Альмар. Мой новый мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 64

— Идем, — решил я не ждать. — Применим магию и раньше сядем работать. Времени у нас много, но дома волнуются, поэтому лучше все сделать раньше.

В кафе, помимо мывшей полы уборщицы, уже сидел за компом парень, который здесь работал с клиентами. Моя магия оторвала его от компьютерной игры и заставила запустить для нас одну из клиентских машин.

— Сейчас найдем все, что нам может сегодня потребоваться, — сказал я Герату, запуская поисковик. — Вот это и есть компьютер. Начнем со знатоков Японии.

На поиски по объявлениям мне потребовалось всего минут десять. Запомнить все необходимое с моей памятью было нетрудно. Трудно оказалось оттащить от компьютера мага.

— Если мы после всего еще будем ходить в этот мир, сможете на нем поработать, — сказал я ему. — А если не будем, то не стоит себя растравливать. Не стоит здесь задерживаться, лучше попытаться застать нужных нам людей с утра.

Первым поехали к "японцу". Деньги были, поэтому остановили таксиста, который отвез нас по нужному адресу за двадцать минут. Я уже мог оценить время, потому что заскочил в открывшийся магазин и купил дешевые электронные часы. Барахло, конечно, но мне пока ничего лучше не требовалось. В доме "японца" тоже был домофон, но без камеры, поэтому я смело позвонил по нужному номеру. Вид у нас по-прежнему был еще тот, но сейчас я не собирался церемониться и хотел сразу же применить магию.

— Кто? — послышался короткий вопрос из динамика.

— Мы к вам по объявлению по поводу перевода с японского, — ответил я. — У нас довольно много текстов, только качество перевода должно быть высоким.

Нам открыли сначала вход в подъезд, а потом и в квартиру, расположенную на первом этаже. Магией я на хозяина при этом не действовал, просто не успел.

— Проходите в комнату, — сказал он, внешне никак не отреагировав на нашу одежду. — Снимайте обувь и под зеркалом берите тапочки. А можете идти так: тепло и везде ковры.

"Японец" мне понравился. Симпатичный такой мужчина лет пятидесяти с хорошо уложенной прической, да и сам он был весь какой-то ухоженный, что ли. Видно было, что человек следит за своей внешностью.

— Андрей Иванович? — спросил я. — Значит, мы попали правильно. Скажите, пожалуйста, вы сами когда-нибудь бывали в Японии? Как у вас со знанием этой страны? Или все ограничивается только знанием языка?

— Не просто бывал, а долго работал в консульстве сначала в Осака, а потом в Токио, — ответил он. — Нельзя узнать язык народа, не пожив с ним какое-то время. Это особенно верно в отношении народов с совсем другой культурой.

— Начинайте с языка, — сказал я Герату, беря хозяина под контроль. — Андрей Иванович, скажите, пожалуйста, несколько фраз по-японски.

Он с минуту что-то говорил, пока маг не сказал, что ему этого достаточно. На язык ушло всего десять минут, после чего я попросил вспомнить достаточно безлюдные места в Токио.

— Я запомнил пять картинок, — сказал мне Герат. — Думаю, этого хватит.

— Андрей Иванович, не скажете, что это такое? — спросил я, отдав ему лист с изображением с тела ниндзя.

При этом я почти полностью снял контроль, вернув хозяину естественность поведения.

— Увлекаетесь синоби? — спросил он. — Странно. Ваш рисунок очень похож на герб Фудзибаяси Нагато. Был такой легендарный полководец и лидер синоби провинций Ига и Кога. Я в свое время увлекся этим периодом истории Японии.

— А могут там появиться настоящие Ниндзя? — спросил я. — Я заглянул в Интернет, но не нашел ничего определенного.

— При желании нетрудно возродить это искусство, — ответил он. — Сохранилась книга Бансенсюкай, в которой описаны все их приемы. Конечно, того мастерства уже не будет, потому что настоящих синоби готовили с детства и ниндзюцу было для них не увлечением, а образом жизни. Все это в Японии овеяно ореолом романтики, поэтому желающих заниматься найти можно. А почему вас это интересует?

