Стезя чародея - Глушановский Алексей Алексеевич - Страница 57

– Тише, тише. Тебе пока нельзя много двигаться. – На его плечо опустилась тонкая девичья рука, а в поле зрения возникло усталое, с запавшими глазами лицо Ариолы. – Ложись обратно.

– Что происходит? Мы еще держимся? – спросил он, отчаянно борясь с сильнейшим головокружением, и сам поразился хриплости своего голоса.

– Все хорошо, – успокаивающе ответила Ариола, опускаясь на стоящий в изголовье кровати табурет. – Мы победили. Крайон с войсками подошел вовремя…

– Знаешь что, подруга, – перебила ее Вереена. – Шла бы ты спать. Видишь, с ним все в полном порядке, дальше и я посидеть смогу, а вот тебе отдохнуть просто необходимо. Доводилось мне видеть призраков, в которых и то больше жизни было.

– Но…

– Иди, иди! Я и сама все что надо рассказать могу! Хватит себя изводить! Ты хоть и целительница, хоть и всякими приемами магическими владеешь, но трое суток без сна – это для тебя многовато. Так что брысь на кровать, а то сейчас из нас двоих ты куда больше на нежить похожа! Убедилась, что он очнулся и все в порядке? Убедилась. Так что марш немедленно баиньки, а не то я тебя сама уложу да вампирьи чары наведу, чтоб спала покрепче! Ты в таком состоянии и сопротивляться-то не сможешь!

Сил противостоять такому напору у Ариолы, похоже, действительно не было, так что она покорно позволила уложить себя на стоящую неподалеку кровать.

Только теперь Олег заметил, что, по всей видимости, находится в походном армейском госпитале, сейчас, впрочем, совершенно пустом, если не считать его, Вереены и мгновенно уснувшей, стоило только прилечь, Ариолы.

– Ну теперь и поговорить можно, – удовлетворенно произнесла вампиресса, накрывая одеялом и отходя от свернувшейся на кровати калачиком тоненькой фигурки.

– Что произошло? – наконец смог вставить слово Олег.

– Ну если вкратце… Большая драка. На этот проклятый туман шаманы выложились полностью, исчерпав и свои силы, и артефакт. Поэтому, когда войско подошло к крепости, твои приятели очень неплохо им вломили. Неплохо, но мало. Очухавшись, эти сволочи ухитрились выломать ворота. Я срезала голову у кагана и от души поразвлеклась с его телохранителями. Знойные ребятки. Никакого чувства самосохранения.

Когда, в процессе развлечения, я уже было совсем собралась отдать душу или что там у меня вместо нее имеется твоим родичам… Кстати, на всякий случай, у тебя там имеется местечко поприятней того, где мы побывали? Если есть, то, может, придержишь для меня, по старой дружбе?

Ну так вот, когда я уже совсем было начала прикидывать, в кого же мне предстоит перерождаться – в змею или, может, все же в мышку какую летучую, – явился большой рыцарь на белом коне и при поддержке немалого отряда императорской гвардии убедил меня немного отложить сие увлекательное приключение. В смысле, я с этим делом и сама не торопилась, но вот ногайоны так убедительно аргументировали за него своими саблями… В общем, вынес меня этот рыцарь на руках, как девицу какую невинную, а потом, узнав, что я не девица, а вампиресса злобная, так и вовсе от радости расплакался и сразу же с предложениями руки, сердца и своего баронства стал приставать…

– Э-э-э… Это ты о чем? – не понял Олег. Красочный рассказ Вереены наводил на смутные мысли, что все было не совсем так весело, как она описывала. Меж тем силы возвращались, и он даже попробовал спустить ноги с кровати.

Она вздохнула.

– После битвы, узнав, что я вампиресса, и увидев мои регенеративные возможности, спасший меня Бер Торасский сделал мне предложение. И я склонна его принять, если, конечно, мой хозяин будет не против, – с мягким намеком произнесла Вереена.

– Какой я тебе хозяин… – печально откликнулся Олег. – Давно уже друг. Разумеется, ты вольна распоряжаться собой, как сама этого захочешь. Но он ведь вроде бы был женат? – с надеждой произнес он.

– Два года назад, сразу после нашего отъезда из Хорива, Бер обратился в храм Келлы с просьбой о разводе. Поскольку общих детей у него с Иль Торасской, урожденной баронессой Конгрив, не было, да и быть не могло [15], просьба была незамедлительно удовлетворена. Обиженная баронесса, выбив напоследок у него три зуба и приличные отступные, удалилась в свое родовое поместье.

