Альмар. Мой новый мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 44

— Кирен дело говорит, брат, — сказал Ларг. — Если Дармины…

— Я должен сначала убедиться в том, что этот агент нам не наврал, — хмуро сказал Гордой. — Я вчера отправил в Госмар своих жрецов. Двое поехали по южному тракту с купеческим караваном, а еще троих повели предгорьями охотники. Жаль, что из-за тварей нельзя пройти северным трактом. Там такие дикие места, что можно скрытно провести армию. Не позже чем через десять дней они должны вернуться, тогда у нас будут достоверные сведения.

— Если перекрыт южный тракт, может быть, есть смысл самим покараулить в предгорьях? — предложил я. — Это сейчас единственный путь между нами и Госмаром, а нашим врагам тоже нужно поддерживать связь. Если поймаем гонца, можем многое узнать.

— И кем ловить? — спросил Ларг. — Гвардейцами?

— Там много охотников? — спросил я. — Может быть, объявить награду за поимку всех, кто сейчас шляется в предгорьях на нашей границе? Там ведь есть хоть одно баронство? Вот пусть тамошний барон подзаработает с помощью своей дружины.

— Только после проверки моими жрецами! — отрезал Гордой. — Если все подтвердится, можно будет закрыть границу и хватать нарушителей. Сейчас там на законных основаниях кого только нет. Те же охотники, лесорубы и крестьяне пограничных баронств, причем с обеих сторон. Там граница — вообще понятие условное. Если мы ее будем перекрывать, дам жрецов братства.

— Кто бы мне дал оборотистого сая, знакомого с местным делопроизводством и вашей канцелярией? — спросил я, глядя на Ларга. — Я, конечно, такого найду и сам, только пока на это совсем нет времени.

— Постараюсь помочь, — ответил Ларг. — Но это только к завтрашнему дню.

— Я еще раз хочу просить разрешения жениться на Адели! — обратился я сразу к обоим. — Она хочет родить от меня ребенка, и я склонен пойти ей навстречу. И потому, что люблю, и потому, что со мной в любой момент может случиться все что угодно. И ребенок, кстати, будет Ольмингом без всяких скидок!

— Это она придумала? — спросил Ларг, переглянувшись с Гордоем. — Я же говорил, что она умная девочка. Когда ты уходишь?

— Дней через пять. А послезавтра я уже буду знать всех дворян Ольмингии.

— Через три дня, — сказал мне Ларг. — Брат, все проделаем в твоем храме. А гостей соберем только самых ближних. Когда разойдется слух о попытке отравления, все такую скромную свадьбу поймут правильно.

Они меня отпустили и, пройдя гвардейский караул, я столкнулся с Гертом.

— Опять ты меня спас, — сказал он мне. — Спасибо.

— Пожалуйста, — ответил я. — Только в этом нет моей заслуги, просто случайное стечение обстоятельств. Если бы не этот голодный мальчишка, мы бы все уже были мертвы. Но барон примет все меры к тому, чтобы такое больше не повторилось.

— Что говорит дядя? — понизив голос, спросил он.

— Твой дядя это… — не найдя слов, я постучал кулаком по деревянной обшивке стены коридора.

Как ни странно, но он меня понял правильно.

— Да, он очень упрям, — сказал Герт. — И ему страшно не хочется верить в то, что ты рассказал. Понимает, что, скорее всего, все так и есть, но понимает умом, а сердцем признать не хочет.

— Да все я понимаю! — в сердцах сказал я. — Не вышел бы нам только всем боком его раздор между умом и чувствами! Ладно, на мои планы это все равно никак не повлияет. Ты хоть поел?

Первый раз я назвал Герта на "ты", и он это обращение воспринял нормально.

— Поел, конечно, хотя какой обед без мяса! Но его сегодня приготовят на ужин.

— Ты не мог бы мне помочь? — спросил я, решив воспользоваться улучшением в наших отношениях. — Понимаешь, я ничего не могу сделать без надежных, преданных людей, которым можно было бы дать поручение и быть уверенным, что они его выполнят. Не знаю, были ли такие люди в окружении твоего брата, но я сам ими обрасту еще не скоро. Сам видишь, что у меня со свободным временем. Отец обещал присмотреть для меня секретаря, но одного человека мне мало.

— А кто тебе нужен конкретно? — спросил он.

