Альмар. Мой новый мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 38

— Дядя Салея не так давно умер, милорд, — сказал Верт. — Первый жрец Главного храма тоже мертв. Точной причины никто не знает, да и опасаются об этом болтать, но совершенно ясно, что оба убиты. Я слышал, что кто-то напал на жреческое братство, находящееся неподалеку от столицы, и полностью его уничтожил. Если это правда, то жрецы на время притихнут.

— Наследника должен признать совет графов, — вспомнил я. — Он собирался?

— Совет не обязательно собирать сразу, милорд, — вмешался барон Ольт. — По обычаю это делают в течение года. Пока Салей этого не делал, а у графов нет оснований для вмешательства, потому что новый герцог их права не ущемляет.

— С семьей мне почти все ясно, — сказал я. — Какая позиция бывших сановников Орина и магов его тройки? Неужели все промолчали?

— Кто не стал молчать, тот попросту исчез, как исчез первый маг тройки Серг, — ответил мне Верт. — Как оказалось, Салей сам очень сильный маг. До сих пор Дарминам удавалось это скрывать.

— Расскажи о чужаках, — подтолкнул барон Верта. — Милорд, в окружении Салея появилось много чужаков, как две капли воды похожих на тех, кого вы убили. Только все они скрывают глаза такими же темными стекляшками, какие иногда надевает принцесса.

— Они не только в окружении нового герцога, — сказал парень. — Они же заправляют дворцовой стражей и гвардией. Несколько таких же сидят в городской страже Госмара и направляют ее работу. Когда я пробирался к южному тракту, то среди конных гвардейцев тоже видел этих со стеклянными глазами. Гвардейцам претило в нарушение традиций перекрывать тракт, поэтому чужаки следили, чтобы они строго выполняли приказ.

— Наверное, их боялись не из-за стеклянных глаз? — спросил я. — Было у них какое-то особое оружие?

— Они очень хорошо умеют убивать, — сказал Верт. — И не останавливаются перед убийством. Но как они действуют, я не знаю. Не было у меня, милорд, возможности для прогулок. Что видел сам и узнал при помощи золота, то и привез. Да, граф, с которым я говорил, сказал, что у герцога Салея появился новый советник. Низкий и щуплый с закрытыми черным стеклом глазами. По словам графа, бывшего казначея повесил именно он.

— Вот что, господа! — сказал я своим гостям. — Мне нужно подумать, а результатами таких раздумий могут стать новые вопросы. Тогда мы с вами и поговорим. А пока возвращайтесь к себе в службу. Что у вас с рукой, кавалер?

— Когда убегал, попали стрелой, — пояснил Верт. — Все время подлечивал магией, но из-за грязи, отсутствия пищи и тряски так до конца не долечил.

— Это кстати, — сказал я. — Я передам о вас Верховному жрецу Гордою и скажу, что вы ранены. Пусть присылает к нам в службу своего человека, а вы ему расскажите все, ничего не скрывая. Не хотелось бы мне посылать вас в храм: уж больно непредсказуемо работают мозги у наших жрецов. Могут вас наградить за ценные сведения, а могут бросить в подвал, чтобы не распускали слухи. И второй вариант нас не устраивает.

Глава 11

Я простился с бароном и его агентом и перед тем, как немного отдохнуть, решил связаться с Ларгом и вкратце рассказать ему новости из Госмара. Я не успел сказать ничего.

— Зайди ко мне! — приказал он, как только я вышел на связь.

— Придется идти к Ларгу, — сказал я Адели. — Хотел рассказать новости, а ему приспичило видеть меня лично. Чем будешь заниматься?

— Ждать тебя! — она подошла и поцеловала меня в губы. — Возвращайся побыстрей. Мне тревожно, когда ты ходишь к отцу. Если бы он был тебе настоящим отцом, я бы и тогда переживала, а сейчас волнуюсь и подавно, какие бы правильные слова ты ни говорил о своей нужности. У правителей даже к собственным детям совсем другое отношение, чем у остальных. Иди, не стоит его заставлять себя ждать.

Я вышел в коридор, никого не увидел и припустил бегом. Буду эту пробежку считать частью разминки перед занятиями с мечом. У Ларга меня ждал сюрприз в виде Верховного жреца.

— Не ожидал? — спросил меня Гордой.

— Я не гадалка, ваша благость, — ответил я ему. — Но ваше присутствие очень кстати. Я все равно собирался с вами связаться из-за прибытия нашего агента из Госмара.