– И что, нужен он тебе такой, беззубый? – теряя последнюю надежду, поинтересовался Олег.

– Не, беззубый не нужен, – внезапно ухмыльнулась вампиресса. – Вот только зубы у него давно новые выросли. В конце концов, керры создавались как воины, и регенерация у них, хоть и куда как похуже моей будет, но тоже вполне неплохая. И не строй такую грустную мину, – улыбнулась она, подбадривая Олега. – Можно подумать, умирающий!

– Между прочим, я и есть умирающий, – недовольно откликнулся тот. Только-только из забытья вышел, а тут ты такой новостью, как дубиной по голове, ошарашила! Я ведь к тебе привык… – печальным тоном добавил он.

– Я к тебе тоже, – внезапно погрустнев, серьезно произнесла вампиресса. – Знаешь… Я ведь и не думала с тобой расставаться. Вот только такой случай уникальный… Прямо все одно к одному сошлось! Бер этот, как я только его снова увидела, в голове так и вертится, ни на секунду ее не покидает… Прямо наваждение какое-то! Если бы я не знала, что на вампиров любовные чары наводить невозможно, точно бы решила, что околдовали меня. – Она улыбнулась. – Да и остальное все… Понимаешь, он меня в бою спас! Вот уж не думала, что какой-то керр меня, высшего вампира, от уничтожения спасет! Но жизнь показала, что тремстам хорошо обученным воинам-ногайонам вполне по силам убить одну, даже очень хорошо обученную Ночную тень, а простой керр Сильный вполне может ее спасти, если у него за спиной будут находиться восемьсот рыцарей из личной гвардии императора. Так что сейчас с меня все обязательства мести спали… Нельзя мстить тому, кто в бою твою задницу от знакомства с костлявой лапкой Хель прикрыл. Вот как получается… – Вереена замолчала.

– Понятно… – Олег со вздохом устало откинулся на подушки. – Обряд освобождения я проведу завтра. Ты извини, но сейчас сил на это нет. Будьте счастливы.

– Да погоди ты прощаться! – досадливо поморщилась девушка. – Что, от того, что мы больше спать вместе не будем, ты со мной совсем прекратишь общаться? Да и насчет спать вместе… Все возможно.

– Ты что, Беру своему ненаглядному изменять собираешься? – искренне изумился Олег. Подобное шло вразрез со всем, что он успел узнать о Вереене. – Зачем тогда жениться? Живите так…

– Да нет… – Вереена грустно усмехнулась. – Не собираюсь, а даже если бы собиралась, не смогла бы, наверно… Ты пойми, он у меня сейчас и здесь – она прикоснулась к своей голове, и здесь – рука медленно опустилась к груди напротив сердца – сидит. И ничего с этим поделать я не могу. Говорю же, ну точно приворот какой, причем из сильнейших! Да вот только одно «но» имеется. Понимаешь, смертный он. Хоть и керр, а еще всего лишь лет восемьдесят проживет. Максимум сто. В отличие от нас с тобой.

Кстати, все спросить хотела. У тебя же куча возможностей, а ты все время действовал как простой человеческий маг? Помнишь, на фальшивом «Призраке», когда убили Франко, ты вызывал какой-то смертоносный ветер? Почему ты не использовал это заклятие или что-нибудь подобное?

– Я над этим думал, – признался Олег. – Просто в начале боя я надеялся обойтись полумерами. А когда исчерпалась энергия крепостных амулетов и мне пришлось переключиться на поддержку защитных чар, стало не до того. Сама понимаешь, творить высокоуровневые заклятия, одновременно держа защиту над целой крепостью… Нет, может быть, кто-то и может провернуть подобный трюк, но этот кто-то явно не я. Вот и приходилось обходиться самыми простыми приемами.

– М-да? – Скептический хмык вампирессы показал все, что она думала об этой отмазке.

– Ладно… – вздохнул Олег. – Есть еще одна причина. Для того чтобы превратиться в «ветер хаоса», мне было необходимо пройти слияние с демоном. Я боялся. Боялся, что на этот раз слияние разорвать не удастся и я окончательно превращусь в демона. Сама понимаешь, подобная перспектива меня как человека совершенно не устраивает.

15

Подвергшиеся керр-преобразованию в Сильных или Быстрых, люди становились, помимо прочих проблем, полностью стерильны. Немного легче с этим обстояло у более поздней разработки, – Равновесных, которые все же могли иметь детей.