Песня на двоих - Панкеева Оксана Петровна - Страница 73

– А куда теперь?

– Думаю, нам стоит вернуться в отель, расплатиться за погром в номере, а потом все-таки купить бутылочку вина и отдохнуть после тяжкого трудового дня. Завтра поединок, а до него надо будет еще отчитаться перед королем.

– Можно подумать, там и вправду будет поединок! – фыркнул Мафей.

– Прошибать шкафы и ставить торчком пол мы, конечно, не будем, но отдохнуть все равно надо.

Коварная судьба безжалостно скорректировала возвышенные мечтания товарища Кантора об отдыхе и бутылочке. Когда они вернулись в номер (предварительно дождавшись, пока прогорят дрова, и откушав по две чашки кофе), там стояли торчком не только полы, но также весь наличный персонал и с полдюжины сотрудников департамента Безопасности во главе с начальником. Работники отеля, уже избавленные от «волны смятения», но все еще растерянные и насмерть перепуганные, вытянувшись по стойке «смирно» перед грозным министром, пытались объяснить, что здесь произошло и куда делись постояльцы. Господин Флавиус был нездорового бледно-желтушного цвета, и его обычно ровный, внушительный голос более напоминал хриплое шипение простуженной гадюки:

– Вы отдаете себе отчет, что с вами всеми будет, если его высочество не отыщется в ближайшие полчаса? Или вы решили надо мной поиздеваться? В номере бились два мага, и никто ничего не видел, не слышал и не помнит, чем все кончилось и куда все делись? Так, может, мне пригласить своих специалистов по прочистке памяти?

Кантор немедленно ощутил желание смыться отсюда подобру-поздорову, пока господин Флавиус его не заметил. Но без Мафея куда-либо смыться не представлялось возможным, а его пропавшее высочество, поискам которого так усердно предавался глава департамента, и не подумал трепетать или раскаиваться.

– А что это вы тут делаете? – как ни в чем не бывало полюбопытствовал он. – Мы вроде подкрепление не вызывали…

Железный Феликс не дрогнул, только цвет лица его на глазах поздоровел.

– Рад вас видеть, ваше высочество, – прошипел он. Спохватился, прокашлялся и уже нормальным голосом продолжил: – А где же в таком случае преступник?

– Э-э… Видите ли, мэтр Алехандро… он… как бы это сказать точнее… Он не преступник… То есть не совсем преступник…

– Он скорее жертва, – быстро поддакнул Кантор.

– Да-да, – подхватил Мафей. – Жертва шантажа и вымогательства.

– Он действовал под принуждением…

– Его обманули…

– Прошу тишины, – перебил обоих господин Флавиус – Не говорите наперебой. И, раз уж вы нашлись, разговор следует продолжить в более подобающем месте. Свидетели свободны, подозреваемую оформить и передать в департамент Порядка.

– А… а вот это… все? – обводя рукой комнату, выдавил владелец отеля, для которого убытки оказались страшнее, чем грозный взор министра.

– Корона оплатит, – отрезал глава департамента и обернулся к постояльцам: – Собирайте вещи. Через полчаса я жду вас в приемной его величества.

«Отдохнули, мать вашу разэтак!» – огорченно подумал Кантор, но перечить господину Флавиусу не осмелился.

К тому времени, когда они явились в королевскую приемную (точно в срок, без опоздания, даже на пару минут раньше!), совещание уже закончилось и его величество как раз дискутировал с супругой по поводу ужина. Королева настойчиво отметала все возражения вроде «срочных дел» и отсутствия аппетита, Шеллар наспех изыскивал новые, еще менее уважительные, а Флавиус по обыкновению хранил каменное молчание, выпрямившись в кресле и чинно сложив руки на папке. Мафей мигом оценил обстановку и сделал самое умное, что можно было сделать в такой ситуации, – сбегал за наставником. А уж мэтр Истран за счи-таные секунды навел в семье порядок, превратив доклад и совещание в неформальный ужин в узком кругу.

В глубине души Кантор подозревал, что их с Мафеем использовали в качестве приманки, и ждал только подтверждения, чтобы обидеться и высказать Шеллару свое мнение о его вечных интригах. Но подозрения были несправедливы: встреча с господином Флавиусом в Даэн-Шерви оказалась случайной. Точнее, не случайной (когда это у короля что-то бывало случайно!), а вполне закономерной, однако двигались они к точке встречи с противоположных сторон и каждый своим ходом.