— Дело в том, что кто-то уже нашел желающих и очень усердно с ними занимается, — сказал я. — И не просто учит, но и использует по прямому назначению. А на теле такие вот наколки. И это не наши азиаты, а именно японцы.

— И где же это происходит? — спросил он. — Не хотите отвечать… Ну что же, вы меня удивили, но в таких вещах я вам не помощник. Если подобное идет из Японии, в Японии и нужно искать. Для начала обратиться хотя бы в столичное управление полиции. Если удастся их заинтересовать, могут оказать реальную помощь.

— Уходим, — сказал я Герату. — Память о нашем визите я ему почистил, а все необходимое уже узнали. Теперь идем нормально одеваться.

Примерно через час нас было не узнать. Строгие черного цвета костюмы, белоснежные рубашки, галстуки и туфли — не мужчины, а мечта любой женщины. Больше всего провозились с обувью. Для наших ног, привыкших к свободным сандалиям или мягким мокасинам, все туфли были чем-то вроде испанского сапога. Лишь в третьем по счету магазине нашли более или менее широкую обувь.

— Пойдут, — решил я. — Не морщитесь, Герат, это ведь кожа, причем хорошая. Они еще разносятся. Мы с вами уже достаточно экипированы для засады у американского посольства.

Засада это, конечно, слишком громко сказано. Мы приехали к американскому посольству на такси и сразу же разговорились с подходившим к нему вторым секретарем Николасом Симмонсом. Никакого внимания мы к себе не почувствовали, поэтому действовали свободно, не опасаясь слежки. Хорошая порция магической симпатии сделала свое дело, и он согласился отойти в сторону для разговора. Сначала, как и в случае с "японцем", я его взял под контроль, а Герат позаимствовал знание английского, после чего я ослабил контроль и подтолкнул мысли Николаса в нужном нам направлении. Это оказалось несложно, поскольку он фанатично любил оружие и держал в своем доме в Арлингтоне больше десятка стволов. Он нам рассказал о нескольких оружейных магазинах, и Герат запомнил для каждого из них опорные картины.

— Если вам нужно много оружия, — с жаром говорил Николас. — Можно его заказать в любом из этих магазинов, но лучше не полениться и съездить в Лейкленд. Там самая большая оружейная ярмарка на юго-востоке. Можно без всяких формальностей купить почти все, в том числе и многие образцы армейского оружия.

— Послушай, Ник! — хлопнул я его по плечу. — Спасибо, конечно, за то, что помог. Но ты меня выручишь еще больше, если скажешь, где можно продать золото, не мороча голову с формальностями и налогами.

Я на него потратил столько силы, что сейчас Симмонс был готов отдать мне все, что у него было, включая жену и дочь, поэтому надеялся, что он что-нибудь подскажет, но американец замолчал, и я уже решил, что с продажей золота мы от него помощи не добьемся. Слава богу, я ошибся: немного подумав, он продиктовал телефонный номер.

— Этот человек поможет тебе продать все, — сказал он. — И цену даст такую, что жалеть не будешь. Но смотри, Алекс, не пытайся его обдурить. Он ведет дело честно и обмана не простит. И это не тот человек, которого стоит обманывать: руки у него длинные.

Еще раз похлопав американца по плечу и стерев ему память о нашей встрече, мы удалились, оставив его на тротуаре приходить в себя. Самое главное было сделано, осталось доделать совсем немного.

Глава 18

Поначалу тренер на меня впечатления не произвел. Невысокий и коренастый с ежиком светлых волос, курносым носом и брежневскими бровями — он не выглядел ни сильным, ни быстрым. Но, судя по обозначенным в объявлении гонорарам, сам он о себе был совсем другого мнения.

— Значит, кунг-фу, — спросил я, без приглашения усаживаясь в кресло. — А почему?

— Потому что модно, — откровенно ответил он. — Могу обучить и другому стилю. Вы, вообще-то, чего добиваетесь?

— Мне нужно максимально быстро научиться сворачивать шеи сильным, но незнающим рукопашного боя мужчинам, — тоже откровенно сказал я. — Сил у меня достаточно, реакция очень хорошая, но ничем, кроме бокса, не занимался, да и его давно бросил.