— Где он, Кирен? — нетерпеливо спросил Ларг. — Да садись же! Или ты ждешь специального приглашения?

— Я учту, отец, — кивнул я, заметив, как при этих словах слегка скривились губы жреца. — Агент ранен стрелой, а при бегстве условий для излечения не было, вот рана и воспалилась. Я отправил его вместе с бароном в службу, чтобы им занялись маги, и предупредил, что в ближайшее время может зайти кто-нибудь из жрецов.

— Ну и что тебе рассказал этот сай? — спросил Гордой.

— Значит, вы, дядя, разрешаете мне в семейной обстановке обращаться к вам на "ты"? — спросил я его, не отвечая на вопрос. — Отец, у нас уже был разговор на эту тему.

— Да, я помню, ты рассказывал, — сказал Ларг. — Прекращай выяснять отношения и говори по существу.

— Если по существу, то все очень плохо, — вздохнул я. — Госмар забит чужаками, вся наша агентура схвачена, и уцелевший агент видел повешенными несколько своих товарищей. Власть от герцога Орина перешла к его сыну, который сейчас верховодит на пару со своим новым советником. Нужно говорить, что он тоже чужак?

— Я не верю тому, что Орин отдал власть мальчишке, — насмешливо сказал Гордой.

— Ну и зря, — сказал я ему. — Герцога Орина больше нет. Вместо него теперь трясущийся старик, выпрашивающий у сына очередную дозу… даже не знаю, как это назвать. Нет в вашем языке подобных слов.

— Возьми его из своего языка, — сказал переставший улыбаться жрец. — Я это как-нибудь вытерплю.

— Есть такие вещества, которые у нас называли наркотиками, — начал объяснять я. — При их приеме человек получает уйму приятных эмоций или переживаний. Но есть два неприятных момента. Первый заключается в быстром разрушении тела того, кто эти наркотики принимает, а второй — в привыкании к ним. Просто бросить уже не получается, можно сдохнуть от ломки или сойти с ума. Причем необходимое количество наркотика все время растет. Сейчас Орина не интересует вообще ничего, кроме получения очередной дозы этой отравы. А Совет графов Салей может не созывать еще год. Кстати, как оказалось, он очень сильный маг.

— И почему не вмешался Фортен? — сердито сказал Гордой.

— Верховный жрец убит, Первый жрец Главного храма — тоже. Кроме того, по слухам, полностью уничтожено жреческое братство неподалеку от столицы.

Вот тут Гордоя проняло.

— Кто еще убит? — спросил он. — Рассказывай все!

— Наш человек еле успел скрыться, после чего отсиживался в городском дне, — сказал я. — Кое с кем встречался и платил за сведения, но многого он сам не знает. Сановники Орина разбегаются, некоторых из них казнят. Как говорят, новый советник собственноручно казнил казначея. В страже и гвардии все контролируют чужаки. По приказу Салея был перекрыт южный тракт, поэтому наш человек уходил предгорьями.

— Как они прячут свои глаза? — спросил Ларг. — Или не прячут?

— Прячут, — ответил я. — Есть такие очки с темными стеклами. Я ими сам пользовался, когда ходил в свой мир в этом теле. Эти очки применяются для защиты от сильного солнца, поэтому их ношение летом не вызывает подозрения. Я подарил такие Ларе и своей невесте. И еще в сумке валяются несколько штук.

— Я их видел у дочери, — сказал Ларг. — Но при отсутствии сильного света они почти прозрачные.

— Они бывают разные, — пояснил я. — У чужаков такие, которые скрывают глаза постоянно.

— Что сюда могут притянуть? — Гордой смотрел на меня с такой ненавистью, что мне поневоле стало не по себе.

— Не буду я вам отвечать, — отвернулся я от него. — Я пытаюсь помочь, а вы меня ненавидите, как будто это я проковырял дырку в свой мир и устроил всю эту заварушку! А я здесь пострадал больше всех!

— Не хочешь отвечать ему, ответь мне, — сказал Ларг. — Меня этот вопрос тоже интересует.

— Притащить можно много такого оружия, которое позволит Салею шутя захватить всю Ахрамию, причем всего с парой сотен бойцов, — сказал я ему. — Но у нас это оружие тоже на дороге не валяется. Нужны деньги и нужны связи, которые тоже можно купить.