Вчера, пока Кантор валял дурака перед провинциальными искателями приключений, труды полицейских сыщиков увенчались грандиозным профессиональным успехом: счастливый подельник Лося и Кубышки был найден и взят под стражу. К полуночи из него выдавили все, что бедняга знал, и на утреннем докладе господин Костас сообщил: похитителей нанимала «старая ведьма» характерной мистралийской наружности, и происходило все это в Дарнассе, центре одноименной провинции. Круг поиска доньи Исидоры сузился, и департамент Безопасности с удвоенной энергией принялся шерстить списки выданных лицензий за последние три года. Даже его величество, невзирая на занятость, уделил вопросу три-четыре трубки своего бесценного времени после завтрака. Прежде всего сообразительный король категорически запретил до предстоящего поединка хватать Артуро и тащить на опознание, тем более что Оса все равно затруднялся точно сказать, сможет ли опознать человека, которого видел в полутемной подворотне. Затем его величество потребовал досье на четырех обитателей квартала Пляшущих Огней, чьи жилища находились в зоне действия отводящего шлейфа. Внимательно их просмотрел и уверенно назвал имя мага и город, в котором следовало искать неуловимую ведьму. К обеду подчинённые Флавиуса радостно доложили шефу об успехе. Нашли почтенную донью Исидору, и девичья фамилия не помогла. Обрадованный глава департамента послал сотрудника в уже известный отель предупредить сыщиков-любителей, что поиски окончены и бегать по городу больше не требуется. И тут-то безоблачная действительность явила бедняге свое истинное, весьма неприглядное лицо. Посланец обнаружил пустой номер со следами магического побоища и толпу растерянных служащих, не способных объяснить, куда исчезли постояльцы. Если с пропажей Кантора еще можно было смириться, то исчезновение принца повергло Железного Феликса в традиционную депрессию, отягощенную навязчивыми идеями о почетной отставке и ритуальных ножах. Хорошо еще, что пропавшие господа нашлись прежде, чем он успел доложить его величеству, а то очень неудобно получилось бы.

Затем принц Мафей изложил историю знакомства с Лолой и ее дедушкой. Кантор отчасти был ему благодарен за то, что сам вызвался и избавил уставшего товарища от нудных докладов, но вместе с тем заметил, что пересказ событий чем-то неуловимо отличается от реальности. И дело даже не в том, что его высочество безуспешно попытался скрыть поединок с мэтром Алехандро при помощи наивного и беспомощного вранья на уровне Лолы. Чего-то еще не хватало в его рассказе, какие-то малозаметные детали исчезли из повествования. Столь незначительные, что Кантор так и не смог толком понять – что же именно старательно замалчивал отважный мальчишка?

Давно, ох, давно старый мэтр Алехандро не просыпался так – тяжко, неуверенно и неизвестно где, но точно не у себя дома.

Сны почтенному магистру сегодня снились самые невообразимые, и процесс пробуждения начался как раз с того, что он вдруг понял: эти фантасмагорические танцы в кандалах – не что иное, как сон. Ничего этого на самом деле не было: ни сказочного сражения с двумя сотнями ортанских полицейских, одетых почему-то в цвета Лиги Закона и Порядка, ни суда, где страшный-престрашный король обвинял бедного мэтра во всевозможных преступлениях, включая почему-то посягательство на честь королевы и похищение коллекционных гробов…

Последний предутренний сон был столь же бредовым, как и предыдущие: мэтр Алехандро уже отбывал свою пожизненную каторгу в каких-то шахтах, где надзирателем служил дон Диего. Вместо традиционного бича кабальеро пользовался длинным змеиным хвостом, который у него рос вместо ног. Сей дивный инструмент почему-то не свистел и не щелкал, а издавал гитарные переборы, и все каторжники дружно плясали под эту музыку, сопровождая ее кандальным звоном, больше похожим на звуки хитанского бубна. Вот тут-то и снизошло на мэтра Алехандро божественное откровение: он на самом деле спит и все это безобразие ему снится!