— А мне все нужны, — ответил я. — Пойми, что уйма сведений, которые в мою бедную голову запихнул Зантор, еще не делают меня знатоком этого мира. Я учусь фехтованию, но это всего лишь умение драться. Мне не помешает помощь профессионального военного, потому что я понятия не имею о том, как у вас воюют. Купечество это не просто товары и деньги, это свой особый мир, который без посторонней помощи не изучишь со стороны. И так во всем. Много ли мне даст учеба у Зантора, если я запоминаю в основном только внешний вид и имена дворян? О каждом он говорит всего две-три фразы. А ведь это живые люди, о каждом из которых можно говорить часами. Сам Зантор знает всех и мог бы быть идеальным советчиком, но ты же видишь, что у него уже ни на что не хватает сил.

— Друзей у тебя не было, — сказал Герт. — Не было даже приятелей. Ты всех сторонился, начиная с четырнадцати лет. Одно время у тебя были очень хорошие отношения с сестрой, но три года назад…

— Да, я знаю, — перебил я брата. — Зантор вчера рассказывал все, что он обо мне помнил.

— У меня есть несколько друзей, — задумался он. — Но они все наследники и заняты в управлении имениями. Мотаться по другим мирам и рисковать собой им не позволят их отцы. Я их сам уже давно никого не видел. Вспомнил! Есть один граф… Он нам родственник, хоть и очень дальний. Зовут его Олес Зарток.

— Был такой, — кивнул я. — Сто двадцать пять лет, живет отдельно от семьи. Умен, но любит поиздеваться над другими, особенно если они ему чем-то не нравятся. Очень неуживчив, поэтому перессорился со всей родней, включая собственных детей и внуков. И ты думаешь, что он мне окажет помощь?

— Это тебе его так охарактеризовал Зантор? — спросил Герт. — Видимо, они из-за чего-то сильно повздорили. Понимаешь, это сложный сай с кучей недостатков, но у него есть и немало достоинств. Графу, как и тебе, не все нравится в нашей жизни, из-за чего у него даже были неприятности с храмом. И чудит он больше от безделья и непонимания близких людей. Если ты его заинтересуешь, польза может быть большая. Он энергичен и, в отличие от тебя, не понаслышке знает большинство дворян и сможет дать дельные советы по очень многим вопросам. Да он тебе и саев найдет, скажи только для чего они нужны. И я думаю, что тебе его будет несложно заинтересовать. Только будет лучше, если ты не вызовешь его сюда, а съездишь к нему сам. Можешь взять с собой Адель, а то она сидит безвылазно в ваших комнатах. Ты чем сейчас думаешь заниматься?

— Думал заняться одеждой для похода в мой мир, — ответил я. — Но это много времени не займет. Нужно будет еще позаниматься магией, но это я сделаю вечером.

— Тогда, если ты не против, я с ним свяжусь и попробую договориться о визите, а потом сообщу результаты.

Расставшись с Гертом, я поспешил вернуться к Адели. Любимая ждала меня, сидя в спальне на кровати. Выглядела она неважно. Я сел рядом и обнял прильнувшую ко мне девушку.

— Вот надо тебе было со мной связываться? — шутливо сказал я. — Была такой веселой и беспечной, а сейчас грустная и подавленная.

— Я впервые столкнулась со смертью вот так близко, — сказала Адель. — Я не была на месте гибели родителей, да и то, что от них осталось, в замок не привезли. Умирали знакомые, но я об этом узнавала уже потом. А тут этот юноша полдня трепал мне нервы, а потом вдруг упал на стол и умер. И эта дурочка Элиз, которой было всего пятнадцать лет! Я ведь всех просила ничего не есть!

— Я постараюсь, чтобы те, кто это сделал, понесли наказание, — пообещал я. — А барон сделает все необходимое, чтобы такое никогда не повторилось.

— Да, я знаю, — сказала она. — Только это никому не вернет жизнь.

— То, что ты сейчас киснешь, и подавно никому не поможет, — сказал я. — Выше нос, у меня для тебя хорошие новости. Прежде всего, через три дня наша свадьба!

— А ребенок? — спросила она. — Ты над этим думал?

— Ты еще сама ребенок, — вздохнул я. — Я бы отложил это дело на пару лет, но если ты так настаиваешь, я не буду против.