиция.

— И вы полагаете, что местных нужно пугнуть?

— Я думаю, что это не помешало бы, милорд! — решительно сказал он.

— Интересная мысль, — задумался я. — Еще раз спасибо. И имейте в виду, что на нас могут наехать жрецы, поэтому с завтрашнего дня вашу охрану усилим.

— Алтарь? — догадался он. — Быстро они отреагировали.

— Гордой прислал интересное письмо, — сказал я. — Пишет, что за кражу алтаря с меня живого сдерут шкуру, а если я его не верну, сдирать шкуру будут со всех вас. Но я в его списке буду по-прежнему числиться на первом месте.

— Я бы на вашем месте не относился к этому так легкомысленно, — мрачно сказал маг. — Не стоит ждать, пока ваш дядя нанесет удар. У него здесь огромные связи и авторитет посильнее вашего. Нужно не ждать, а ударить самим! Прогнать дружинников через алтарь, а потом вывести всех в Госмар к Главному храму… У вас были такие штуки, выстрел которых крушит стены. Потребовать выдачи Гордоя, а когда не отдадут, сравнять храм с землей. Горожане не сунутся, а графские дружины… Сами говорили, что им все равно умирать. Если кого и принимать, как беженцев, то только крестьян и мастеровых, а графов у нас своих хватает! И еще можно принять северян, гнили в них нет. Только из них вряд ли многие спасутся.